феникс

„На этой остановке Деви может выйти из себя. Соленая помойка, ядовитая фабрика, аппендикс, туалет, тупик, кладбище, черная дыра. Для этого места у Деви есть названия и похуже — их она говорит себе под нос, думая, будто ее никто не слышит.
Среди них есть даже «задница гребаная»!“

„Я вошел в сад. На островке водоема, на открытом, для воздуха и дня и ночи, маленьком островке, цвели роскошные арумы, белые чаши с золотым расцветом внутри.
Цвели кусты камелий, деревца с цветками полевых ромашек, глицинии, или цветки, похожие на глицинии, много других цветов на стеблях, и цветущих кустарников. На грозде желтоватых пахучих цветков, названия которых я не знаю, я увидел пчелу. Если бы я увидел Шелли, я так же бы обрадовался. Это было свидание! И пестрая цветочная муха, совсем как те, которых я любил в детстве, прилетала и улетала и садилась всё на том же цветке. Я знаю нрав этих пестрых мух, с детских дней. И мне казалось, что и лица Испанок, которые мелькали кругом, тоже дороги и знакомы мне с давних-давних пор.“

„А с половины мая яркое солнце печет невыносимо, степь выгорает, дождей не бывает месяца по два — по три, суховей, северо-восточный раскаленный ветер, в несколько дней выжигает всякую растительность, а комары, мошкара, слепни и оводы тучами носятся и мучат табуны, пасущиеся на высохшей траве. И так до конца августа…“

„Работайте, о бедные поэты!
Богатство достигается трудом.
Хоть гусеница портит лист, но к лету
Становится нарядным мотыльком.“

„Так в лесу росистом
В час ночной — светляк
Блеском золотистым
Рассекает мрак,
Невидимый горит цветов и трав маяк.“

„Мило мне дерев цветенье.
Шире разрастайся, сад!
С неба веют сновиденья, —
Ими дышит аромат.“

„Ветер, Ветер, Ветер, Ветер,
Что ты в ветках всё шумишь?
Вольный Ветер, Ветер, Ветер,
Пред тобой дрожит камыш.
Ветер, Ветер, Ветер, Ветер,
Что ты душу мне томишь?“

„Сегодня манит мотылька,
Прельщает пчелку золотую,
К нему с любовью мошка льнет,
И стрекоза его поет;
Утратил свежесть молодую
И чередой своей поблек, —
Где пчелка, мошка, мотылек?
Забыт он роем их летучим,
И никому в нем нужды нет;
А тут зерном своим падучим
Он зарождает новый цвет.“

„О, как пусты те, что приходят с холодными сердцами на прение.
Приходите на прение… а я хотел бы, чтобы внутренне вы возродились и в себе духом взнесенным все нашли… Ибо, когда вознес я дух, целый год каждая былинка, каждый слизняк океанский мне дело духовное рассказывали… Ангельская роскошь духа в чистом творчестве…“

„Несло клубникой из долины:
Цвели жасмины.
Кружились при ветрах и громах
Снега черемух.
Как золота под мотыльками,
Рожь с васильками!
И мотыльков летучий ярус —
Как перлопарус.
Раззвездился так шустро-прыток
Рой маргариток.
Зелено-бронзные букашки
Вползли в ромашки.“

„Сел ветер у края
Прозрачной воды,
И цапли, шагая,
Глядятся в пруды.“

„Одел туман, в котором слились в ряд
Тюльпаны, розы, лилии, сабали,
Сплетенные с решетками оград,
И, шелестом своим наполнив сад,
Так запахами воздух пропитали —
Тюльпаны, розы, лилии, сабали, —
Что их обильный резкий аромат
Дурманит мозг, и тщетно ловит взгляд
Воспоминанье в сумерках печали.“

„Извиваться в саду белесые виденья
В ярком свете луны опаловым ничто,
Средь зеленых теней, растворивших растенья,
Словно сон Раффе о Ватто!
Средь зеленых теней от листвы наклоненной,
Бессильным знаком, что отчаянье дает,
И вокруг цветников, прудов и бронзы сонной
Вести небыстрый хоровод.“

„Майский жук жужжит на воле.
Франция томится в школе.
Ах, как тошно взаперти!
Майский жук, лети, лети!“

„В саду зеленом и густом
Пчела под розовым кустом
Заботливо и радостно жужжала.
А под кустом змея лежала.“

„Новый вид нарциссов, взращенный голландским садоводом, назван им «Чемберлен» в честь мининдела Англии, гостившего в Голландии.“

„Дух злобный Каина витает над Берлином.
Спасая головы от пролетарских пят,
Сюда сползлись и здесь, в пристанище змеином,
Лихие гадины ярятся и шипят.“

„Все мы чудовища, то бишь, люди и звери одновременно.“

„В густой траве лежишь ты недвижимо,
Полупрозрачны пальцы, как цветы.
В глазах бездонность синей высоты,
Где над полями, словно клочья дыма,
Кочуют тучи. Даль необозрима,—
Поля, дороги, редкие кусты…
И время, как течение воды,
Беззвучно, но реально ощутимо.“