Поиск

„Мы приступаем к делу важному и решительному. Как христиане, как русские люди помолимся Господу Богу о помощи и примиримся друг с другом. Это будет хорошо, это по-русски, это необходимо.“

„Война - не парады! Война - это страшно!
Война - не парады! Война - это грязно!
Война - не оркестры и громкие песни
Война - это вши и голодные смерти“

„Война - это вопли воздушной тревоги
Война - там валяются руки и ноги
Война - это крики сгорающих в танке
Война - это сгнившие в яме останки“

„Творчество — это не просто работа, это диалог с миром. Каждое твоё действие — это слово в этом диалоге. Говори так, чтобы мир захотел ответить тебе взаимностью…“

„Не надо относиться к сексу как к тренингу выносливости и стойкости. Это удовольствие и игра, это доверие, общение и интим, это позитив и гармония, но никак не боль и терпение боли.“

„Война — это продолжение политики силовыми средствами.
Политика — это продолжение экономики конституционными средствами.
Российская экономика — это продолжение воровства законными средствами.“

„Когда застрелился Володя, это умер Володя. Когда погиб Примаков [второй муж Лили, расстрелян по Делу Тухачевского] — это умер он. Но когда умер Ося — это умерла я!“

„Музыка — это кислород. Если в легких нет кислорода, то ты не можешь дышать. Для меня музыка — это нечто, что всегда со мной. Куда бы я ни пошел, музыка — это часть меня. Без нее я не могу жить. Я дышу ею.“

„Нет, меня это не сильно напрягает, потому что я давно снимаю видео для себя, как хобби. Был момент, когда это все стало работой, я сотрудничал со всякими крупными ресурсами, но это позади, и теперь я делаю что хочу.“

„Моя миссия — это то, чем я сейчас занимаюсь. Если я до сих пор это делаю, и у меня успешно что-то получается, значит, я на правильном пути. Ведь счастливый человек — это тот, который разгадал задумку Бога.“

„Музыка — это баланс мужского и женского начал. Женщина — это мелодия, мужчина — это ритм. Моя задача — отправить их в постель, где все, чем они станут заниматься, будет естественным и нормальным.“

„Для меня любой гражданин России — это русский человек. <…> И я, как белорусский президент, никогда не противопоставлял белоруса и россиянина. Это родные народы. Иногда говорят: один народ. Может, кому-то это не нравится, но скажу так: это народы от одного корня. Есть российский — огромный ствол, а есть ствол — белорусы, украинцы; мы от одного корня. Мы оттуда вышли. И чего тут бояться? Это моя политика, моя идеология, я всегда её придерживался, я, наверное, с ней и умру. Этим всё сказано. Русский человек — это тот же белорус. Белорус — это тот же русский. Потому что мы одни корни имеем.“

„Большие Идеи портят кино. В кино самое главное — сделать хорошее кино. И если в процессе работы тебе в голову придет идея, это отлично. Но это не должна быть Большая Идея, это должна быть маленькая идея, из которой каждый вынесет что-то свое. Я имею в виду, что если ты снимаешь кино о том, что война — это плохо, то зачем тогда вообще делать кино? Если это все, что ты хочешь сказать, — скажи это. Всего два слова: война — это плохо. То есть всего три слова. Хотя два слова будет еще лучше: война — плохо.“

„Ведь что такое фашизм? Мы даём разные его определения, а всё ведь очень просто. Фашизм — это сознательное зло; это когда ты преступаешь нравственную границу, зная о её существовании. Вот если ты не знаешь о ней, это — не фашизм. Это просто добросовестное заблуждение или дурное заблуждение, но это в любом случае не тот восторг от собственной мерзости, который так точно у Достоевского в «Записках из подполья» описан. Фашизм — это явление подпольное; это когда ты понимаешь, что ты дрянь, и испытываешь от этого удовольствие. Вот и всё. Это культ запретных удовольствий. Обратите внимание, что в фашизме на первом месте стоит культ удовольствия, наслаждения, и это отличает его, например, от коммунизма с его культом жертвенности, страданий и т. д.“

„Дружба — это страстная платоническая любовь. Плюс общие интересы. Это бескорыстная помощь, это непрекращающаяся потребность в человеке. Даже если его нет рядом. Дружба — это то, что выдерживает испытание временем. То есть то, что никогда не проходит. Не бывает бывших друзей, по-моему. Или друзей детства…“

„Я раньше считал, что сниматься в плохом кино, это не приговор. Всем нужны деньги. И нельзя винить гаечный ключ за то, что он плохо закрутил гайку. Но когда ты соглашаешься играть в таком, это осквернение. Это оскорбление и это предательство. Никому и никогда нельзя прощать такое.“

„Для того чтобы сохранить отношения, нельзя лезть под кожу своему партнеру. Мой муж – это не моя нога, не мое сердце. Это мужчина, который со мной живет. И если он не хочет мне что-то говорить или показывать, значит, у него есть причина это от меня скрыть. В любом случае это его выбор, его право.“

„Я могу быть твоим врагом. Но у меня больше друзей, чем врагов. Это создавалось на протяжении долгого времени. Самая лучшая награда – это друзья. Однажды Аристотель сказал: «Мы воюем, чтобы жить в мире». Это грустно, но это правда. Конфликт может быть отличным учителем.“

„Всё то, что вы назваете прогрессом, начинается с того момента, когда какая-то, ещё не такая лысая, как мы с вами, обезьяна сказала себе: «Хей, кажется, я что-то чувствую». Но она не могла себе так это сказать за неимением речи, у неё это было чем-то смутным. И она начала искать, как это назвать и выразить. Потом — как найти это в окружающих. Если не находишь — как впихнуть это в окружающих, чтобы окружающие тоже чувствовали, что чувствует эта обезьяна.

И вот это — начало любого прогресса, начало интеллекта как такового.“