Франц Вертфоллен: Актуальные цитаты (страница 49)

„Как ты думаешь, другие люди тоже живут так пессимистично? Когда ты сначала веришь и
предчувствуешь самое худшее?
Не то, чтоб живешь в ожидании катастрофы, но… или вера моя не сильна?
Говорил же Иисус про деревья и рыб, что они уповают на Господа и все у них хорошо.
Выходит, я недостаточно уповаю, что не могу поверить в реальность без подтверждений — и у фюрера все хорошо, и у людей.
По каким причинам должно что-либо быть плохо?
По тем, что это — Земля, и все — люди.
Разве нужны помимо этой ещё какие-либо причины?“

„А вот если взять ближний план, ты видишь, как люди различаются. Какие разные отпечатки оставляют они на сетчатке господа. Такой один Гиля с его робостью и вдумчивостью, с его открытостью и благодарностью, с его способностью на счастье – какую палитру он может дать!

Как важно это, и как сложно научить Гилю, способного на счастье, счастью. Научить любить. Как божественно умение небрежно разбрасывать бриллианты искренности и восторга так, как делает то Вакх. Когда любое существо, хоть каплю способное на жизнь, рядом с ним цветет. Куда сложнее сделать счастливым одного человека хотя бы на день – счастливым абсолютно, искренне, хрустящим таким счастьем, чем спасти в теории, на клочке бумажки, какие-то гипотетические безличные миллионы муравьев.

Если Гилька и умрет, он умрет полюбившим жизнь, не горьким и озлобленным, не задыхающимся от зоба жалости к себе, а легким и звонким. Как он сам сказал – «Джон, теперь у меня есть будущее, мне не страшно умирать. У меня есть настоящее будущее». И когда ты смотришь в искрящие глаза чахоточного ребенка, потерявшего всех в концлагере, а он смеется своей шутке, подражая Францу – откидывая голову назад, перенимая его интонации, смеется с, наконец, распахнутым миру сердцем, господи! вот чудо твоё! Вы волшебник, господин Вертфоллен. Вы – Серафим.“

„Божественность – это умение владеть, концентрировать времена и пространства в слепящие, не переживаемые для кротообразных, ослепительные, что миллиарды солнц, точки.“

„Гениальность и талант – это просто степени открытости информации, когда ты готов работать с информацией, а не сидеть и греть попой диван и обижаться, что тебе что-то сложно встать, что за плевок у тебя не получается дворца на пустыре.“

„Гениальность там, где ты не боишься ошибиться, где у тебя есть азарт строить вещи, как у маленького малыша, который строит башенки из Лего.“

„Как найти себя? Никак. Не надо себя искать, себя надо строить. Ты строишь себя через взаимодействие с миром. Маленькими шагами в реальности, а не где-то в параллельном мире своих несбывшихся планов. Ты строишь себя каждый день своими выборами.“

„Да не бывает никаких контрактов, кроме контракта сердца.“

„«Мрак» — это чувство всегда из нежелания работать.

Тебе приходят мысли — ты не хочешь их заканчивать.

Тебе приходят эмоции — ты хочешь их игнорировать.

Вот откуда это всё проистекает.“

„Любой результат в жизни – это просто математическая последовательность очень чётких действий. Всё, что вам нужно сделать – это, ошибаясь, найти правильную последовательность. Это так просто.“

„Как ты ищешь себя? Ты просто пробуешь себя в самых разных сферах. Ты изначально белый лист бумаги — в буквальном смысле. На тебе поместится всё, что угодно — ты можешь быть и жнец, и жрец, и на дуде игрец, и программист, и, господи, веб-дизайнер, и художник, и музыкант — ты можешь быть всем. Твой мозг способен на всё — это же великолепно! Представляете, какая у каждого из вас мощнейшая машинка в черепе? Это самый крутой искусственный интеллект вообще. У каждого из вас — фантастическая вещь просто.“

„Любой результат в жизни – это просто математическая последовательность очень чётких действий. Всё, что вам нужно сделать – это, ошибаясь, найти правильную последовательность. Это так просто.“

„То, что держит тебя действительно заинтересованным в жизни, то, что даёт тебе силы делать, гореть — это люди. С этой точки зрения у тебя ничего никогда не было и не будет кроме семьи. Держись за неё. Орден, семья — это то, что стоит любых мучений, любых пробиваний потолков.“

„Ваше стеснение — это никогда не вопрос стеснения кого-то. Это ваше нежелание вставать за вашу правду и ваши личные ограничения в мозгах.“

„«Когда ты становишься тем человеком, который выстроил уже что-то большое и функционирующее, это всегда приходит с болью и пахотой. Когда ты прошёл через это, через попискивание человечков, о том как ты замечателен, тебе так всё равно, потому что тебе больше не нужны никакие гарантии. Ты знаешь сколько конкретно крови и пота ты пролил, чтобы добиться того, чего ты добился»“

„Никакие материальные погремушки, никакой статус в итоге не наполняют тебя. Тебе действительно нужны люди, с которыми ты можешь разделять каждый день свой опыт; по которым ты скучаешь; которых ты хочешь видеть; к которым ты стремишься; с которыми ты проводишь моменты истинной близости.“

„Я всегда уважал в тебе твой attitude: oooh, that's the boy that I want.
Не мужчины выбирали тебя - ты их.
Потому что у тебя были глаза.
И достоинство.
Не их ущемленная гордыня лысых обезьян,
но достоинство,
ты выбирала себе людей не "ой, мамочки, кажется, я нравлюсь! Значит, он нравится мне".
Ты просто выбирала лучшего
И добивалась его.“

„Любовь вглядывается чутко. Любовь не вешается на тебя всей своей слизью, но водой морской невесомо поддерживает, обнимая.
Любовь ластится бархатно, как вода Дуная. Как вода австрийских горных озер. Любовь не орет о себе, но шепчет. Любовь не знает страха и выжигает гордыню, ибо антоним смерти любовь, антоним всего, что хило и разлагается от чрезмерной жалости к себе.“

„Если разобраться, старость – это сборище всего, что ты делал неправильно. Люди полагают – можно жить блядью, зажатой на всё, и лишь потому, что ты не со зла зажимался, лишь потому что ты не со зла игнорировал все поступающие сигналы о собственной неполноценности, не со зла не менялся – из ужаса, гордыни и слабости собственной – ну не со зла ж – у тебя всё в конце будет хорошо.
Не будет.
Физика, слава богам, не обладает тупой человеческой жалостью. Ей не важно, зачем ты торчишь в горящем бензине: если ты упорно торчишь в горящем бензине, со зла или не со зла, ты станешь уродом с отваливающимися кусками мяса и сдохнешь. И смерть твоя будет мучительна.“

„ФРАНЦ: Я не жалею. Я и запятой назад не…

АМАЛИЯ: Вот и зря. Значит, будешь жалеть позже. Чем позже, Франц, жалеют, тем меньше можно изменить.“