Франц Вертфоллен: Актуальные цитаты (страница 49)

„Гениальность там, где ты не боишься ошибиться, где у тебя есть азарт строить вещи, как у маленького малыша, который строит башенки из Лего.“

„Как найти себя? Никак. Не надо себя искать, себя надо строить. Ты строишь себя через взаимодействие с миром. Маленькими шагами в реальности, а не где-то в параллельном мире своих несбывшихся планов. Ты строишь себя каждый день своими выборами.“

„Ты хочешь помогать тем, кто способен добавлять в этот мир красоты своим сердцем.
Иначе красоты в мир не добавить. Только с включенным сердцем у тебя появляются те краски, которые делают жизнь красивее.“

„Да не бывает никаких контрактов, кроме контракта сердца.“

„«Мрак» — это чувство всегда из нежелания работать.

Тебе приходят мысли — ты не хочешь их заканчивать.

Тебе приходят эмоции — ты хочешь их игнорировать.

Вот откуда это всё проистекает.“

„Любой результат в жизни – это просто математическая последовательность очень чётких действий. Всё, что вам нужно сделать – это, ошибаясь, найти правильную последовательность. Это так просто.“

„Как ты ищешь себя? Ты просто пробуешь себя в самых разных сферах. Ты изначально белый лист бумаги — в буквальном смысле. На тебе поместится всё, что угодно — ты можешь быть и жнец, и жрец, и на дуде игрец, и программист, и, господи, веб-дизайнер, и художник, и музыкант — ты можешь быть всем. Твой мозг способен на всё — это же великолепно! Представляете, какая у каждого из вас мощнейшая машинка в черепе? Это самый крутой искусственный интеллект вообще. У каждого из вас — фантастическая вещь просто.“

„Любой результат в жизни – это просто математическая последовательность очень чётких действий. Всё, что вам нужно сделать – это, ошибаясь, найти правильную последовательность. Это так просто.“

„То, что держит тебя действительно заинтересованным в жизни, то, что даёт тебе силы делать, гореть — это люди. С этой точки зрения у тебя ничего никогда не было и не будет кроме семьи. Держись за неё. Орден, семья — это то, что стоит любых мучений, любых пробиваний потолков.“

„Ваше стеснение — это никогда не вопрос стеснения кого-то. Это ваше нежелание вставать за вашу правду и ваши личные ограничения в мозгах.“

„«Когда ты становишься тем человеком, который выстроил уже что-то большое и функционирующее, это всегда приходит с болью и пахотой. Когда ты прошёл через это, через попискивание человечков, о том как ты замечателен, тебе так всё равно, потому что тебе больше не нужны никакие гарантии. Ты знаешь сколько конкретно крови и пота ты пролил, чтобы добиться того, чего ты добился»“

„Никакие материальные погремушки, никакой статус в итоге не наполняют тебя. Тебе действительно нужны люди, с которыми ты можешь разделять каждый день свой опыт; по которым ты скучаешь; которых ты хочешь видеть; к которым ты стремишься; с которыми ты проводишь моменты истинной близости.“

„Я всегда уважал в тебе твой attitude: oooh, that's the boy that I want.
Не мужчины выбирали тебя - ты их.
Потому что у тебя были глаза.
И достоинство.
Не их ущемленная гордыня лысых обезьян,
но достоинство,
ты выбирала себе людей не "ой, мамочки, кажется, я нравлюсь! Значит, он нравится мне".
Ты просто выбирала лучшего
И добивалась его.“

„Любовь вглядывается чутко. Любовь не вешается на тебя всей своей слизью, но водой морской невесомо поддерживает, обнимая.
Любовь ластится бархатно, как вода Дуная. Как вода австрийских горных озер. Любовь не орет о себе, но шепчет. Любовь не знает страха и выжигает гордыню, ибо антоним смерти любовь, антоним всего, что хило и разлагается от чрезмерной жалости к себе.“

„Если разобраться, старость – это сборище всего, что ты делал неправильно. Люди полагают – можно жить блядью, зажатой на всё, и лишь потому, что ты не со зла зажимался, лишь потому что ты не со зла игнорировал все поступающие сигналы о собственной неполноценности, не со зла не менялся – из ужаса, гордыни и слабости собственной – ну не со зла ж – у тебя всё в конце будет хорошо.
Не будет.
Физика, слава богам, не обладает тупой человеческой жалостью. Ей не важно, зачем ты торчишь в горящем бензине: если ты упорно торчишь в горящем бензине, со зла или не со зла, ты станешь уродом с отваливающимися кусками мяса и сдохнешь. И смерть твоя будет мучительна.“

„ФРАНЦ: Я не жалею. Я и запятой назад не…

АМАЛИЯ: Вот и зря. Значит, будешь жалеть позже. Чем позже, Франц, жалеют, тем меньше можно изменить.“

„На самом деле, лицо красивым делают не сантиметры — соотношения глаз к носу. Ты можешь иметь совсем неплохую генетику, но выглядеть дерьмово или выглядеть так, что всё равно никто тебя не захочет и никто не будет восхищаться тобой, потому что дело не в генетике, дело в твоём вайбе, дело в твоей сути.“

„Глаз, как, впрочем, у всех и всегда, здесь не было почти ни у кого.
Люди прячут свои глаза в анусе из ужаса, во-первых, увидеть себя – со всеми своими убожествами, во-вторых, людей – со всеми их убожествами. А запрятав глаза за сфинктер, эти двуногие лишаются последней возможности отличить уродство от красоты, зато мир их становится куда более «безопасен» и расплывчат, в таком мире они способны лишь смутно ощущать «флюиды», верить гороскопам и вести себя как последние дворняги: о! мне улыбнулись, а! кажется я ему/ей нравлюсь! Ой! тогда оно точно нравится мне, раз я нравлюсь ему!
И ведь если указать этой нездорово повернутой массе – эй! ты ведешь себя, как дворняжка, ты идешь не за тем, что красиво, и сильно, и чисто, ты скачешь хромоногой помойной псиной за первым, кто поманит тебя колбасой. Если сказать им, что они решают? Я отрою глаза, вытяну их из прямой кишки и буду смотреть в себя и в людей? Нет. Они пугаются и пищат – аааа, тогда я вообще ни за кем, ни к кому, тогда я буду один/одна – заявляют они с драматическим разворотом головы и надеждой, что найдется принц/принцесса на белом коне, которые их «спасут» из башни их гордыни и глупости. Принц/принцесса, что будут пробиваться вот к этой тле через все её зажатости, проблемности, уебищности, терпеть все истерики этой тли, чтоб однажды вот эта тля смогла сказать – ой, ты меня так любишь, ты любишь меня любой/любым, оооо, а я тоже, наверное, тебя люблю, раз уж ты единственный, кто так трахается со мной, конечно, невыносимым/невыносимой, но хорошим/хорошей внутри – где-то далеко-далеко внутри под всем моим нескончаемым дерьмищем, гордыней и тупостью.“

„Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?“