Цитаты о путешествиях и доме

„Я тебя разлюблю и забуду,
Когда в пятницу будет среда,
Когда вырастут розы повсюду,
Голубые, как яйца дрозда.
Когда мышь прокричит «кукареку».
Когда дом постоит на трубе,
Когда съест колбаса человека
И когда я женюсь на тебе.“

„Гитара — это как хороший друг, легко перенести из комнаты в комнату, из дома в дом. Если вы играете на гитаре, вы полностью счастливы.“

„Прекрасен дом, в котором есть жена —
Твой добрый друг, красивая подруга.
Но та обитель света лишена,
Когда в ней нет жены, хозяйки, друга.“

„Блаженство — всегда бездомно, всегда бродяга. У счастья есть дом, у несчастья есть дом, но у блаженства дома нет. Оно как белое облако, у которого нигде нет корней.
Как только вы пускаете корни, блаженство исчезает, вы прикованы к земле и начинаете цепляться. Дом означает безопасность, защищенность, комфорт, удобство. По большому счету, если все эти вещи свести в одно, дом означает смерть. Чем более вы живы, тем более бездомны.
Быть искателем — в этом главный смысл — значит жить в опасности, жить в незащищенности, жить не зная, что будет дальше… всегда оставаться открытым, всегда быть способным удивляться, сохранять чувство чудесного. Пока вы можете удивляться, вы живы. Английские слова wonder — «чувствовать чудесное и удивительное» — и wander — «блуждать, странствовать» — происходят от одного корня. Прикованный к месту ум теряет чувство удивительного и чудесного, потому что не может блуждать и странствовать. Странствуйте, как перелетная птица, как облако, и каждый миг будет приносить бесчисленные неожиданности. Оставайтесь бездомны. Быть бездомным не значит не жить в доме; это значит только быть ни к чему не привязанным. Даже если вы живете во дворце, не будьте к нему привязаны. Если пришло время идти дальше, идите — и не оглядывайтесь назад. Вас ничто не держит. Пользуйтесь всем, наслаждайтесь всем, но оставайтесь хозяином.“

„Чем старше становлюсь, тем сильнее ощущаю, будто какая-то неведомая сила с каждым годом по крупице забирает у меня желание радоваться новогодним праздникам. Может, все дело в возрасте? И волшебное предвкушение сказки ушло вместе с детством? Ведь зачастую нам, взрослым, уже просто лень доставлять себе счастье и радость, а обращать внимание на приятные предпраздничные мелочи нет ни сил, ни времени, ни желания… Вместо надежды на чудо и ожидания волшебства наши головы забиты неутешительными новостями из телевизора, растущими ценами в магазинах, тревожными прогнозами на будущее… А тут ещё отсутствие снега, мрачное небо над головой, неулыбчивые лица на улицах… Какое уж тут новогоднее настроение?
… И все же так хочется верить, что ещё день-другой и все изменится! Все проблемы и неприятности станут прошлогодними, в доме запахнет еловой хвоей, мандаринами и шоколадом, а свежее, радостное, новогоднее настроение все-таки ворвется в мою жизнь и непременно изменит ее к лучшему!“

„Кто входит в дом счастья через дверь удовольствий, тот обыкновенно выходит через дверь страданий.“

„Такие слишком медовые эти луны, такие звезды — острые каблуки, меня трясет от каждого поцелуя, как будто губы — голые проводки, а мне бы попивать свой чаек духмяный, молиться молча каждому вечерку, меня крутили, жили, в ладонях мяли и вот случайно выдернули чеку, за это даже в школе бы физкультурник на год освободил от своей физры, меня жует в объятьях температурных, высинивает, выкручивает навзрыд, гудит волна, захлестывает за борт, а в глазах тоска, внутри непрерывный стон, но мне нельзя: апрель — у меня работа и курсовик пятнадцатого на стол.
Играю свои безвьшгрьшгные матчи, диктую свой отточенный эпилог, чтоб из Москвы приехал прекрасный мальчик и ткнулся носом в мой обожженный лоб. А дома запах дыма и вкус ванили, а дом-то мал и грязен, как я сама, а мне не написали, не позвонили, не приоткрыли тайные закрома. Таскаюсь по проспектам — как будто голой, да вот любой бери меня не хочу — и город цепко держит клешней за горло, того гляди задушит через чуть-чуть, приду под вечер, пью, залезаю в ванну, как тысячи таких же, как я, девиц, а что у вас немедленно убивало, здесь даже не хватает на удивить.
И это не любовь — а еще покруче, все то, что бьет наотмашь, издалека. Такие слишком синие эти тучи, такие слишком белые облака.
Ребята, мой плацдарм до травинки выжжен, разрытые траншеи на полдуши. Ребята, как же я вас всех ненавижу, всех тех, кто знает, как меня рассмешить. Вы до конца на мне затянули пояс, растерли закостенелое докрасна, а после — все, свободна, билет на поезд, и поезжай в свой Питер. А в нем весна.
Но мне в большом пакете сухпай на вынос отдали, нынче кажется, все на свете, мне б успокоить это, что появилось, хоть выносить, оставить в себе до смерти. Да вы богатыри — ведь пробить непросто махину эту — а по последней версии, сто шестьдесят четыре живого роста, полцентнера почти неживого веса. Да, я вернусь когда-нибудь, да, наверно, опять вот так, минуточкой, впопыхах, но у тебя очки и немножко нервно, и волосы — специально, чтоб их вдыхать.
И как я научилась при вас смущаться и хохотать до привкуса на губах, как вы так умудряетесь помещаться в моей башке, не большей, чем гигабайт? В моих руках, продымленных узких джинсах, в моих глазах, в прожилочках на висках — как удалось так плотно расположиться и ни на миг на волю не отпускать? А жизнь совсем иначе стучит и учит — не сметь считать, что где-нибудь ждут-грустят. Как вы смогли настолько меня прищучить, что я во сне просыпаюсь у вас в гостях? Ведь я теперь не смогу уже по-другому, закуталась в блестящее волокно. Такие слишком длинные перегоны, такой свистящий ветер через окно.
Уйдите и отдайте мое хмельное, земное одиночество, мой фетиш. А может быть, я просто немножко ною, чтобы проверить, все ли ты мне простишь.“

