Поиск

„Религия – это главная узда для масс, великое запугивание простаков, это какие-то колоссальных размеров ширмы, которые препятствуют народу ясно видеть, что творится на земле, заставляя поднимать взоры к небесам.“

„Всё, о чём вы думаете или мечтаете, всё, во что вы искренне верите — рано или поздно непременно произойдёт. Нужно лишь трудиться. Я искренне верю, что я лучший. Я мысленно ставлю себя на пьедестал и как вы видите, сейчас это даёт плоды.“

„Я очень близок к насилию, когда при мне говорят, что человек — единственное существо, умеющее улыбаться. Я видел, как улыбаются птицы. И пусть для городского человека это звучит дико, но такой скромной улыбки, как у лося, я вообще ни у кого не встречал.“

„Если по бюджету, структуре или по иному документу у вас в офисе находится человек, который получает з/п за работу, которая не нужна, выгоните его в момент осознания этого. Если ваше руководство этого не видит, придите и громко хором ему об этом скажите.“

„Вера есть внутренний духовный опыт и духовная жизнь, есть возрождение души, и она не может порабощать философию, она может лишь питать её. Но в борьбе против религии авторитета, сжигавшей на костре за дерзновение познания, философия отпала от веры, как внутреннего просветления познания.“

„Всякое ограничение свободы печати становится средством направлять общественное мнение в пользу своих личных интересов и основывать свое господство на невежестве и всеобщей испорченности. Свободная печать — страж свободы; печать связанная — её бич.“

„Можно ли свободу народа считать обеспеченной, если мы устранили её единственно прочную основу — убеждённость людей в том, что наши свободы — из даров Божьих? Что к ним нельзя применять насилие, не вызвав гнева Божьего? Поистине, я опасаюсь за свою страну при мысли, что Бог справедлив…“

„Есть люди, которые воспринимают меня по тому, как я выгляжу. А есть кинематографисты, которые знают, как у меня работать на площадке, или какой я, когда снимаюсь. Это совершенно разные вещи. Мало того, это территория, закрытая для всех, я её сильно оберегаю. Там царит абсолютная свобода, ребячество, братство.“

„Человек убеждён, что только в Боге его спасение, но пусть он сам протянет руку, чтобы взять помогающую ему десницу Божию. Иначе он только при одном убеждении и останется. Недостаточно пожелать, хотя бы и искренно, жизни по Закону Божию, необходимо и на самом деле её начать.“

„Любовь — как ураган или как радуга, это с какой стороны посмотреть. Любовь появляется из ниоткуда. Одним прекрасным днём ты можешь идти по улице — и любовь свалится тебе на голову. Но если ты закрыт, то можешь просто её не увидеть. И тогда любовь пройдёт стороной.“

„Существует такой основной признак человека, как невербальный аспект нашего желания творить музыку и использовать её как часть нашего человеческого самовыражения. Это не имеет общих черт с движениями тела, не имеет общих черт с артикуляцией, но с чем-то духовным.“

„Попадаются люди с талантом. Но сейчас очень в ходу разные кружки и объединения. Всякая стадность — прибежище неодарённости, всё равно верность ли это Соловьёву, или Канту, или Марксу. Истину ищут только одиночки и порывают со всеми, кто любит её недостаточно.“

„Уже самый факт повсеместного построения храмов святой Софии в древней Руси тотчас по обращении её из язычества свидетельствует о том, что мы имеем здесь центральное религиозное представление, которое для русского религиозного сознания представляет совершенно исключительную ценность.“

„Тот, кто борется за коммунизм, должен уметь вести борьбу и прекращать её, уметь говорить правду и умалчивать о ней, верно служить и отказываться от службы, выполнять и нарушать обещания, не сворачивать с опасного пути и избегать риска, быть известным и держаться в тени.“

„И да, и нет — здесь всё моё,
Приемлю боль — как благосты́ню,
Благославляю бытие,
И если создал я пустыню,
Её величие — моё!
<…>
О, верю! Мы повсюду бросим сети,
Средь мировых неистощимых вод.
Пред будущим теперь мы только дети.
Он — наш, он — наш, лазурный небосвод!“

„После того как вы поиграли в игру, прошли её, всегда остаётся последняя игра — сломать и поглядеть что у неё там внутри. Я думаю что это удовлетворение во много раз сильней. Не думаю что это плохо. Почему бы не попытаться получить ещё и творческое удовлетворение сломав то, что сделал „дядя?““

„Если бы сегодняшняя оппозиция была властью и привезла такой газовый контракт, то сегодняшняя власть, если бы стала оппозицией, вынесла бы её на вилах. На вилах! Я знаю, что говорю. Поэтому там история тёмная. Я в ней разбираться не хочу. Пусть разбираются те, кому это положено.“

„Человек— это книга
Каждый человек сам для себя является единым экземпляром.
Люди прочитав вашу книгу могут лишь её понять в кратком содержании.
Постепенно ваша книга будет передаваться из уст в уста и обретёт иной смысл.“

„Быть верным своему другу — это всё равно, что бережно хранить подаренную дорогим человеком игрушку. Ты продолжаешь ценить её, даже если ей много лет и она давно потеряла привлекательный внешний вид. Потому что внешнее не имеет никакого значения для того, кто любит по-настоящему.“