Поиск

„Я достаточно мрачно смотрю на будущее Африки. Вся наша социальная политика базируется на том, что у них такие же умственные способности, как и у нас, в то время как все тесты говорят об обратном, и я знаю, что с этой щекотливой темой некуда ткнуться. Я надеюсь, что все люди равны, но в то же время люди, имеющие дело с чёрными работниками, считают, что это не так.“

„Огромное поколение людей, в юности слушавших рок, а сегодня загруженных работой, пребывает в уверенности, что достойной музыки в стране нет. Это именно те люди, что могли бы забить залы, обеспечив признание, нормальное существование и возможность профессионального роста для целой плеяды отечественных артистов, ныне прозябающих в безвестности. (…) И то, что этого не происходит, — целиком и полностью «заслуга» радийщиков в целом и «Нашего радио», в частности. В профессиональной цепочке «артист — звукозапись — информирование населения — концерт — продажа дисков — артист (новые возможности)» происходит постоянный сбой — из-за глупости, трусости и жадности работников радио и телевидения. И это и есть главная проблема русскоязычной рок-музыки, все остальные вытекают из неё.“

„Лучшая подруга — эта та, в которой вы узнали родственную душу. Вы всегда рады увидеться друг с другом, приглашаете друг друга в гости, на различные праздники, помогаете в горестях. Даже если между вами километры, преданность друг другу никуда не денется. И без гулянок золотая дружба обязательно сохранится навсегда, потому что её ничто не может разрушить.“

„Всё, что включилось в бессмертии, находится вне времени, вне опыта, вне границ, вне измерений, вне пути, вне достижений.

К течению времени подключается только тленное и временное.

За пределами временности находится всё, что бессмертно и нетленно.

Там, где исчезает время, там ты ничего не обретёшь, ничего не достигнешь, ничем не завладеешь, ничто вразумительного не поймёшь.“

„Главным фактором величайших мировых переворотов всегда была устная речь, а не печатное слово. Оратор, выступающий перед народной массой, читает на лицах аудитории, насколько она понимает то, что он говорит, насколько она ему сочувствует. Аудитория тут же вносит известные поправки к тому, что говорит оратор. Между оратором и его слушателями всегда существует известный контакт. Ничего подобного не может сказать о себе писатель. Ведь он своих читателей по большей части никогда даже не видит. Уже по одному этому писатель неизбежно придает своим писаниям совершенно общую форму. Перед его глазами нет той аудитории, которую он бы видел непосредственно. Это неизбежно лишает печатное слово достаточной гибкости, достаточного понимания психологических нюансов. Блестящий оратор по правилу будет и недурным писателем, а блестящий писатель никогда не будет оратором, если только он специально не упражнялся в этом искусстве.“

„Мы считаем, что в 2011 году политический режим переродился. Этот год стал той точкой отсчета, когда уже никто не может сказать: вы знаете, я просто сидел в кресле замминистра и ни за что не отвечал. Это как "был замначальника концлагеря и поэтому не знал, что происходит вон в том бараке, из трубы которого выходит подозрительный дым."“

„Я вообще считаю, что раньше 25 лет человеку к микрофону садиться не стоит. Если это происходит, то до известной степени вынужденно. Почему не стоит? Я только недавно это сформулировал для себя. Раньше я формулировал это так: «Человек должен иметь, что сказать людям». Потом я начал формулировать так: «Человек должен говорить так, чтобы ему верили.»“

„«Дай мне сил, Господи, претерпеть всё с пользой! Я молился, понимая, что через молитву смогу получить помощь или ответ от Господа, для сохранения себя в чистоте духовной, поиска здоровых отношений с внешним миром. Я боялся пустить глубоко в себя зло и ненависть к этим людям и событиям, которые происходят сейчас со мной»“

„Знаешь, почему соль убивает слизняка? Она растворяется в воде, из которой состоит его кожа, и жидкость изнутри тела начинает вытекать. Слизняк умирает от обезвоживания. То же самое происходит с улитками, пиявками и такими людьми, как я. С любым существом,
у которого слишком тонкая кожа, чтобы оно могло себя защитить.“

„Это честная вещь. Она и сегодня остается для меня актуальной. Приятно осознавать, что даже в те годы, страдая от собственной чрезмерной ранимости, я все же прекрасно осознавал, что со мной происходит. Я кричал о помощи, которая была мне действительно необходима. Жаль только, что мы сделали «Help» в ускоренном темпе: тогда казалось, что это усилит ее коммерческий потенциал.“

