Цитаты о корка

Коллекция цитат на тему корка, мужчины, человек, смерть.

Цитаты о корка

Джалаледдин Руми фото

„У бедуина пес околевал,
Над ним хозяин слезы проливал.
Спросил его прохожий: «Ты о чем,
О муж могучий, слезы льешь ключом?»
Ответил: «При смерти мой верный пес.
Так жаль его… Не удержать мне слез.
Он на охоте дичь мне выгонял,
Не спал ночами, стадо охранял».
Спросил прохожий: «Что у пса болит?
Не ранен он? Хребет не перебит?»
А тот: «О нет! Он только изнурен.
От голода околевает он!»
«Будь терпелив, – сказал прохожий тот, –
Бог за терпенье благом воздает».
Потом спросил: “А что в большом мошке,
Который крепко держишь ты в руке?»
«В мешке? Хлеб, мясо… много там всего
Для пропитанья тела моего».
«О человек, – спросил прохожий, – что ж
Собаке ты ни корки не даешь?»
Ответил: «Не могу ни крошки дать, –
В пути без денег хлеба не достать;
Хоть не могу над псом я слез не лить…
А слезы – что ж… за слезы не платить…»
И тут прохожий в гневе закричал:
«Да будь ты проклят, чтобы ты пропал!
Набитый ветром ты пустой бурдюк!
Ведь этот пес тебе был верный друг!
А ты в сто раз презреннее, чем пес.
Тебе кусок еды дороже слез!
Но слезы – кровь, пролитая бедой,
Кровь, от страданья ставшая водой.
Пыль под ногой – цена твоим слезам,
И не дороже стоишь весь ты сам!»“

Джалаледдин Руми (1207–1273) персо-таджикский поэт-суфий

Генри Миллер фото
Александр Николаевич Башлачёв фото
Бабченко Аркадий Аркадьевич фото

„Но вообще — на войне читать начинают все и всё. Это какой-то феномен. Информационный голод, что ли. Каждый найденный клочок газеты, каждая книга, каждый клочок обоев — в ход идет всё. У нас во взводе для гигиенических целей использовался справочник по медицине. Он был прочитан всеми от корки до корки по несколько раз. Все существующие в мире болезни в нашем взводе были выявлены — от черной оспы до лихорадки Эбола. Я как-то поймал себя на том, что уже полчаса сижу перечитываю этикетку от банки тушенки. В Аргуне я как-то нашел маленький карманный томик Высоцкого. Размером с магнитофонную кассету. И под неё стилизованную. Открыл… И ощущение реальности ушло. Война пропала. Всего этого — смертей, стрельбы, солдатского рабства, крысиных нор, твоей фишки на крыше консервного цеха, где тебе надо торчать всю ночь как на ладони — больше не было. Я улетел куда-то в другую Вселенную. Где нет войны. А есть — мир. Дом. Стихи. Хотя поэзию я не люблю совершенно. Я его берег, носил только во внутреннем кармане и давал другим читать только в моем присутствии. Это было очень личное. И я видел, как меняются лица людей, когда они открывали этот томик стихов на разрушенном консервном заводе города Аргуна. Этот томик -
одно из самых главных моих богатств.“

Бабченко Аркадий Аркадьевич (1977–2018) российский писатель и журналист, военный корреспондент, издатель

Эмпедокл Акрагантский фото
Билли Новик фото
Владимир Натанович Винокур фото

„Две пули в меня попали
На дальней, глухой Колыме.
Одна размозжила локоть,
Другая попала в голову
И прочертила по черепу
Огненную черту.

Та пуля была спасительной —
Я потерял сознание.
Солдаты решили: мертвый,
И за ноги поволокли.
Три друга мои погибли.
Их положили у вахты,
Чтоб зеки шли и смотрели —
Нельзя бежать с Колымы.

А я, я очнулся в зоне.
А в зоне добить невозможно.
Меня всего лишь избили
Носками кирзовых сапог.
Сломали ребра и зубы.
Били и в пах, и в печень.
Но я все равно был счастлив -
Я остался живым. <…>

Я находился в БУРе.
Рука моя нарывала,
И голову мне покрыла
Засохшая коркой кровь.
Московский врач-«отравитель»
Моисей Борисович Гольдберг
Спас меня от гангрены,
Когда шансы равнялись нулю.

Он вынул из локтя пулю —
Большую, утяжеленную,
Длинную — пулемётную —
Четырнадцать грамм свинца.
Инструментом ему служили
Обычные пассатижи,
Чья-то острая финка,
Наркозом — обычный спирт.“

Анатолий Владимирович Жигулин (1930–2000)

Поэзия

Feduk фото
Эта цитата ждет обзора.
Петр Тодоровский фото
Эта цитата ждет обзора.

„«Выберите себе работу по душе, и вам не придётся работать ни одного дня в своей жизни», - говорил Конфуций. Благородное понятие «труд» – это заблуждение, навязанное государственной машиной. Оно построено на принципе принудительной эксплуатации человека человеком и присвоения прибавочной стоимости результатов труда. Труд, принуждение к труду ради корки хлеба – это аморальная категория насилия, эксплуатации и безнравственности. Парадигма «необходимости» труда древняя, как этот мир. Вся история человечества – это история рабства и насильственной эксплуатации трудом. «Труд» совсем не похож на удовольствие. Скорее, это деяние похоже на каторгу.

Судя по успехам и темпам развития технического прогресса, искусственный интеллект (своего ума трудящимся явно не хватает!) полностью заменит «труд», как «философскую категорию». Всем известен справедливый лозунг – ПУСТЬ РАБОТАЮТ ДУРАКИ! Дураки всегда работали на умных. Будут это делать и впредь, пока не одумаются с помощью искусственного интеллекта. Работа, которая не кормит, называется «хобби», а трудовая повинность на работе, которая кормит, но не радует, называется «каторга».“

Геннадий МОСКВИН