Поиск

„Это Движение Любви. Это не любовь в отношении одного или многих, это как вода, которую может выпить каждый из любого сосуда, будь он из золота или из глины. И происходит нечто особенное, что не можеть быть создано ни наркотиками, ни самогипнозом.“

„Судья Иванов, повторюсь, сказал, что пенальти не было. Мое мнение – это был железобетонный пенальти. Это предвзятость? Или он слеповат? Или просто такой уровень квалификации? Или там не было пенальти? Если нападающего в штрафной цепляет вратарь и это не пенальти, может, правила изменились?“

„Школьные годы - чудесные. А если в это время рядом с тобой настоящий друг – то время это остается в памяти на всю жизнь: это же так здорово - видеть друга, говорить с ним, играть, ссориться, мириться, иметь единое мнение…“

„С ним спокойно. Он ничего не требует и не пытается за мой счет тешить мужское эго. И еще — я откуда-то знаю, что при всех его «тараканах» от него не приходится ждать удара. Это не объяснишь и не докажешь, но я ручаюсь, что это так. А это, по большому счету, и есть самое главное, остальное — пустяки…“

„Самое главное — это личный выбор. Меня часто об этом спрашивают. И по учителям, и по преподавателям — это призвание. А если хочется деньги зарабатывать — есть масса прекрасных мест, где можно сделать это быстрее и лучше. Тот же самый бизнес. Но вы же не пошли в бизнес, как я понимаю..“

„Фильм – это нечто двойственное, он или работает или не работает. Он не имеет никакого отношения к тому, насколько хорошо вы работаете. Если вы доводите его до того уровня, когда он захватывает публику, это значит, что он работает, вот и все. Это некий сплав, и тогда все остальное, все ошибки уже не в счет…“

„Артисты — товар скоропортящийся, а они часто этого не понимают. Они собираются в тройки, в пятерки, создают театры… Какой это театр? Это так, собрались, что-то срепетировали и поехали деньги добывать. Но раньше это так и называли: «халтура». А теперь называют нагло «театром.»“

„Посмотрите, кого мы убиваем: комаров и мух. Потому что они вредители! Львов и тигров. Потому что это прикольно! Цыплят и свиней. Потому что мы голодны! Фазанов и перепёлок. Потому что это прикольно… и мы голодны! Ну и людей… Мы убиваем людей, потому что они вредители… и это прикольно!“

„Я много говорю, что некоторым не нравится. Это могут быть тупые шутки, подколы и грубый сарказм. На самом же деле, я просто не могу это контролировать, так как у меня нету фильтра. Именно это делает мою жизнь такой яркой и весёлой!“

„Воскрешать любовь, когда уже двадцать лет, как она умерла, это прегрешение против природы; это разврат могильщика, это извращенный вкус, схожий с вкусом тех, которые поедают протухших бекасов, вещь вредную и мерзкую.“

„Я никогда не зацикливался на деньгах, это не то, ради чего я стал актером, и я никогда не любил славу. <…> Хотя это неплохо — не заботиться о счетах.
Это клише, что за деньги счастья не купишь. За них можно купить свободу жить той жизнью, которой ты хочешь.“

„Русская культура это не дома, памятники, механизмы, дороги, технологии. Русская культура — это слово. Слово — это последнее, что забывает человек, и первое, что он вспоминает, приходя в сознание. Литературная цивилизация очень живучая.“

„Первое — я постоянно борюсь — в стойке, в партере — это моя база. Второе — это бег: я много бегаю, чтобы сохранять выносливость. Третье — это комплекс классических упражнений в тренажерном зале — брусья, турник, отжимания, пресс, канат.“

„151. Это природа, она сделает все мне. Так это не пройдет, люди поднимутся, они эти вот качества никогда не забудут. А кто-то и возьмется за это самое вот дело. Я перед ними стану, займу место трибуны, они будут меня как такового слушаться. Что я им ни скажу, они должны так вот верить.“

„Возможно, прошлое мертво, и если это так, то, скорее всего, мертво и будущее, потому что это две стороны одной медали. Мы вступаем в новую эру вечного «сейчас» — и это хорошо. Может, если мы перестанем заморачиваться над абсолютными понятиями, то сможем заново осмыслить, зачем мы на этой планете.“

„Нация может пережить фашизм, а может погибнуть. Вот Германия, на мой взгляд, погибла, потому что слишком много людей верили искренне, и то, что произошло после этого со страной — это тоже Германия, там язык прежний, но это другая страна. Может быть — лучше, конечно, может быть — хуже, но это не страна Ницше и Вагнера, потому что она увидела, чем кончаются Ницше и Вагнер в предельном развитии. И даже не страна Томаса Манна, как это не горько.“

„Любовь — это сейчас и навсегда. Это когда два человека встречаются и уже не могут никогда расстаться. Любовь — это то, чего у нас нет у всех. Любви нет, в мире есть только тоска по любви. Тоска по любви — огромное желание любить, желание как можно скорее покончить жизнь самоубийством и начать новую жизнь и истерический поиск любви. Так что это чувство неземное, и нам его не дано понять.“

„Господи, как же хочется… И как допустил ты все эти картины, истории, песни — пугливые изображения упитанных и нестрашных людей, бездумно позастывавших в латах перед невозможно неодушевленными дамами или алтарями — всяческим хламом. Прав был Коран — нельзя идиотам представлять бога. Никогда святые моменты не должны оказаться в руках у черни. Там, где был бог останется нечто смешное и жалкое, голые мумии когда-то великих святых. А что чище полета и ярости, после которых так неизбавимо надо воткнуть желательно ещё окровавленное лезвие в землю, на мгновение сделав его символом веры во всё столь простое, что невыразимое — символом страданий, креста и победы, у которого остается лишь пасть на колени и молить — Господи, дай же мне сил! Дай мне силы и твердости.“

„Изумляйся деяньям вселенной вокруг,
Поучайся, смотря на земные дела.
Вот ликует земля, увидав, что над ней
Туча темная трауром высь облегла.
Посмотри на тюльпан и на тучу: огонь
Создал тучу, а туча огонь родила.
Тем, кто бедствовал долгой зимою, весна
В утешение свой ветерок подняла.
Если в мыслях твоих вожделенье к вину,
Если сердце красавица песней зажгла,
Ты без муки не освободишься от них,
Крепки путы у страсти, тверды удила.
В плен попав, не уйдешь ни из царских дворцов,
Ни от страха перед старшиною села.
Не уйдешь, если страсть, как веревка с кольцом,
В нос верблюду продетым, тебя повела.
Не таков человеческий подлинный путь.
Ты подумай, покамест пора не прошла.“