Поиск

„Какие бы боль и страдания ни приносила жизнь, мы все равно должны её приветствовать. Солнце и Луна, день и ночь, мрак и свет, любовь и смерть — человек всегда между ними. Кто боится страданий, тот боится и радости.“

„В тот же день, вечером, Лесток собрал своих единомышленников на сходку, назначив трактир савояра Бéрлина, находившийся неподалеку от дворца цесаревны, а между тем дал приказание въехать во двор её дворца двум саням.“

„Что нашли мы в безднах откровений, то утратили мы в безднах искушений.

Кто видит вечное в сияньи звёзд, тот безымянен в созерцаньи.

Там, где качаются глаголы вещие, там не найдёте вы костей эпох.

Всё, что доступно нам, не имеет к нам ни малейшего отношения,
а всё, что - за пределами нас, является нашим исконным провиденьем.

Мы, за пределами воображенья, прикасаемся к звёздам,
не оставляя после себя биографических побед.

Кто вещает нам о сокровенном, тот приходит к нам из бездн не родившихся звёзд.

Кто видит истину, тот прикасается к неисчерпаемым дарам.

Там, где я был в ночи, там и развеялись все западные и восточные умы.

Кто на закате видит падающие листья, тот из ниоткуда идёт в никуда.

Ничего не достигнуто в истине. Все, как свечи,
растаяли в пропасти свершений, в пропасти зари.

Невозможно описать словами жажду истины, в которой не найти нам нас.“

„Всякий, кто сколько-нибудь внимательно перечитывал стихи поэта, сборники, изданные им, знает, что канонических текстов его стихов не существует. При подготовке каждого издания <…> Пастернак всегда делал исправления <…>.
Мотивом всех этих переделок была отнюдь не требовательность. Просто Пастернаку казалось, что строй образов того, молодого времени чужд его последним поэтическим идеям и поэтому подлежит изменению, правке. Пастернак не видел и не хотел видеть, что стих его живет, что операции он проделывает не над мертвым стихом, а над живым, что жизнь этого стиха дорога множеству читателей. Пастернак не видел, что стихи его канонических текстов близки к совершенству и что каждая операция по улучшению, упрощению лишь разрывает словесную ткань, разрушает постройку. <…>
Плащ героя, пророка и бога был Пастернаку не по плечу.“

„Ободрение нас вдохновляет; если его нет, гаснут многие благородные возможности. Ты думаешь, что не можешь добиться многого в жизни, не можешь сделать ничего хорошего, ничего прекрасного. Тебе кажется, что и твои друзья думают так же, и тебя охватывает безнадежное чувство собственной незначительности. Потом приходит кто-то, кто видит твои способности, чей взгляд ловит драгоценные проблески твоей души, кто видит в твоей жизни возможности, о которых ты никогда не подозревал, и говорит тебе об этом… Для каждого из нас много значит знать, что кто-то нами интересуется. Любовь Иисуса к Симону, высказанная Им, и Его ободрение стали для него началом новой жизни. Иисус поверил в него, и это наполнило его упованием. Христос видит в нас возможную красоту характера и возможную силу для служения и сразу стремится показать нам спрятанные в нас сокровища.“

„ОУН ценит жизнь своих членов, очень ценит, но мы понимаем, что наша идея такая величественная, что когда идёт разговор о её реализации, то не единицы, не сотни, а миллионы жертв нужны и возможны, чтобы её реализовать. ОУН цінить вартість життя своїх членів, дуже цінить; але – наша ідея в нашому понятті є така велична, що коли йде про її реалізацію, то не одиниці, не сотні, а мільйони жертв треба посвятити, щоб її таки зреалізувати.“

„Прежде, чем продолжить обсуждение по объявленной теме, я хочу остановиться на двух моментах… Первый из этих пунктов — проблема общепсихологической теории. Она, во-первых, выступает как идеологический принцип — в том смысле, что должна существовать такая общепсихологическая теория, а во-вторых — в плане её (этой теории) возможного объекта и, соответственно, содержания. Моя основная мысль, которую я буду разворачивать в этом кусочке, состоит в том, что идея общепсихологической теории, то есть теории, изучающей психику в её целостности и как таковую, есть, по сути дела, реликт.“

„Гоголя нет!.. Грустно и тяжело! Нет великого художника, и нет великого создания, им недоконченного. С именем Гоголя, с его великим поэтическим трудом связывались все надежды, всё будущее нашей литературы. Теперь исчезли её надежды, а может быть, и всё её будущее, вместе с потерею величайшего русского писателя, величайшего и вместе, кажется, последнего русского художника. Пусто стало в русской литературе, ей больше уже нечего ждать. Так грустно становится при этой горькой мысли, что ещё невозможен стройный и последовательный отчет ё заключившем, — да, заключившем!“

„Я оглядываюсь назад и вижу пустыню… Все эти годы — Боже мой… тридцать пять лет из шестидесяти — на что я потратил? И что от меня останется? Парочка хороших фильмов, несколько плохих… Какого чёрта я все это делал?!“

„Борьба за социальную и национальную справедливость на свете ведется все успешнее потому, что люди видят и предметно воспринимают советский пример, пример державы, где принципы такой справедливости не просто победили, но и закреплены в Конституции“

„Разве ты не видишь, что среди человеческих красот красивейшее лицо останавливает проходящих, а не богатые уборы? И это я говорю тебе, который украшает свои фигуры золотом или другими богатыми узорами.“

„Что было тут на душе у несчастной — Не чувство ль ягнёнка, Если рычанье волков у высокого слышит он хлева Иль русака, что сидит, притаясь, и враждебные видит Морды собачьи, а сам шевельнуться от страха не смеет?“

„Я хожу среди людей, как среди обломков будущего: того будущего, что вижу я. И в том моё творчество и стремление, чтоб собрать и соединить воедино всё, что является обломком, загадкой и ужасной случайностью.“

„Я вообще не вижу связи (между Украиной и Сирией). Единственным общим знаменателем в некоторой степени является тот факт, что российский президент Владимир Путин играет роль и в сирийском и в украинском конфликтах.“

„Во образе Святой Софии наше религиозное благочестие видит весь мир — не нынешний, а грядущий мир, каким он должен быть увековечен в Боге; но в высшей своей форме этот мир — человечен.“

„Если же в зоне конфликта кто-то видел чеченца, то это его личное дело. Чеченцев три миллиона и две трети из них проживает за пределами ЧР, в т. ч. на Западе. Мы не можем и не должны знать, кто из них куда едет.“

„Мне нравятся люди, раздираемые изнутри. Но не страстями — борьбой. Мне нравятся те люди, которым неуютно в обществе. Которые чувствуют свою чужеродность. Вот каких людей я хочу видеть в подсовываемых мне сценариях. Потому что я сам такой.“

„Жизнь это… Ты просто открываешь ставни и видишь на улице собак. Смотришь налево, смотришь направо и закрываешь ставни. Сколько прошло времени? Секунда? Полторы? Вот это и есть жизнь.“

„Человек как освещенный солнцем пейзаж. В каждый момент он меняется, приобретая иную красоту, иное настроение. Искусство ладить с людьми — это умение видеть этот пейзаж глазами художника.“