Владимир Семёнович Высоцкий: Актуальные цитаты (страница 2)

„Жизнь впереди — один отрезок прожит“

„Я всегда ищу в людях только хорошее. Плохое они сами покажут.“

„Они решили маски надевать,
Чтоб не разбить свое лицо о камни.“

„Тут поднялся галдеж и лай,
И только старый Попугай
Громко крикнул из ветвей:
– Жираф большой – ему видней!“

„Видно люди не могут без яда“

„Мне вчера дали свободу.
Что я с ней делать буду?“

„Несколько раз я уже похоронен, несколько раз уехал, несколько раз отсидел, причем такие сроки, что еще лет сто надо прожить… Одна девочка из Новосибирска меня спросила: «Правда, что вы умерли?» Я говорю: «Не знаю».“

„Я отвечаю за свое творчество перед страной, которая поет и слушает мои песни, несмотря на то, что их не пропагандируют ни радио, ни телевидение, ни концертные организации.“

„У меня очень много друзей. Меня Бог наградил. Одни пьют и мне не дают, другие не пьют, но на меня не пеняют. Все друзья на одно лицо — не потому, что похожи, а потому, что друзья. И я без них сдохну, это точно. Больше всего боюсь кого-то из них разочаровать. Это-то и держит всё время в нерве и на сцене, и в песнях, и в бахвальстве моём.“

„Мне будет не хотеться умирать!
Посажен на литую цепь почёта,
И звенья славы мне не по зубам…
Эй, кто стучит в дубовые ворота
Костяшками по кованым скобам!..
Ответа нет, — но там стоят, я знаю,
Кому не так страшны цепные псы.
Но вот над изгородью замечаю
Знакомый серп отточенной косы…
Я перетру серебряный ошейник
И золотую цепь перегрызу.
Перемахну забор, ворвусь в репейник,
Порву бока — и выбегу в грозу!“

„Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев“

„И нас хотя расстрелы не косили“

„И я попрошу Бога, Духа и Сына“

„Кое-что на своей шкуре я все-таки испытал и знаю, о чем пишу, но в основном, конечно, в моих песнях процентов 80–90 домысла и авторской фантазии. Я никогда не гнался за точностью в песне. Она получается как-то сама собой, не знаю отчего. <…“

„Я дышу, и значит — я люблю!
Я люблю, и значит — я живу!“

„Никогда не работал я с внутренним редактором, который сидит в каждом из нас и говорит: «А это я лучше не буду». По молодости лет я писал тогда дворовые песни. Была какая-то тоска по нормальной человеческой интонации — у меня так навязла в ушах эта липкая интонация песен, которые исполняли со сцены под оркестр.“

„Эй вы, задние, делай как я.
Это значит — не надо за мной.
Колея эта — только моя!
Выбирайтесь своей колеёй!“

„… Мне есть, что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть, чем оправдаться перед ним.“

„Я прозревал, глупея с каждым днем“