Поиск

„Пот, соль, кровь.

Снова и снова.

Ещё и ещё.

Столько ходить по морю, сколько по морю идти.

И когда кончаются корабли,

ты строишь их снова.

Стискивать мякоть полую

тела её.

Дева в венце ручьёвом,

одежде – озере,

дева-распятие, дева-боль,

как ты стоишь и смотришь на все мои «до»

и «после»,

на всё, что ещё не связал.

Дай! Мне! Проход! К сердцевине!

И закрепи.

Закрепляй, Герхард, сам.

Вот – власть,

и она – действие,

она – страсть,

она – решимость.

— Франц Вертфоллен, "Герхард. Юность"“

„Молитва — это дыхание души. Это тайна духовной силы. Ее невозможно заменить никакими иными средствами благодати. Она сохраняет здоровье души. Молитва позволяет сердцу непосредственно общаться с Источником жизни, укрепляя мышцы и сочленения религиозного опыта. Стоит пренебречь молитвой или молиться нерегулярно, лишь тогда, когда это представляется вам удобным, — и вы утратите связь с Богом; духовные способности утратят свою энергию, а религиозных опыт — здоровье и жизненную силу“

„Между Россией и Западом не может быть союза ни ради интересов, ни ради принципов, мы, русские, должны неизменно помнить, что принципы, на которых стоят Россия и Европа, столь противоположны, столь взаимно отрицают друг друга, что жизнь одной возможна только ценой смерти другой. Следовательно, единственная естественная политика России по отношению к западным державам, это не союз с той или иной из этих держав, а разъединение, разделение их. Ибо они только когда разъединены между собой, перестают быть нам враждебными — по бессилию.“

„Мы удержим генерал-губернаторство и более не отдадим его… Я открыто признаю, что наше правление здесь будет, возможно, стоить жизни нескольким тысячам поляков, в особенности из числа их духовной элиты… Мы ликвидируем сложившееся положение вещей в стране, осуществив это самым простейшим способом… Речь главным образом идет о том, чтобы выполнить великую национал-социалистическую миссию на Востоке. Поэтому нашей целью не будет создание здесь правового государства… Тот, кто станет казаться нам подозрительным, будет сразу же ликвидирован.“

„Много лет назад один европейский друг сказал мне, что если бы у вас была рукопись прекрасной книги и вы были бы уверены, что сможете продать сто экземпляров книги, то европейский издатель напечатал бы девяносто девять экземпляров. Напечатать сто один экземпляр, по словам моего друга, было бы, по европейским понятиям, неприлично. А вот как повели бы себя в такой ситуации японцы: мы продолжали бы печатать эту книгу и продавать как можно больше экземпляров. Чем больше мы выпустили бы экземпляров этой книги, тем дешевле бы она стоила, и благодаря рекламе и информации мы увеличили бы спрос и обеспечили бы этой книгой все больше и больше людей.“

„Артист «Моссовета» Николай Афонин жил рядом с Раневской. У него был горбатый» «Запорожец», и иногда Афонин подвозил Фаину Георгиевну из театра домой. Как-то в его «Запорожец» втиснулись сзади три человека, а впереди, рядом с Афониным, села Раневская. Подъезжая к своему дому, она спросила:
— К-Колечка, сколько стоит ваш автомобиль?
Афонин сказал:
— Две тысячи двести рублей, Фаина Георгиевна.
— Какое ***ство со стороны правительства, — мрачно заключила Раневская, выбираясь из горбатого аппарата.“

„Заходит в магазин на Таганке мужчина и спрашивает:
— Мне бы перчатки…
— Вам какие? Кожаные, замшевые, шерстяные?
— Мне кожаные.
— А вам светлые или темные?
— Черные.
— Под пальто или под плащ?
— Под плащ.
— Хорошо… Принесите, пожалуйста, нам ваш плащ, и мы подберем перчатки нужного цвета и фасона.
Рядом стоит Раневская и все это слушает. Потом наклоняется к мужчине и театральным шепотом, так что слышит весь торговый зал, говорит:
— Не верьте, молодой человек! Я им уже и унитаз приволокла, и жопу показывала, а туалетной бумаги все равно нет!“

„Я думаю, что такое поведение стало для меня принципиальным. Знаете, в свое время хотелось, как и многим певцам, попасть на телевидение, чаще показываться нужно было, чтобы зрители меня видели. Но какое-то время прожив на Украине, я самоустранился от ТВ. Когда же начались гастроли в России, я увидел, что люди меня не забыли. И это не заслуга телевидения. Поэтому для меня телевизионная реклама не нужна, ну не приглашают — да и хай живут еще триста лет! А тем более на таком ТВ, какое мы видим каждый день, и появляться не стоит.“

„Даже если наши побуждения и наши поступки никак не связаны с верой в Бога, за каждым из них стоит определенная уверенность в том, что окружающий нас Мир — это не совершеннейший хаос, что в нем есть какой-то смысл. Семена веры всегда присутствуют в наших душах. Наша способность к какой-либо деятельности была бы парализована, если бы мы не исходили, пусть не вполне осознанно, из доверия к осмысленности и целесообразности жизни. Поэтому, продолжая жить и действовать, даже атеист показывает, что он должен в каком-то смысле верить в Бога и не может во всех отношениях отвергать Его.“

„Пока такие времена, что прежде всего келью свою, комнату обставь как должно. Самый незначительный предмет интерьера есть духовное свидетельство, аспект культа и каждения. Стоит на полке светская книга — значит и чёрное евангелие читаешь, ибо книга эта — глава того сатанинского писания. Висит на стене чёрная фигурка буддийского божка — значит, это твой идол, даже если не поклоняешься ему. Простая мебель, образа и книги — и больше ничего. Как можно меньше света электрического и больше лампад, свечей.“

„Одна из проблем Украины заключалась в том, что она слишком любила свои заводы.

