„Родина живет патриотизмом и умирает из-за его отсутствия.
Наш народ без патриотизма, что тело без души.“

„По определению, патриотизм — это любовь к своей Родине, любовь к своей религии, любовь к своему народу, своей истории, к своей культуре.
<…>
Настоящий патриот не может ненавидеть чужое. Он может что-то недопонимать. Ему может что-то не нравиться. Но ненавидеть?! Нет. Патриотизм — это любовь.“

Протоиерей Димитрий Смирнов (1951)

„Патриотизм — великое и прекрасное чувство. Я никогда не повторю, что это чувство дурное и вредное. Иное дело, что этот патриотизм не может выражаться во лжи и в оправдании всего, что делает твоя Родина. Нельзя не любить свою страну, но нельзя и не признать за человеком права думать о ней то, что он думает. Человек не обязан относиться с восторгом к каждому шагу Родины. И не нужно превращать патриотизм в оправдание грехов. Не нужно делать патриотов сектой. Не нужно обожествлять Родину. Родина — это место, где мы живём, и мы имеем право говорить о ней то, что мы думаем.“

Дмитрий Львович Быков (1967) русский писатель и поэт, журналист, кинокритик, сценарист

„Патриотизм — это вечная верность родине и верность правительству, когда оно того заслуживает.“

Марк Твен (1835–1910) американский писатель, журналист и общественный деятель

„Не стоит обольщаться лирикой патриотизма: взаимная любовь к родине заканчивается мазохистским сексом.“

Геннадий МОСКВИН

„Развитие профессионального спорта обусловлено двумя причинами: чувством голода и отсутствием патриотизма.“

Геннадий МОСКВИН

„Правители должны не обвинять людей в отсутствии патриотизма, а сделать всё от себя зависящее, чтобы они стали патриотами.“

Томас Бабингтон Маколей (1800–1859) британский государственный деятель, историк, поэт и прозаик

„Истинный патриотизм не исключает понимания патриотизма других.“

Елизавета II (1926–2022) королева Великобритании

„Если в понятии Родины нет места для святынь и отеческих гробов, если она становится «суммой интересов», то патриотизм по отношению к ней — позорен.“

Николас Гомес Давила (1913–1994)

„А я не верю в патриотизм. Это атавизм, в лучшем случае. А по сути – призрак, которого не было никогда. Во времена австралопитеков патриотизм был к собственному стаду, во времена общинно-родового строя – к общине, в Средневековье вообще не было понятия «патриотизм»: если ты серв, ты служишь своему сеньору, обрабатывая свою землю в своей общине. И выбора у тебя нет. А самое близкое к «патриотизму» ты испытываешь к матери-церкви. Вольтер и энциклопедисты «свергли бога», тогда ты вообще ни к чему не испытывал патриотизма, потому что самое близкое к патриотизму ты должен был чувствовать к своему королю. God save the King! Vive le Roi! И, конечно же, Боже, царя храни! Но коммунистам-большевикам это не понравилось. Тогда, чтоб управлять большим стадом людей, они стали изобретать патриотизм, хотя понятие «Родина» в принципе идет в разрез с марксистским «пролетарии всех стран, объединяйтесь!». Ты можешь либо верить в мировой пролетариат – и тогда тебе абсолютно не важна страна, а важен именно пролетариат. Либо, если ты веришь в «Родину», тогда ты не можешь быть объединенным пролетариатом, потому что понятие «Родина» будет стоять на пути этого объединения. Две вещи превыше всего быть не могут.
Но массы не вдумываются в такие детали, и поэтому патриотизм чудно заменил «религию – опиум для народа».
А сегодня среднестатистическому россиянину скармливают и опиум-религию, и патриотизм-героин, чтоб россиянин или белорус совсем отупел, осовел и точно не дергался.“

Франц Вертфоллен книга Не книга