100000) ЖАБЫ - БЕСЫ

„Отовсюду слышатся размеренные трели сверчков; на траве сверкают прозрачные капли росы.
Пытался определить ритм, в котором кричит сверчок, отсчитывая секунды между отдельными трелями, и тут же спутался в счете.“

„В средние века смех не одобрялся, отодвигался, откладывался на будущее. Он считался проявлением бесовского. Смеяться полагалось сатане.“

„Изгнание беса было основной функцией святого.“

„В эту тесную земную юдоль, думал он, по-прежнему ощущая гул в голове, мы приходим как в хлев, и живем в ней как свиньи, валяющиеся в собственном дерьме, и, как они, не знаем, к чему вся эта толкотня у питающих нас сосков и ближний бой на подходе к корыту или — вечером — к спальному месту.“

„«Овцы никогда не поймут, почему лев идет против ветра».“

„Когда мы возвращались домой после ночных скитаний и уже наступило утро, послышались звуки пробуждавшегося города,Франц остановился, прислушался и сказал: «Сверчки метрополиса».“

„Жаба-пипа икринки вынашивает на спине! В особых ячейках, похожих на соты.
Жаба-повитуха икру свою, похожую на шнур с бусами, наматывает на поясницу. Лягушка из древолазов мечет икру на землю. Сторожить икру остаётся самец. Когда из икринок вылупляются головастики, то сражу же карабкаются папе на спину, и они их несёт к воде.
Бразильская лягушка-квакша лепит для головастиков бассейн из глины.
Древесная лягушка с острова Калимантан сворачивает из широких листьев большой кулёк-висячий аквариум.Напускает в него особую пену и откладывает икринки. Головастики живут в этой висячей люльке, пока сильный ливень их не смоет прямо в реку. Одна из американских лягушек вынашивает икринки в горле, в особой горловой сумке. Австралийская лягушка вообще свои икринки проглатывает! В желудке вынашивает головастиков.А чтобы их не переварить-ничего не ест.А потом выплёвывает готовеньких лягушат.“

„Пальцы её были унизаны кольцами. На плечи накинута соболья шуба. Элегантный бархатный ток никак не красил жёлтое жабье лицо.“

„:- Думаю, -Лютик слегка вздрогнул, - там, в глубине, на самом дне чертова океана, сидит преогромнейшее чудище, толстая чешуйчатая уродина, жаба с рогами на мерзкой башке. И время от времени засасывает воду, а с водой все живое и годное в пищу: рыб, тюленей, черепах -все. А потом, насытившись, вырыгивает воду - и получается…“

„Поэтому, говорим мы себе, предмет наших наблюдений с 47-й Большой Медведицы следует именовать "существами" или "организмами", но не "народом". Мы не должны ничего предполагать заранее. В аналитический дискуссии нет места нашим страхам и желаниям, нашим надеждам и мечтам, нашим лингвистическим предрассудкам, нашим постмодернистским теориям и нашему культурному багажу, полному воображаемых инопланетян. Персонажи кино пусть останутся на экране, а томик Герберта Уэллса - на полке в библиотеке. Если мы видим город, не следует называть его так даже чисто условно,поскольку термин "город" подразумевает Карфаген и Рим, Берлин и Лос-Анджелес, а все это есть продукт человеческой биологии,
человеческого творчества и накопленного за несколько тысячелетий человеческого знания. Мы напоминаем себе, что город, который мы видим, возможно, вовсе и не город, и гораздо более близкой аналогией для него будет муравейник, гнездо термитов или коралловый риф.“

„У жабы глаза всегда подняты к небу. Зачем? Затем, чтобы видеть, как летают птицы.“

„И жабы нежный стон синеет в тишине.“

„Вот я сижу на камне и греюсь на солнышке, а старик Джим танцует с жабами в лунном луче. Я пасу коров, а Джим дрессирует жутких чудищ.“

„Без сомнения, она была уродлива, но, как и у всякой жабы, её глаза были похожи на драгоценные камни, тёмные и повелительные. В них сразу же чувствовались сила интеллекта и скрытая до поры до времени энергия.“