Если она перестанет их любить, неэффективные сами отомрут, эффективные останутся, но при этом надо создать условия для экономического роста, для появления новых компаний. Посмотрите список S&P500 или Fortune 500 пятьдесят лет назад и сегодня: и окажется, что там две компании сохранились только, остальные — новые.

У Украины есть такой замечательный пример как WhatsApp. Парень из Киева приехал в Америку, создал компанию, продал за $19 млрд. Бывший украинец заработал $11 млрд. У кого из украинских бизнесменов есть $11 млрд?.“

„Любое упоминание в прессе, даже самое негативное, кроме некролога, это реклама.
Эта крылатая фраза последовательно приписывалась Марку Твену и Уинстону Черчиллю, а теперь Мадонне. Ни у одного из них именно такой фразы нет, скорее всего, она родилась в среде самих политологов и рекламных работников. Впрочем, у Марка Твена среди различных цитат есть одна, относящаяся к 1899 году. Возможно, это и стало основой дальнейшей лаконичной формы и причиной изначального приписывания её Марку Твену. В шутливой благодарственной речи за причисление его к великим американским писателям Марк Твен сказал:“

„Любое упоминание в прессе, даже самое негативное, кроме некролога, это реклама.
Эта крылатая фраза последовательно приписывалась Марку Твену и Уинстону Черчиллю, а теперь Мадонне. Ни у одного из них именно такой фразы нет, скорее всего, она родилась в среде самих политологов и рекламных работников. Впрочем, у Марка Твена среди различных цитат есть одна, относящаяся к 1899 году. Возможно, это и стало основой дальнейшей лаконичной формы и причиной изначального приписывания её Марку Твену. В шутливой благодарственной речи за причисление его к великим американским писателям Марк Твен сказал:“

„Воля человеческая направлена к той же цели, как у животных, — к питанию и размножению. Но посмотрите, какой сложный и искусный аппарат дан человеку для достижения этой цели, — сколько ума, размышления и тонких отвлечённостей употребляет человек даже в делах обыденной жизни! Тем не менее и человеком, и животными преследуется и достигается одна и та же цель. Для большей ясности приведу два сравнения: вино, налитое в глиняный сосуд и в искусно сделанный кубок, остается одним и тем же; или два совершенно одинаковых клинка, из одного и того же металла и в одной и той же мастерской сработанные, могут иметь разные рукояти: один золотую, другой — из латуни.“

„«Музыкальные зоны» человеческого мозга реагируют не только на внешнюю музыку, но и на многие другие, внутренние факторы — память, эмоции, ассоциации.
Эти зоны имеют тенденцию к спонтанной активности и повторяемости; ни одна другая часть нашего мозга не имеет таких свойств. Я вижу свою комнату и мебель в ней каждый день, но при этом образ моей комнаты никогда не возникал у меня в мозгу спонтанно. И точно так же в своей голове я обычно не слышу лай собак ли шум с улицы, я не способен вдруг почувствовать запах воображаемой еды, хотя слышу собак, бываю на улицах и ем каждый день.“

„«Музыкальные зоны» человеческого мозга реагируют не только на внешнюю музыку, но и на многие другие, внутренние факторы — память, эмоции, ассоциации.
Эти зоны имеют тенденцию к спонтанной активности и повторяемости; ни одна другая часть нашего мозга не имеет таких свойств. Я вижу свою комнату и мебель в ней каждый день, но при этом образ моей комнаты никогда не возникал у меня в мозгу спонтанно. И точно так же в своей голове я обычно не слышу лай собак ли шум с улицы, я не способен вдруг почувствовать запах воображаемой еды, хотя слышу собак, бываю на улицах и ем каждый день.“

„Ну и кто тут хотел правды? Какие бесстрашные люди не побоятся взглянуть в её слепые глаза и прозреть? Разве есть среди нас такие? Вы разве знали её, видели хоть раз? То, что вы называете «правдой», всего лишь одна из версий, которая лично вам понравилась и больше ничего. То, что вам не по душе или не по мозгам, то автоматически становится неправдой, но неправдой только потому, что она вам не по вкусу и уму. Какая же это правда, если непременным её условием стать таковой является понятность и удобность для вашего переваривания? Правда ваша — это всего лишь то, что логично, то есть соответствует вашей логике, удобно голове и может в неё уместиться, всё остальное — неправда. Правда?“

„Мне кажется, что слово «простить» очень важно в контексте простоты отношений. И в этом смысле – что значит простить даже очень серьезного обидчика, причинившего глубочайшую боль? Ведь боль все равно никуда не денется. Но можно не держать зла в сердце на причинившего её.
Между людьми может не быть каких-то серьезных конфликтов, претензий, но между ними очень часто всё как-то не просто. И мне кажется, одна из задач на Прощеное воскресенье – это как раз постараться понять, с кем у нас не просто, попытаться осознать почему, и как-то это распутать.
Простить – это не значит обязательно принять человека в друзья, в близкие, знакомые, в соратники, но – смириться с тем, что он живет такой, какой он есть.“

„Я еще полон сил на много лет. Поэтому я имею право сказать правду о профессии. Это не такая легкая и ярко красочная жизнь. За всей внешней красотой скрывается адский труд. Огромная колоссальная работа. Моя профессия одна из самых сложных и тяжелых, я даже не завидую этим ребятам и девушкам, которые хотят войти в этот мир парикмахерского искусства, модельного бизнеса, декоративной косметики. Готовьтесь к сложной жизни и в профессиональном, и в личном плане! Однако помните: на семью, на детей надо находить время. Все-таки работа работой, а семья — это костяк, стена, база!“