Поиск

„Вот это и есть фигурное катание, на тренировочном катке. Во время тренировок мы плачем, мы раздражаемся, пинаем стены, плюемся, швыряем вещи. Но этого люди никогда не видят, потому что на льду мы – сияющие снежные ангелы.“

„Жизнь – это река. На первый взгляд здесь ничего нет, но если в неё всмотреться пристальнее глазами, которые способны видеть, то это закончится открытием, пониманием, что всё меняется каждое мгновение.“

„Имей друзей поменьше, не расширяй их круг.
И помни: лучше близкий, вдали живущий друг.
Окинь спокойным взором всех, кто сидит вокруг.
В ком видел ты опору, врага увидишь вдруг.“

„Сидел я у самовара и пил чай один-одинёшенек, вот мне и захотелось, чтоб кто-нибудь вошёл, хоть слово сказал, как это бывает иногда, когда стоскуешься о человеке. Кстати, такова особенность людей: они надоедают, но когда их не видишь, тоскуешь по ним.“

„Мы в то же самое время видим, что в Соединённых Штатах развивается политическая шизофрения. Ничем другим я не могу объяснить обвинения действующего президента в том, что он выдавал Лаврову какие-то секреты.“

„Все, что видишь, все, что любишь, недостойно мудреца,
Зелень, и миндаль, и вина — нет им счета, нет конца!
Мир — змея, а честолюбец — это тот, кто ловит змей,
Но змея от века губит неудачного ловца.“

„Учёные не могут доказать, что шутка смешна, они не могут доказать, что какое-то блюдо вкусно. Итак мы видим то, что привлекает нас более всего, — красота, юмор, обаяние, — всё это субъективно, не может быть доказано.“

„Кино — это занятие для профессионалов. Просто стыдно видеть, как все вдруг захотели стать режиссёрами… Вот откуда кризис в кино! В профессию рвутся бесполезные, бездарные люди, дураки к тому же.“

„Только одно было странно: продолжать думать, как раньше, знать. Понять — это означало в первый момент почувствовать леденящий ужас человека, который просыпается, и видит, что похоронен заживо.“

„Но что же делать мне, скажи, мой бедный друг?
Иль подражать тому, что вижу я вокруг,
Забыть об истине, звучащей благородно,
Не смелым быть орлом, но низким червяком,
И пробираться хитростью, ползком.“

„Метафора - один из важнейших инструментов мысли. Она освещает области, которые иначе оставались бы под покровом тьмы. Однако свет ее бывает толь ярок, что не помогает видеть, а, наоборот, ослепляет.“

„Никогда я не чувствовал себя таким одиноким, предоставленным самому себе, как в те часы, когда я сознавал, что за мной нет нужной реальной силы,которую я кроме совершенно условного личного влияния на отдельных людей и массы, смог бы восстановить; а последние, охваченные революционным экстазом, находились в состоянии какой-то истерии с инстинктивным стремлением к разрушению, заложенным в основание духовной сущности каждого человека. Лишний раз я убедился, как легко овладеть истеричной толпой, как дешевы её восторги, как жалки лавры её руководителей, и я не изменил себе и не пошел за ними. Я не создан быть демагогом — хотя легко бы мог им сделаться, — я солдат, привыкший получать и отдавать приказания без тени политики, а это возможно лишь в отношении массы организованной и приведенной в механическое состояние. Десять дней я занимался политикой и чувствую глубокое к ней отвращение, ибо моя политика — повеление власти, которая может повелевать мною. Но её не было в эти дни, и мне пришлось заниматься политикой и руководить дезорганизованной истеричной толпой, чтобы привести её в нормальное состояние и подавить инстинкты и стремление к первобытной анархии. (11 марта 1917)“

„Книжная – самая толстая, восьмиугольная и сложена из больших тесаных камней.
Лестница расположена в толще стен. Аша быстро поднялась на пятый этаж, в комнату, служившую дяде читальней. Как будто есть комнаты, в которых он не читает. Лорда Родрика редко видели без книги в руках, будь то в отхожем месте, на палубе «Морской песни» или в собрании других лордов. Аше случалось видеть, как он читает, сидя на своем высоком месте под скрещенными серпами.“

„Прозреть нам надо во многих отношениях. Нам надо научиться видеть в себе зло, которое делает нас мелкими, недостойными даже человеческого звания, не говоря уже о том, что оно нас делает неспособными приобщиться Божественной природе, — что является нашим призванием. Но мы должны также научиться видеть в себе образ Божий, ту святыню, которую вложил в нас Господь и которую мы должны уберечь, укрепить, которой мы должны дать воссиять полным светом через подвиг всей жизни.“

„Преданный друг — это нечто большее, чем просто человек, который рядом с тобой в хорошие времена. Это тот, кто останется с тобой и в самых сложных моментах жизни, даже если ты случайно обидишь его в порыве гнева. Подобные ситуации могут возникнуть из-за различных жизненных проблем, таких как финансовые трудности, когда тебя обманули или когда ты столкнулся с непредвиденными расходами. Настоящий друг поймёт тебя, поймёт твои чувства и не оставит тебя в одиночестве. Он скажет тебе тёплые слова, чтобы утешить и поддержать тебя в трудную минуту. Ведь именно в сложные времена мы понимаем, кто на самом деле стоит рядом с нами, кто готов пройти через все трудности вместе с нами. Иногда именно в такие моменты проявляется истинная суть наших отношений. Важно помнить, что настоящая дружба — это не только радость и веселье, но и способность поддержать друг друга в трудные дни. Истинные друзья всегда будут с тобой, даже когда кажется, что весь мир обернулся против тебя. Так что цени своих верных друзей, будь рядом с ними и поддерживай их в трудные моменты, ведь именно взаимная поддержка делает наши отношения крепкими и надёжными. Не забывай быть таким хорошим другом для своих близких, каким хотел бы видеть друга в себе.“

„«Эзоповская» манера> и не безвыгодна, потому что, благодаря её обязательности, писатель отыскивает такие пояснительные черты и краски, в которых при прямом изложении предмета не было бы надобности, но которые все-таки не без пользы врезываются в память читателя.“

„В России была настолько сильная промывка мозгов, что её результаты остались и сидят в мозгах до сих пор. Каждый анализ и диагноз должен вести к ответу на вопрос: что делать? И, соответственно, нужно что-то делать.“

„Философия может иметь очищающее значение для религии, может освобождать её от сращённости с элементами не религиозного характера, не связанными с откровением, элементами социального происхождения, закрепляющими отсталые формы знания, как и отсталые формы социальные.“

„Справедливо считать творцом научной идеи того, кто не только признал философскую, но и реальную стороны идеи, который сумел осветить вопросы так, что каждый может убедиться в её справедливости, и тем самым сделал идею всеобщим достоянием.“