феникс

„Кого теперь обняв ты спишь любовь былая
Зимой порой любви когда пурга метет
И холодно двоим и мерзнет пешеход.
В рыдающем бору и слышит замерзая
Смех эльфов и ветров трубящих вперебой?
Тебе не чудится ли ночью голубой
Что звезды умерли остыв как мы с тобой?“

Гийом Аполлинер (1880–1918)

„Но жизни не дано расплавить льда зеркал,
Всё застывает в нём - и зеркало без меры
Не раз дурачило того, кто полагал,
Что любит женщину, но был в плену химеры.“

Гийом Аполлинер (1880–1918)

„Отчего-то я чувствовал пустоту и одиночество, словно очень долго шел сквозь голое осеннее поле.“

Виктор Олегович Пелевин книга Омон Ра

„Мне вдруг стало противно от мысли, что я сижу в этой маленькой заплеванной каморке,
где пахнет помойкой, противно от того, что я только что пил из грязного стакана портвейн, от того, что вся огромная страна, где я живу, – это много-много таких маленьких заплеванных каморок, где воняет помойкой и только что кончили пить…“

Виктор Олегович Пелевин (1962) русский писатель

„Я сижу в своем саду. Горит светильник. Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых. Вместо слабых мира этого и сильных – лишь согласное гуденье насекомых.“

Виктор Олегович Пелевин (1962) русский писатель

„Когда я пишу какой-нибудь текст, я двигаюсь на ощупь, именно в этом для меня заключена прелесть этого занятия, это как прогулка в ночном лесу, когда не знаешь, что произойдёт через час.“

Виктор Олегович Пелевин (1962) русский писатель

„Пять условий для одинокой птицы: Первое: до высшей точки она долетает;
Второе: по компании она не страдает, даже таких птиц как она; Третье: клюв ее направлен в небо; Четвертое: нет у нее окраски определенной; Пятое: и поет она очень тихо.“

Карлос Кастанеда (1925–1998) американский писатель и антрополог, этнограф, мыслитель эзотерической ориентации и мистик

„Если люди перестанут упражнять свой ротовой аппарат, подумал он, у них начнут работать мозги.“

Дуглас Ноэль Адамс (1952–2001) английский писатель, драматург и сценарист, автор серии книг «Автостопом по галактике»

„Умный человек в одиночестве найдет отличное развлечение в своих мыслях и воображении,
тогда как даже беспрерывная смена собеседников, спектаклей, поездок и увеселений не оградит тупицу от терзающей его скуки.“

Артур Шопенгауэр книга Афоризмы житейской мудрости

„Не слышит и не видит разум твой,
как точит землю корень вековой,
как почву черствую всечасно гложет:
он голоден, он верток, как змея.
Обманом, путник, мысль была твоя:
где длится жизнь—покоя быть не может.“

Харри Эдмунд Мартинсон (1904–1978) шведский писатель и поэт

„Радость от славы проходит довольно быстро и ты понимаешь, что главная награда не в том, что тебя вдруг стала узнавать на улице каждая моль, а то, что твои фильмы останутся после твоей смерти.“

Леонардо Ди Каприо (1974) американский актёр и продюсер

„Я был всегда немного прост,
Хотя высок; а сей несчастный,
Имея самый глупый рост,
Умен как бес — и зол ужасно.“

Александр Сергеевич Пушкин Руслан и Людмила

„Важно не положение дел, а динамика.“

Никола Тесла (1856–1943) сербский физик, инженер, изобретатель

„Если вы хотите познать секреты вселенной - мыслите единицами измерения энергии, частоты и вибрации.“

Никола Тесла (1856–1943) сербский физик, инженер, изобретатель

„Только немцы бывают самоуверенными на основании отвлечённой идеи - науки, то есть мнимого знания совершенной истины. Француз бывает самоуверен, потому что он почитает себя лично как умом, так и телом непреодолимо-обворожительным как для мужчин, так и для женщин. Англичанин самоуверен на том основании, что он есть гражданин благоустроеннейшего государства, и потому, как англичанин, знает всегда, что ему делать нужно, и знает, что всё, что он делает, как англичанин, несоненно хорошо. Итальянец самоуверен потому, что он взволнован и забывает легко и себя, и других. Русский самоуверен именно потому, что он ничего не знает и знать не хочет, потому что он не верит, что бы можно было вполне знать хоть что-нибудь.“

Лев Николаевич Толстой (1828–1910) русский писатель и мыслитель

„Этот прозрачный язык, впервые использованный Камю в «Постороннем», создает стиль, основанный на идее отсутствия, которое оборачивается едва ли не полным отсутствием самого стиля. Письмо в этом случае сводится к своего рода негативному модусу, где все социальные и мифологические черты языка уничтожаются, уступая место нейтральной и инертной форме; таким образом, мысль писателя продолжает сохранять всю свою ответственность,
что не сопровождается, однако, дополнительным процессом социального вовлечения формы в Историю, не властную над этой формой.“

Ролан Барт (1915–1980) философ, критик

„И таким образом я еще раз получил возможность понять, что собой представляет перечитывание; ибо хотя я и могу пересказать целые куски этого романа, но, без сомнения, оторванный от того фундаментального объекта, которым является само это произведение,
я перескакиваю от одной идеи к другой; я объясняю, я размышляю, но я не вдумываюсь в его глубинные слои. И совсем другое дело, если я принуждаю себя читать сам текст; тогда я захвачен и ведом; я думаю так, как хочет он, а не как хочу я. Именно он берет на себя заботу о развитии мысли и действия, о сопоставлениях и сравнениях. И благодаря мощи красоты, которая предостерегает меня от сокращений, перемещений, расположения по моему собственному усмотрению отдельных фрагментов романа,я как бы оказываюсь перед неким природным явлением, которое должен принять таким, каково оно есть.“

Ален (1868–1951) французский философ, журналист, публицист

„Для всякого, кто обозревает объекты человеческого познания, очевидно, что они представляют из себя либо идеи (ideas), действительно воспринимаемые чувствами, либо такие, которые мы получаем, наблюдая эмоции и действия ума, либо, наконец, идеи, образуемые при помощи памяти и воображения, наконец, идеи, возникающие через соединение, разделение или просто представление того, что было первоначально воспринято одним из вышеуказанных способов.“

Джoрдж Беркли (1685–1753)

„Для всякого, кто обозревает объекты человеческого познания, очевидно, что они представляют из себя либо идеи (ideas), действительно воспринимаемые чувствами, либо такие, которые мы получаем, наблюдая эмоции и действия ума, либо, наконец, идеи, образуемые при помощи памяти и воображения, наконец, идеи, возникающие через соединение, разделение или просто представление того, что было первоначально воспринято одним из вышеуказанных способов.“

Джoрдж Беркли (1685–1753)