Франц Вертфоллен: Актуальные цитаты (страница 25)

„Как не завтракать, … когда я обожаю моменты, в которые время так останавливается. За окном ветви в тумане, создания в пижамах – на тахте, на пуфике, перед зеркалом крутятся, повсюду – блюдца и чашки с кофе, чаем, нас всего трое, а чашек чтоб – батареи – там пригубили, тут недопито, там на пенке след от помады. Чтоб на всех блюдцах крохотные печеньки, вафли, треугольные бутербродики с горьким апельсиновым мармеладом. Это – правильное утро.“

„И тут я открыл в себе твердость.

Кэт, во мне всю жизнь жила твердость – тихая и сонная – или он ее одним взмахом вложил – но я открыл в себе твердость.

Этого ощущения не передать словом. Это чувство. Нет. Даже не чувство – действие.

Действие, когда все бесполезное, туманное, бескостное в тебе вдруг
собирается и становится звонкостью и льдом. Сталью дамасской.

Я открыл в себе твердость.“

„Я только здесь понял, как я напрягался раньше, чтоб соответствовать статусу.
Я с четырех лет знал, что должен наклонять людей, чтоб их «господин барон» не звучало пустотно. Когда человек произносит такие слова, не веря в них, они унижают тебя.
Я с четырех лет знал, что должен наклонять людей и только в двадцать один понял, как это меня закрывало.
Как это напрягает – следить за подавлением человека.
Боже, я только в двадцать один прочувствовал, что всю жизнь напрягался, чтоб наклонять траву – что её наклонять, ты просто приходишь, зная, что именно тебе надо, и она уже.
Это вовсе не сложно – пригнуть травинку в ту сторону, в которую надо, здесь нет никаких struggles. God!“

„В воздухе висела несформулированная плотная масса из понимания, насколько люди пусты.
Три крохотных слова, которые ничего не значат, если не прожиты.
И вот именно – эти двуногие не проживают совсем ничего.
Страусы не вкапываются головой в песок, и уж тем более не стучат ей о бетон в шоке, эти повадки страусам придумали люди. По образу и подобию своему“

„Ты уколешься столько раз,
сколько тебе
необходимо.

Но я буду с тобой,
серебристая душа моя.

И ты будешь знать,
что ничего не страшно,
пока создатель пляшет
свои пьяные счастьем
пляски
в некукольном
сердце
твоём.“

„Не тестостерон делает тебя вожаком, а твоя открытость и твоя смелость. А открытость и смелость, дамы и господа — это выбор.
А люди хотят верить в тестостероны и эстрогены, потому что не хотят признавать и осознавать, что смелость, открытость, решительность — это качества, которые ты выковываешь в себе. И не важно, мужчина ты или женщина.“

„Ожидание, что всё само по себе разрешится, и прокрастинация утомляют вас и убивают вас в тысячи раз больше, чем сами действия.

(с) Франц Вертфоллен «Шот Жизни»“

„Счастье измеряется не количеством денег, которые у тебя есть, а количеством вовлечения, твоим умением лепить реальность под то, что тебе нравится. Чувствуете, что на это деньги не влияют никак? Деньги – это вытекающее. Чем лучше ты умеешь пролепливать реальность, чем лучше ты умеешь работать с реальностью – тем сытее ты будешь.

(с) Франц Вертфоллен «Шот Жизни»“

„У человечества только один враг — это его тупость и ограниченность.“

„«Змей занялся Евой, потому что Адам для него не добыча.

Адам готов был отсосать просто за эти морщинки недо-улыбки у его глаз.

Am I?

You are, sir.

You are.

…getting to be a habit with me…

И то – хорошо.

То – восхитительно.

Музыка билась в висках.

Или в венах.

Или в текиле.»“

„«Вот я.

Полностью.

Со всем, что во мне не полно. Со всем, что изломано и растресканно моим невовлечением в жизнь –

каждым моментом, когда я не сделал или замолчал.

Или заленился.

Вот я, смотри! Существо с Древа Познания с устами горькими – сладость текилы.

Я любил вас

всегда.»“

„Если искусство концентрат жизни, то стихи — концентрат литературы. Люди зациклены на внешнем — куда, когда, что, как — основа "экшна". А, на самом деле, для интересной истории, это все неважно. Самое важное — это кто и почему. События становятся интересными, лишь когда они происходят с интересными людьми, лишь когда в них есть проживание. Когда суть есть.“

„Воображение – это не то, что помогает в голове при чтении "50 оттенков дряни" софт-порно для домохозяек за 30 воссоздавать, это инструмент, позволяющий управлять сложнейшим механизмом эмоций и настроений, без которого любая теория, любые знания и любой талант – бесполезны.“

„Пассивная агрессия — это самая страшная вещь, когда эта пассивная агрессия ещё проводится утонченно.“

„Жизнь никогда так не работает: "Ой, всё, тебе не приятно? Ты хочешь чтоб этого не было? Трах тибидох тибидох тибидох — и этого не стало."

Наоборот, чем больше вы зажимаетесь на моменте, тем херовее вам будет, тем больше вы себя кастрируете и вы вообще становитесь не способны работать с ситуацией.“

„Но есть же еще и великие насекомые – те, кто заставили остальных поверить в
свой мир. У каждого правда своя, но за их правду другие шли на смерть, за их
убеждения другие убивали.
Муравью это показалось интересным.
По сути, общая реальность такой же миф как предназначение или коллективный
ум (сколько дураков ни собери, умнее они не станут). Если у тебя нет своей
иллюзии - придется одалживать чью-то.“

„Жестокость, знаете ли, не про чувства. Жестокость про глупость, господин барон. Жестокие люди – это глупые люди, у них абсолютно атрофировано воображение, и они не понимают, что творят. Вы – справедливы. Справедливость – антоним жалости. Можно быть и жестоким, и жалостливым, и сентиментальным. А вот справедливым и жалостливым быть невозможно. Вы – справедливы.“

„Этим миром правят существа, убежденные в своей гегемонии.

Стоящие на ней, как на врожденном праве.

Существа, снисходительно позволяющие себя баловать.

Стальные существа с всепроницающим взглядом и лезвием-языком.“

„И только тогда до меня дошло, как глупо верить, что можно за раз взять и вытащить все когда-либо возможные страхи из сердца. Как это невероятно глупо. И что их не вытащишь никогда. И тебе с ними жить. И тогда я увидел, сколько я отрицал и отрицаю в жизни. А власть – это принятие. Контроль – это принятие, потому что без принятия ты никогда ничего не изменишь. Хочешь поменять реальность – сначала прими ее, а не отрицай. Прими, сформулируй, и ты будешь точно знать, что тебе изменить. Но всё это начинается с «да». Да, это я, Ваал, и я – больше.“