феникс

„Человек с книгой снова уставился на него. Глазки живые и умные. И хитрые такие. Либо этот хитрец перехитрил пришельцев – либо это сам пришелец.“

„Мы живем в жестоком мире. Человек человеку - волк.“

„Манхэттенизм - это единственная урбанистическая идеология, вскормленная на достоинствах и недостатках характерной для метрополиса сверхплотной городской среды.Он раз и навсегда сделал ставку на перенаселенность, высокую плотность как основу идеальной современной культуры. Архитектура Манхэттена - это парадигма для эксплуатации перегрузки.“

„Поскольку территория Манхэттена конечна, а количество его кварталов установлено раз и навсегда, город не может расти и развиваться традиционным образом.
А значит, план городского развития не в состоянии предписать ему какую-то конкретную, навечно определенную архитектурную конфигурацию. Он только предполагает: что бы ни случилось на Манхэттене, это что-то обязательно произойдет в одном из 2028 кварталов решетки.Таким образом, любая новая форма городской жизни внутри квартала может возникнуть, только заместив собой предыдущую. Город становится мозаикой из эпизодов разной продолжительности, соперничающих друг с другом при посредничестве манхэттенской решетки.“

„Любой процесс колонизации - переноса какой-то определенной культуры на чужую территорию - есть процесс параноидально-критический, особенно если происходит он в пустоте, возникшей в результате истребления прежней культуры.“

„Во сне люди не отличают сон от яви – пока не проснутся.“

„Общество - это маскарад. где каждый старается скрыть свою суть под маской и тем самым себя разоблачает.“

„А вот на холме показывается одинокий тополь; кто его посадил и зачем он здесь — Бог его знает. От его стройной фигуры и зеленой одежды трудно оторвать глаза. Счастлив ли этот красавец? Летом зной, зимой стужа и метели, осенью страшные ночи, когда видишь только тьму и не слышишь ничего, кроме беспутного,сердито воющего ветра, а главное — всю жизнь один, один. За тополем ярко-желтым ковром, от верхушки холма до самой дороги, тянутся полосы пшеницы.“

„Любое классифицирование имеет превосходство над хаосом.“

„Во всяком человеке, каким бы ни было его интеллектуальное развитие, в глубине сознания остается неискоренимая первобытная ментальность.“

„Ты в курсе, что выбрасываешь свою жизнь в помойку? Смываешь ее в унитаз?“

„Мой ум отказывался воспринимать такие категории, как несколько дней или неделя.
Я жила только следующим мгновением, убеждая себя, что с каждой минутой мне будет легче.“

„Если он когда-нибудь и думал о лесе, то представлял себе много-много деревьев, коричневых внизу и зеленых наверху.“

„С одной стороны волки, с другой - люди. И я между ними. Собачья жизнь.“

„Сердце старых городов являет картину того, как отдельные, очень разные здания, разделенные зачастую веками и стилистическими решениями, существуют бок о бок в полной гармонии как части органического целого.“

„Сознание нужно возвращать в исходное состояние после каждого сильного переживания, прежде чем случатся новые. Невозможно сохранять его часами на высшей точке восторга, пока человек ходит по галерее, но можно сохранить остроту интереса с помощью умелого дизайна,
предлагая меняющиеся пространственные и световые эффекты и такую организацию выставочного пространства, которая изобиловала бы контрастами.“

„Я считаю хорошее планирование одновременно наукой и искусством. Как наука оно анализирует человеческие взаимоотношения, как искусство — объединяет человеческую деятельность в культурном синтезе.“

„Виден был темный и туманный воздух, осаждаемый бегом различных ветров, окутанных непрерывным дождем и смешанных с градом; то туда, то сюда несли они бесчисленные ветви разодранных деревьев, смешанных с бесчисленными Листьями. Вокруг видны были вековые деревья, вырванные с корнем и разодранные яростью ветров. Видны были обвалы гор, уже подкопанных течением рек, как они обваливаются в эти же реки и запирают их долины;
эти взбухшие реки заливали и затопляли многочисленные земли с народами.“

„Живопись распространяется на поверхности цвета и фигуры всех предметов, созданных природой, а философия проникает внутрь этих тел, рассматривая в них их собственные свойства.“