Фаина Георгиевна Раневская цитаты

страница 4

„Я себя чувствую, но плохо.“

„В архиве Раневской осталась такая запись:
«Пристают, просят писать, писать о себе. Отказываю. Писать о себе плохо — не хочется. Хорошо — неприлично. Значит, надо молчать. К тому же я опять стала делать ошибки, а это постыдно. Это как клоп на манишке. Я знаю самое главное, я знаю, что надо отдавать, а не хватать. Так доживаю с этой отдачей. Воспоминания — это богатство старости».“

„Запомни на всю жизнь — надо быть такой гордой, чтобы быть выше самолюбия.“

„Узнав, что её знакомые идут сегодня в театр посмотреть её на сцене, Раневская пыталась их отговорить: — Не стоит ходить: и пьеса скучная, и постановка слабая… Но раз уж всё равно идёте, я вам советую уходить после второго акта. — Почему после второго?“

„Я не верю в духов, но боюсь их.“

„Больше всего в жизни я любила влюбляться.“

„Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.“

„Склероз нельзя вылечить, но о нём можно забыть.“

„8 марта — мое личное бедствие. С каждой открыткой в цветах и бантиках вырываю клок волос от горя, что я не родилась мужчиной.“

„Я — выкидыш Станиславского.“

„Я была вчера в театре, — рассказывала Раневская. — Актёры играли так плохо, особенно Дездемона, что когда Отелло душил её, то публика очень долго аплодировала.“

„Талант — как бородавка. Либо он есть, либо его нет.“

„Мне иногда кажется, что я ещё живу только потому, что очень хочу жить. За 53 года выработалась привычка жить на свете. Сердце работает вяло и всё время делает попытки перестать мне служить, но я ему приказываю: «Бейся, окаянное, и не смей останавливаться.»“

„Птицы ругаются, как актрисы из-за ролей. Я видела как воробушек явно говорил колкости другому, крохотному и немощному, и в результате ткнул его клювом в голову. Всё как у людей.“

„Здоровье — это когда у вас каждый день болит в другом месте.“

„Фуфа, почему ты всегда подходишь к окну, когда я начинаю петь?
— Я не хочу, чтобы соседи подумали, будто я бью тебя!“

„Сударыня, не могли бы вы разменять мне сто долларов?
— Увы! Но благодарю за комплимент!“

„Я часто думаю о том, что люди ищущие и стремящиеся к славе не понимают, что в так называемой «славе» гнездится то самое одиночество, которого не знает любая уборщица в театре. Это происходит оттого, что человека, пользующегося известностью, считают счастливым, удовлетворенным, а в действительности всё наоборот. Любовь зрителя несёт в себе какую-то жестокость… Однажды после спектакля, когда меня заставили играть «по требованию публики» очень больную, я раз и навсегда возненавидела «свою славу.»“

„Близким друзьям, которые ее посещали, Раневская иногда предлагала посмотреть на картину, которую она нарисовала. И показывала чистый лист.
— И что же здесь изображено? — интересуются зрители.
— Разве вы не видите? Это же переход евреев через Красное море.
— И где же здесь море?
— Оно уже позади.
— А где евреи?
— Они уже перешли через море.
— Где же тогда египтяне?
— А вот они-то скоро появятся! Ждите!“

„Я устала симулировать здоровье.“

„Почему вы кочевали из театра в театр? — Искала святое искусство. — Нашли? — Да! В Третьяковской галерее.“

„Мысли тянутся к началу жизни — значит, жизнь подходит к концу.“

„Читаю Даррелла, у меня его душа, а ум курицы. Даррелл писатель изумительный, а его любовь к зверью делает его самым мне близким сегодня в злом мире.“

„Такая задница называется «жопа-игрунья»“

„Многие получают награды не по способности, а по потребности.“

„Спутник славы — одиночество.“

„Чтобы получить признание — надо, даже необходимо — умереть.“

„Книгу писала 3 года, прочитав, порвала. Книги должны писать писатели, мыслители или же сплетники.“

„Я вчера была в гостях у N. И пела для них два часа… — Так им и надо! Я их тоже терпеть не могу!“

„Семья заменяет всё. Поэтому, прежде чем её завести, стоит подумать, что тебе важнее: всё или семья.“

„Сложно быть гением среди козявок.“

„В театре меня любили талантливые, бездарные ненавидели, шавки кусали и рвали на части.“

„Бог мой, как прошмыгнула жизнь. Я даже никогда не слышала, как поют соловьи.“

„Вы не поверите, Фаина Георгиевна, но меня ещё не целовал никто, кроме жениха.
— Это вы хвастаете, милочка, или жалуетесь?“

„Фаина Георгиевна, что такое любовь?
Раневская подумала и сказала:
— Забыла.
А через секунду добавила:
— Но помню, что это что-то очень приятное.“

„Жизнь моя… Прожила около, всё не удавалось. Как рыжий у ковра.“

„Одиночество как состояние не поддается лечению.“

„Если ты ждёшь, что кто-то примет тебя "таким, как ты есть", то ты просто ленивое мудло. Потому что, как правило, "такой, как есть" - зрелище печальное. Меняйся, скотина. Работай над собой. Или сдохни в одиночестве.“

„У неё не лицо, а копыто.“

„Тот слепой, которому ты подала монетку, не притвора, он действительно не видит. — Почему ты так решила? — Он же сказал тебе: «Спасибо, красотка!»“

„Когда я начинаю писать мемуары, дальше фразы: «Я родилась в семье бедного нефтепромышленника…», — у меня ничего не получается.“

„В моей старой голове две, от силы три мысли, но они временами поднимают такую возню, что кажется, их тысячи.“

„В Москве можно выйти на улицу одетой как Бог даст, и никто не обратит внимания. В Одессе мои ситцевые платья вызывают повальное недоумение — это обсуждают в парикмахерских, зубных амбулаториях, трамвае, частных домах. Всех огорчает моя чудовищная «скупость» — ибо в бедность никто не верит.“

„Цинизм. Ненавижу за его общедоступность.“

„Жизнь проходит и не кланяется, как сердитая соседка.“

„Я уже так стара, что стала забывать собственные мемуары.“

„Что это у вас, Фаина Георгиевна, глаза воспалены?
— Вчера отправилась на премьеру, а передо мной уселась необычно крупная женщина. Пришлось весь спектакль смотреть через дырочку от сережки в ее ухе.“

„Сегодня я убила 5 мух: двух самцов и трех самок.
— Как вы это определили?
— Две сидели на пивной бутылке, а три на зеркале, — объяснила Фаина Георгиевна.“

„Ну-с, Фаина Георгиевна, и чем же вам не понравился финал моей последней пьесы?
— Он находится слишком далеко от начала.“