„Никогда не видел ни в электричке, ни в поездах, ни в читальнях, чтобы кто-нибудь читал мои книги. И вообще что-то странное происходит с моими книгами, их как будто и в помине не было. Я участвовал в нескольких литературных декадах, ну и, как правило, книжные базары, распродажа. К моим коллегам подходят за автографами, даже толпятся вокруг, а я один как перст, будто всё мною изданное проваливается куда-то.“

„Часто именно наше отношение к происходящему определяет то, что с нами случится. Поэтому не давайте воли плохому настроению и негативным эмоциям! Верьте в хорошее — и все получится!

Все люди желают одного — счастья, но каждый понимает это по-разному. Кому-то достаточно приобрести всё только для себя, а другие хотят сделать счастливыми не только себя, но и всех вокруг.“

„Коммерческая диетология. Как понять, хочет ли конкурент тебя съесть? Признаки финансового голода: урчание в животе и ворчания в голове; нет сил это дальше терпеть; хочется съесть хоть кого-нибудь, даже банкрота; желание перекусить нарастает и становится все ощутимее; прошло достаточно много времени после предыдущего приема пищи; получение наслаждения от еды.“

„В кругу учёных есть только два понятия: наука и мнение. Первая даёт точное познание о вещах, а последнее порождает невежество. Следовательно, священное должно сообщать только просвещенным людям, которые уже достаточно ознакомлены с началами и важностью таких предметов: но отнюдь не передавайте священного профанам, пока они не будут посвящены в таинства науки.“

„Проза будущего кажется мне прозой простой, где нет никакой витиеватости, с точным языком, где лишь время от времени возникает новое, впервые увиденное — деталь или подробность, описанная ярко. Этим деталям читатель должен удивиться и поверить всему рассказу. В коротком рассказе достаточно одной или двух таких подробностей. <…“

„Всякое временное определение мы можем воспринять только через смену во внешних отношениях (движение) к постоянному в пространстве (например, движение солнца по отношению к предметам на земле); более того, у нас нет даже ничего постоянного,
что мы могли бы положить в основание понятия субстанции как созерцания, кроме только материи… Сознание самого себя в представлении о Я вовсе не созерцание, оно есть лишь интеллектуальное представление о самодеятельности мыслящего субъекта.
Вот почему у этого Я нет ни одного предиката созерцания, который, будучи постоянным, мог бы служить коррелятом для временного определения во внутреннем чувстве.“

„…>Ангела Меркель, насколько мне известно, ещё в мае дала понять: уйдите из Донбасса, и мы сделаем всё, чтобы снять санкции. Путин ответил: как только мы уйдём из Донбасса там начнётся резня. И есть основания полагать, что он прав: никакого партизанского движения в поддержку Украины в Донбассе нет, больше миллиона человек оттуда уехали, остальные за сепаратистов. Нет, Донбасс не удастся впихнуть в Украину, это Карабах – ровно такая же многолетняя и неразрешимая проблема. Одинаково нужная и России – чтобы пугать, – и Украине, чтобы все на неё списывать.“

„По определению состава все было сделано логично и на основании ранее определенных принципов отбора. Правда, с некоторыми федерациями пришлось вести споры и дискуссии. Это касается фигурного катания и биатлона. Но это все рабочие моменты. В целом можно отметить, что сформирована очень интересная и довольно молодая команда. Почти две трети состава, а точнее - 63 процента, это спортсмены, которым предстоит дебютировать на Олимпийских играх. По регионам наибольшее представительство - Москва, Московская область, Санкт-Петербург.“

„Дни, недели, месяцы, зимы проходят при условиях, не позволяющих и думать о серьёзном занятии музыкою. Некогда одуматься, перестроить себя на музыкальный лад, без чего творчество в большой вещи, как опера, немыслимо. Для такого настроения у меня имеется в распоряжении только часть лета. Зимою я могу писать музыку, только когда болен настолько, что не читаю лекций, не хожу в лабораторию, но всё-таки могу кое-чем заниматься. На этом основании мои музыкальные товарищи, вопреки общепринятым обычаям, желают мне постоянно не здоровья, а болезни.“