„Мы выросли в глубокой провинции. Мы действительно никогда не чувствовали себя нормально, всегда, как максимум, человекоподобно. И сегодня по-прежнему у нас почти нет таких мест, где бы мы чувствовали себя спокойно и могли бы расслабиться. Как раз потому, что очень мало таких моментов, когда можно спуститься на землю. Собственно, то чувство, когда можно довериться, мы испытываем только дома. Там мы находимся, наверное, только 20 дней в году. В остальных случаях, везде, куда мы приезжаем, мы чувствуем себя немного чужими. В определенные моменты часто даже не знаешь, что потерял.“