„Я однажды вошел в дом, думал — сейчас компьютер включу, а электричества не было. И я оказался в полной темноте. Лягте как-нибудь в темноте, отключите все «пикалки» и задайте себе такой вопрос: кто вы и как вы живете? Я вообще нормальный парень или так себе?“

„Лучше жить в углу на кровле, нежели со сварливою женою в пространном доме.“

„Я хочу быть кремированным, чтобы люди не приходили поклоняться моим костям.
Другое высказывание: Этот дом никогда не станет местом для паломничества, куда будут стекаться паломники, чтобы посмотреть на кости святого.“

„Здравствуйте, едьте к сетям рыбачьим, то есть, простите, к чертям собачьим, то есть, простите, к дитям и дачам, в общем, уже кто во что горазд. Едьте со всех городов и весей, ваши слова ничего не весят, ваш разговор неизменно весел, отрепетирован много раз.
Здравствуйте, то есть странствуйте, то есть едьте куда захотите, то есть прямо сейчас залезайте в поезд, благо для вас еще есть места. То есть на палубе в гордой позе, то есть бегите, пока не поздно, то есть по миру не только ползать, нервно шарахаясь по кустам.
Вот этот лес, в нем живут туристы, вот этот берег, пустой, бугристый, девочка, ты посмотри на пристань, тихим крестом ее осени. Девочка, у тебя билеты, будешь и в счастии, и в тепле ты, девочка, ты уплываешь к лету и не увидишь осени.
Мне же оставьте сентябрь-месяц, то есть, простите, октябрь-месяц, то есть, простите, ноябрь-месяц, в общем, на выбор оставьте мне месяц дождей и уютных кресел, месяц, который и сух, и пресен, месяц бессонницы и депрессий — месяц, который других темней.
Мне же оставьте… Меня оставьте, вы здесь отныне совсем некстати, все замирает, дожди на старте, поторопитесь, пошел отсчет, здравствуйте, ну так чего вы ждете, здравствуйте, я вам уже не тетя, я, как вы ввдите, на работе, быстро давайте, чего еще?
Жмитесь к стеклу капитанских рубок, мачта — не мачта, сосны обрубок, и не смотрите — я тонок, хрупок, вдруг я не выдержу, не смогу, если не справлюсь — ищите летом, будет несложно идти по следу — глупый прозрачный нелепый слепок на нерастаявшем зря снегу.
Мир исчезает с тяжелым боем, вот я стою теперь перед боем с нежной невнятной своей любовью и одиночеством впопыхах. Все разлетелись — куда угодно, милая, ты же теперь свободна, вот твоя целая четверть года — хоть запечатай ее в стихах.
В дом не зайдешь — пустовато в доме, все разбежались и каждый в доле, солнце распахивает ладони, дышит не-жаренным миндалем. Слышишь, твори, завывай, бесчинствуй, делай что хочешь, кричи речисто, воздух прозрачный и пахнет чисто, вроде как будто бы тмин да лен.
Может быть, стоило быть со всеми, там, где веселые бродят семьи, там, где в земле прорастает семя, там, где пушистый и теплый плед? К черту все глупые отговорки, там вдалеке завывают волки… Бог засмеялся легко и звонко, будто ему восемнадцать лет.
Что еще нужно — такая малость, просто уловка — а я поймалась, Бог засмеялся, земля сломалась, волки ушли, утекла река. Где я? Куда я? Отшибло память, крепко хватаюсь за божий палец, нужно держаться, я засыпаю на загорелых его руках.
Здравствуйте. Лучше не будьте с нами, с нами вы станете просто снами, теплым совочком воспоминаний, тающей искоркой в угольке. Здравствуйте, долго я вас встречаю, что ж вы стесняетесь, может, чаю? И улыбаюсь, не замечая Бога, заснувшего в уголке.“

