феникс

„Ну, Мотя, устал я после всех этих передряг. Лягу спать.
И, закутавшись в плащ, ложился, маленький, бледный, на ковер у кровати.
— Зачем вы предпочитаете пол? — почтительно спрашивал Мотька.
— Э-э, брат! Надо привыкать… Это еще хорошо. После ночей в болотах или на ветвях деревьев это — царская постель.
И он, не дождавшись ухода Мотьки, засыпал тяжелым сном.“

„Ах, если бы ты была моей, птичка моя ты райская.“

„Я ищу средство исцеления, ищу постоянную величину. Такая постоянная величина - человеческие легкие. Для их нормальной работы необходима другая постоянная - кондиционированный воздух. Мы должны взять на себя инициативу обеспечить им легкие.“

„Я от роду ленив. И легко расслабляюсь. Но я с удовольствием тружусь. Работа, которую я выполняю, для меня не работа. Одно удовольствие. Понимаешь, что-то вроде хобби, за которое мне платят, и, правда, в чем-то это для меня отдых. Настоящий отдых.“

„Запомни, сначала я должен почувствовать музыку, что-то сделать с песней. Вот почему появилась такая песня, как «America». Я пытался не просто сказать, что в стране все плохо, потому что все не так плохо. Я люблю эту страну, приятель. И я хотел бы жить только здесь. Понимаешь? Моя семья родилась здесь. Мои предки родились здесь. Думаю, у меня не меньше корней в этой стране, чем у остальных. Поэтому, мне кажется, если что-то не так, то и я должен приложить какие-то усилия. Я говорил, что Америка – прекрасная страна. А вот что порой не нравится нашим людям, так это наша политика.“

„Я подвергаю сомнению многие вещи и формирую своё собственное мнение. Эти суждения для меня столь же существенны как ракетные технологии или что-то ещё. Кто говорит, что вы должны верить чему-то только потому, что вы читали об этом в книге или видели в кино? Кто эти люди, которое утверждают: “Это единственно верный путь”? Когда все верят в одни и те же вещи, они становятся роботами. У людей есть мозги: они могут постичь что угодно, например, как летает НЛО.“

„Существует несколько определений, выражающих ту же самую сущность, подобно тому как
то же самое строение или тот же самый город могут быть представлены различными изображениями в зависимости от того, с какой стороны их рассматривают.“

„«Вторичная материя не является субстанцией, но нагромождением многих субстанций».“

„«Когда я считаю, что хаоса нет вообще, я не имею в виду, что наш земной шар или другие тела никогда не были в состоянии крайней запутанности… но полагаю, что всякий, кто имеет органы чувств, достаточно проницательные для того, чтобы заметить мельчайшие части вещей, все найдет организованным. Ибо невозможно, чтобы какое-либо существо было бы способным
проникать сразу во все малейшие частицы материи, так как актуальное деление продолжается до бесконечности».“

„Сегодня все стали ужасными хипстерами. Вот что я вам скажу. Нынче по улицам
разгуливают тринадцатилетние шлюхи. Пять лет назад такого и быть не могло. Не было и
тринадцатилетних наркоманов. Многое сегодня стало иным. Говорю вам, весь мир перевернулся. Попросту, все сбрендили. Все носят мини-юбки, все рядятся, все читают кучу книг. Как, черт побери, справиться со всем этим? Фальшь, хипстерство, все такое. Сегодня действительно ужасно много хипстеров.“

„Меня интересуют концепции и философии. Мне не интересны обои, каковыми является почти вся музыка.“

„Сколько потерянных дней, конечно, может быть всякое, но только не с ней,
Сколько потерянных лет, обида прожигает грудь до боли сильнее.
Ничего, потерпи месяцок, я это сам не по рассказам знаю,
Что вскоре твой любимый мотылек в твоих глазах станет обычной тварью.“

„В чертогах смородины красной
Живут сто семнадцать жуков,
Зеленый кузнечик прекрасный,
Четыре блохи и пятнадцать сверчков.
Каким они воздухом дышат!
Как сытно и чисто едят!
Как пышно над ними колышет
Смородина свой виноград!“

„Мне интересно кино, потому что для меня это наибольшее приближение в современном искусстве к реальному потоку сознания, как в мире вымысла, так и в повседневном восприятии мира.“

„То, что произвело на меня наиболее сильное впечатление в жизни, было движение модов в Англии, невероятное молодежное движение. Это движение захватило гораздо больше молодежи, чем движение хиппи, андеграунд и тому подобное. Это было войско, мощное, агрессивное войско тинейджеров с транспортными средствами. Ребята со своими мотороллерами и собственной модой. И что важно, она была приемлема; их одежда была стильной, модной, опрятной и привлекательной. Ее можно было носить, будь ты даже банковским клерком. Все зависело от того, кто ты. Люди думали: «Какой элегантный
молодой человек». А ты был стилягой, но не напрягал окружающих. И это было хорошо. Чтобы стать модом, следовало коротко стричься, иметь достаточно денег на по-настоящему модный костюм, добротную обувь, хорошие рубашки; и ты должен был уметь танцевать как сумасшедший. И всегда должен был иметь много «колес», которыми ты должен был накачиваться. Ты должен был иметь мотороллер, весь в фонариках. Ты должен был иметь нечто вроде армейской куртки с капюшоном и надевать ее, когда едешь на мотороллере. Вот каким был мод, такие вот дела.“

„Сегодня два факта о татуировках просто сводят меня с ума: их можно свести, а еще можно нанести специальный крем, чтобы набивать их было не больно. Это печально: я скучаю по старым добрым временам, когда нужно было быть разбойником или храбрецом, чтобы сделать татуировку.“

„Я считаю себя довольно открытым к восприятию новых идей. Пожалуй я не смогу уложить мои политические взгляды в рамки какой-то конкретной партии. Это нечто большее, чем просто быть республиканцем или демократом. Основная проблема в американской политике и обществе. Мне, как аутсайдеру, это представляется, что все вопросы свелись к одному.
Это да или нет, республиканец или демократ, черный или белый, гомо или гетеро.
Здесь всегда или или. Там, откуда я приехал, существует около 13 политических партий.
Там всегда много ответов на вопросы и много разных взглядов на вещи.“

„Я не припомню, чтобы я тогда сильно задумывался о будущем. Я всегда был сильно привязан к настоящему. Я приехал из Голландии, а там вся эта ерунда про американскую мечту не имела никакого значения. Тут же с раннего детства учат, что каждый должен иметь цели. Я на такое никогда не покупался. Мне всегда было комфортно в настоящем времени, в нашем маленьком мирке.“

„Я остался в здравом уме! Вот, пожалуй, моё величайшее достижение.“