Поиск

„Россия как наркоман, у которого в одной руке труба с нефтью, в другой труба с газом, а в голове экономические галлюцинации о том, что всё хорошо. А цены упадут, начнется ломка. Нельзя привязывать Россию к чисто сырьевому сектору. Вопрос по ВТО решится сам по себе, за счет увеличения конкурентоспособности и качества продукции“

„Наш мир так же сложен и уязвим, как паутина. Коснитесь одной паутинки, и дрогнут все остальные. А мы не просто касаемся паутины, — мы оставляем в ней зияющие дыры. Растениям и животным некому писать, за них некому заступиться, кроме нас, людей, которые вместе с ними населяют эту планету, но не являются ее собственниками.“

„А мать по утрам заводила один и тот же разговор: "На что я буду покупать продукты?", и начиналась рукопашная. Долгое время я спал на одной кровати с матерью, потому что в комнате не было места. Мои братья пристраивались рядом с кроватью на полу, отец - в коридоре. Но я не видел в этом ничего ужасного, ведь мои товарищи жили точно так же“

„Вопиющая несправедливость одной половины его законов научила его ненавидеть и другую; он подчиняется им, как силе. Полное неравенство перед судом убило в нём всякое уважение к законности. Русский, какого бы звания он ни был, обходит или нарушает закон всюду, где это можно сделать безнаказанно; и совершенно так же поступает правительство.“

„«Полёт Валькирии» Вагнера? Вам не хватило одной осквернённой могилы? Есть закон об оскорблении чувств верующих, но закона о защите любителей музыки нет! При этом музыка существует, а Бога нет. Queen, Элвис, Вагнер — всё это использовали в самых сраных комедиях, и вы хотите сказать после этого, что Бог существует?“

„Россия может иметь сколько угодно ядерных чемоданчиков и ядерных кнопок, но поскольку 500 миллиардов долларов российской элиты лежат в наших банках, вы ещё разберитесь: это ваша элита или уже наша? Я не вижу ни одной ситуации, при которой Россия воспользуется своим ядерным потенциалом.“

„В юности в женщинах восхищают совсем другие вещи, а со временем понимаешь: главное, чтоб с человеком было легко и просто, чтобы он понимал тебя и чтобы не раздражал. Иначе не прожить под одной крышей много лет. А если еще этот человек стремится к тому, чтобы тебе было с ним комфортно (и, что немаловажно – не в его понимании комфортно, а в твоем!) – так это просто идеал, при котором уже больше и мечтать не о чем.“

„Ведь что такое болтливость, как не отсутствие скромности — с одной стороны, а с другой — самоуслаждение примитивным процессом самообнаружения. Эгоистическая природа многословия ничуть не уменьшается от того, что это многословие иногда на серьезную тему: гордый человек может толковать о смирении и молчании, прославлять пост, дебатировать вопрос, что выше: добрые дела или молитва.“

„Патриот - человек дисциплинированный. Он строг к себе и требователен к окружающим. Он неутомимо учится и работает ради эффективного следования одной единственной цели - укреплению государства Российского. Ради нее в случае необходимости он должен быть готов днем и ночью, даже с риском для собственной жизни и здоровья, исполнять свой долг.“

„Не будучи от природы сильным писателем (все его «романы» по сути — лишь слабобеллетризованные философские и публицистические трактаты), Стэплдон смог — в основном, за счёт беспрецедентных в мировой НФ масштабов изображаемого и неуёмности фантазии, — стать одной из самых заметных фигур в этой литературе на промежуточном этапе <её развития>…“

„Патриот - человек дисциплинированный. Он строг к себе и требователен к окружающим. Он неутомимо учится и работает ради эффективного следования одной единственной цели - укреплению государства Российского. Ради нее в случае необходимости он должен быть готов днем и ночью, даже с риском для собственной жизни и здоровья, исполнять свой долг.“

„Я не принимаю происходящее как данность. Полтысячи девушек наступают мне на пятки. Я знаю это, ведь сама была одной из них. Я знаю, каково это – стараться пробиться: отправляя сотни e-mail'ов, пытаясь связаться с кем-то, кто поможет связаться с кем-то еще. Я бы не работала сейчас так напряженно, если бы не знала, что слава – явление преходящее.“

„Довольно трудно ответить на вопрос, что или кто именно тебя вдохновляет, иногда идеи приходят ниоткуда. Я исхожу из того, что в одной точке должны сойтись две линии — то, что нравится тебе, и то, что нравится твоим поклонникам. А если говорить об академической музыке, то я очень люблю Чайковского. Возможно, это как-то влияет на мои мелодии.“

„Просунуть руку в камеру Бронсона все равно, что в клетку со львом. Я сделал это и пожал ему руку. Это было самое мягкое и нежное рукопожатие в моей жизни. В тот момент я отбросил все предрассудки… Я бы пожил в одной камере с Чарли, даже зная, какой он опасный и непредсказуемый человек. Разумеется, до первой ссоры.“

„Светские правительства не должны ставить во главу угла ту или иную религию, потому что они обязаны защищать свободу каждого. Граждане могут исповедовать ту религию, которая им нравится. Если бы правительства отдавали предпочтение какой-либо одной религии, то они не могли бы исполнять свой долг перед всеми гражданами.“

„Верьте в чудеса. Лично я никогда не стремилась стать знаменитой. Я всегда была полной — когда мне было пятнадцать, я весила 90 кг! И не знала ни одной толстой актрисы, которая бы прославилась. Я искренне не видела себя на красных ковровых дорожках. Но я работала — и вот вы видите меня в красивом платье на той самой дорожке. Нужно только обязательно верить.“

„Философ учит добродетели с помощью отвлеченных понятий, я же призываю вас идти по следам тех, кто прошел прежде вас. Опыт одной жизни заключен в учении мудрого философа, я же даю вам опыт многих веков. Наконец, если он создает песенник, то я возлагаю руку ученика на лютню, и если он проводник света, то я свет.“

„Богатые и жулики, это — две стороны одной медали, это — два главные разряда паразитов, вскормленных капитализмом, это — главные враги социализма, этих врагов надо взять под особый надзор всего населения, с ними надо расправляться, при малейшем нарушении ими правил и законов социалистического общества, беспощадно.“

„Город детства. Он в пяти часах езды от бьющего наповал мегаполиса, где каждую ночь тысячи женщин отворачиваются к стенке с одной мыслью «ну обними же, обними», где каждое утро тысячи мужчин просыпаются с мыслью о том, какую сегодня придумать причину для позднего возвращения домой.“