„Моя жизнь по сути — сказка. Жил-был бедный парень из деревни, спал на полу — не было кровати, не знал, что такое телевизор и холодильник. Ну, кем я мог стать у себя дома? Разве что коров пасти. Однако у меня была мечта — и я не сдавался, пока она не осуществилась. Главное — верить и не опускать руки, а всё остальное получится.“

„У меня потрясающие родители. Всю жизнь прожили в одном месте, в одном доме. Говорят, большего им не нужно. У них друзья, с которыми они дружат всю жизнь, со школы. Они верные люди. А родительская верность сообщает ребенку уверенность, правда? Мое детство, и брата, и сестры было отмечено этой уверенностью в незыблемости нашей жизни, в том, что если что-то дурное и случится, то уж точно будет преодолено. Для отца наша стабильность всегда была приоритетом, причем не материальная ее сторона. Папа говорит, деньги не предмет первой необходимости, они, как огнетушитель в доме, нужны для безопасности. Предмет первой необходимости для него – доверие друг к другу. А мама всегда считала: главное, что она должна дать нам, – это саму себя, свое время. Она всегда сама укладывала нас и говорила с нами перед сном столько, сколько мы хотели. Я стараюсь смотреть на семью с их, папиной и маминой, позиций: семья должна стать для человека самым безопасным местом на свете, свободным от тревог.“

„Дом, разделённый пополам, не сможет выстоять в буре. Я думаю, что не сможет выстоять и правительство страны, наполовину состоящей из рабов, а наполовину из свободных людей.“

„Когда, закрыв за собой дверь, ты остаешься один в своем доме, не говори, что ты одинок: ибо ты не одинок, Бог и твоя душа вместе с тобою.“

„Если достаточно людей поймут проект «Венера» и необходимость внедрения ресурсо-ориентированной экономики, то они это внедрят. Если же ничего не делать, то последствия будут ужасающими. Люди думают: ну положение вещей всегда то хуже, то лучше, всё как-то образуется. Эти мысли далеки от реальности. Такие люди не ведают о том, какие у нас возможности. Они не хотят обременять себя этим, до тех пор, пока они не потеряют свою работу, свой дом, и пока не рухнет монетарная система вместе с банками. Только тогда они начнут искать альтернативы. Люди ещё никогда за всю свою историю не меняли общество с учётом на будущее.“

„В одном колесе тридцать спиц, но пользуются колесницей из-за пустоты между ними. Вазы делают из глины, но пользуются пустотой в вазе. В доме пробивают окна и двери, но пользуются пустотой в доме. Вот это польза бытия и небытия.“

„Всякий раз, выходя из дому, поднимите подбородок, несите свою голову и расправьте грудь; радуйтесь солнышку, встречайте своих знакомых с улыбкой и вкладывайте радушие в каждое рукопожатие. Не бойтесь непонимания и не тратьте ни минуты на размышления о своих врагах. Твердо решите для себя, что вам хочется сделать, и без колебаний устремляйтесь к своей цели по кратчайшему пути. Думайте о тех замечательных успехах, которые вам со временем суждено достигнуть, и тогда вы станете бессознательно использовать все возможности, необходимые для использования своей мечты, как коралловый полип берет из потока морской воды все нужные вещества. Нарисуйте в своём воображении способного, серьёзного и значительного человека, которым вы хотите стать, и пусть эта мысль час за часом превращает вас в именно такого человека. … Мысль превыше всего. Сохраняйте нужное настроение — смелость, радушие и жизнерадостность. Правильно думать означает творить. Все идеи приходят к нам благодаря желаниям, и каждая искренняя молитва находит свой отклик. Мы становимся такими, как подсказывает наше сердце. Держите повыше подбородок и гордо несите свою голову. Бог нас создал по своему подобию.“

„Не ищи признания вовне. Возгласы одобрения, восхищения и похвал, самые громкие аплодисменты мира никогда не смогут удовлетворить глубочайшие устремления твоего сердца. Это может быть только временно и условно, ты исчерпаешь себя, пытаясь сохранить признание людей.
Твой свет никогда не придет извне, дружище; он будет найден только внутри. В твоей обычности лежит великая сила. Ты необычен до глубины души, ибо ты не разделен с самой жизнью, с силой, что движет океанами и планетами на их орбитах. Не сравнивай себя, не пытайся быть похожим на кого-либо еще. Не получится.
Ты — уникальный цветок, необычный даже в разгаре своих печалей, сомнений, боли и тоски по дому. Ты — абсолютный аналог, несравнимое выражение Того, что никогда не может быть выражено. Ты никогда не сможешь быть другим цветком, и в этом заключается твое величие, твоя драгоценность.“