Иван Пьянов

„Есть особый сорт идиотов — они не знают, чего хотят, но точно знают, что это не должен иметь ты.“

„Успех — это когда твоя жизнь становится кошмаром для тех, кто так и не начал свою.“

„Русская молодёжь извращает родной язык, будто не читала советскую литературу — лишь бы казаться ближе к тому миру, который их никогда не примет.“

„Реклама с телеэкрана вещает цифровой рай, хотя всё больше людей начинает видеть в нём цифровой ад.“

„Говорить убедительно можно и пустоту, только слушатель — жертва.“

„Детство ума не лечится годами, только таким опытом, после которого уже стыдно оставаться прежним.“

„Чем тоньше ложь, тем проще её проглотить.“

„Патриотизм — это когда ты гордишься тем, что платишь за то, что тебе уже принадлежит.“

„Когда над тобой смеются, помни — этим смехом они пытаются убедить самих себя, что сильнее тебя. На самом деле они просто боятся быть рядом с тем, кто не скрывает свою уязвимость.“

„Тот кто тонет, не выбирает — он просто хватает воздух. Так и душа в отчаянии верит не из расчета, а из последней необходимости жить.“

„В мире полно доброты, но её сдерживает страх — все ждут первого шага, боясь сделать его сами.“

„Если мы посвящаем свои силы созданию искусственного разума — тогда возможно глупость, это проявление нашей подлинной природы.“

„Каждый час в интернете — это потерянный час подлинной жизни.“

„Я был честен там, где другие предпочитали заблуждения, лишь бы не взглянуть правде в глаза.“

„Праздники дарят детям улыбки, взрослым — ускользающее время, которое не вернуть.“

„Люди любят, чтобы радость не пропала в одиночестве, а боль не стала вечной.“

„Если мужчина говорит, а женщина не слышит — их сердца перестают биться в одном ритме.“

„Люди ищут истину только до тех пор, пока она не начинает требовать поступков.“

„В какой-то момент перестаёшь искать ответы. Не потому что всё понял, а потому что понимаешь, искать некого. Мир не отвечает, он просто отражает тебя. Каждая попытка задать вопрос — это удар в стену, а эхо лишь возвращает твоё собственное дыхание. Люди говорят о свободе, но путают её с выбором. Настоящая свобода начинается там, где выбор теряет смысл. Когда всё становится равноценно — добро и зло, потеря и сохранение, жизнь и уход. Тогда исчезает страх, потому что нечего больше защищать. Большинство живёт ожиданием — любви, успеха, чуда, конца. Они называют это надеждой. Но надежда — это тонкая пелена между человеком и реальностью. Стоит её сорвать и мир становится не жестоким, а просто бесстрастным. Он ничего не должен, и это возможно, его единственная справедливость. Это не радость, и даже не боль, а нечто другое, похожее на согласие. Как будто всё что происходило, должно было случиться так и никак иначе. И в этой неизменности находится покой, который не зависит ни от веры, ни от смысла. Быть — значит смотреть. Остальное — выдумка уставшего ума.“