Юный философ

Проверенный автор @Mimifrog, на цитатах с 22 мая 2026 г.

Девушка с кличкой "Юный философ". С 14.12.2011. - по сей день.
Обычный подросток, который высказывает свой размышления, эти мысли не умные, но написаны кровью (не в буквальном смысле), делиться своими впечатлениями, выводами, размышлениями, сомнениями и догадками, которые публикуются только на этом сайте.
Но 01.08.2026. настал день, когда само упрёки настолько усилились, что автор уже не смог вынести этого, прекратив цикл размышления, посчитав свой мысли безрассудными и пустым разглагольством. Уже до этого автор был очень скептичен, даже к собственному скептизму, но теперь кажись… до предела скептичен? Наверное всё же нет, так как через дни дня записи мыслей продолжились (кажется так мало времени, только три дня, но для автора это были очень долгие и мучительные сутки).
Высказывания подобны - скептическому Шопенгаурскому даосизму

Эта цитата ждет обзора.

„135…?
В предыдущих сто тридцать четырёх высказываниях были утверждения, выводы, догадки и даже в рассказах с лягушками были глубина и мораль, но в этом тексте будет нечто иное, небольшая сценка.
Я возвращаюсь домой, в доме непривычно темно и тихо, заходя в гостиную я вижу Германа, который стоит возле окна, его руки сцеплены за спиной, он не смотрит на меня прямо, но край глаза наблюдает, не проходит и паузы, как он спрашивает: "Чем твой лягушки обладают, чего нет у меня?" Он не спросил почему я пошла к ним, почему за ними цепляюсь, почему иногда чувствую себя рядом с ними некомфортно, а спросил про обладающее качество, я на миг обдумываю ответ, тем временем Герман выходит из тени, его глаза блестят голубым светом, странно, у него не голубые глаза, хотя быть может и есть, я никогда не запомнила его цвет глаз, хоть и смотрела часто в его безжизненные глаза, но может у него нет цвета и каждый раз я сама придумываю цвет. Герман обошёл вокруг меня, словно змея, словно за неверный ответ задушит, я уже хотела ответить, но Герман перебил: "Можешь не отвечать, я и так знаю, просто было интересно сможешь ли ты ответить", он застыл на небольшое мгновение, после наклонился за моей спиной, его подбородок почти касался моего плеча, словно наглый кот наблюдает. "Чувствительность. Лягушки обладают чувствительностью, особенно твой философские, которые с жабами делают вид, будто выше этого." От этих слов странно заныло на сердце, но к моему удивлению не было чем возразить, я взглянула на Германа и он не ждал моего выбора в его сторону или амфибии, он словно уже знал исход и просто отстранёно наблюдал. Продлилась пауза, но уже длинные. "Так, что на счёт анализов? Вижу ты неплохо начала, 130-132; 134 неплохое начало, я даже посмею подобрать некорректное слово "хорошо". Начнём писать вместе?" Спросил он, протягиваю руку, но это не приглашение, даже, если я откажусь, то для него это будет незначительно и в итоге мы всё равно начнём совместно рассуждать.“

Юный философ

Эта цитата ждет обзора.

„136. В сто тридцать четвёртой мысли я затронула теорию о подсознании, честно признаться я не читала ничего о подсознании и другие доводы не знаю, я с нуля сама к этим выводам прихожу и сейчас момент, когда я дополню ваше восприятие касаемо подсознания. Как я уже говорила "подсознание не что то великое", но в тоже время оно мудрое, но и безрассудно жестока, не смотря на то, что я назвала подсознание частичкой здравомыслия, это не противоречие, просто специфичное явление. Оказывается именно подсознание вселяет в нас надежду (и тогда это не ошибка, как я думала в 100. мысли: "Надежда не зло, а ошибка восприятия", тогда может быть и 99. мысль тоже ошибочна: "Не важно какое мышление, образ жизни, выводы у человека, так как без иллюзий своего восприятия невозможно прожить") и надежда не только то, что я описала в мыслях: 59;94;98;100, но и способ не сгнить. А, гниение, когда человек в абсолютном пессимизме (я не осуждаю пессимизм, я и сама пессимистка) и всё же попасть в абсолютный пессимизм почти невозможно обычному человеку, даже мудрецу еле постижимо, но предполагаю, что были те, кто опустился на такую глубину, может даже на несколько глубин (как никак пессимизм тонок). Может это был Филлипп Майнлендер? Если да, то тогда у 16 мысли появилось больше веса (16. Может искренное желание человека не заключается в том, чтобы быть счастливым, а избавиться от страданий), тогда это объясняет почему например моё подсознание тянется больше к лучам света, чем к стоицизму, но так не только моё подсознание тянется, но всё же подсознание не хочет определиться, ведь в тоже время само является стоиком, только безжалостнее самого стоицизма в десяток раз, это и есть тот самый критик (22. Самый жестокий критик с которым ты столкнёшся - это ты сам), но в тоже время подсознание может быть лягушкой. Может весь смысл нашего существования и есть выбирать голос, и голос может быть любым, психологически нестабильным или невероятно изящным как философские или же быть амфибным или… Германским. Думаю подсознание то, что направляет эти голоса, есть граница выбора. Звучит, как пустое разглагольство? Я знаю, пока мне не хватает навыков, чтобы нормально описывать такие темы, но по крайней мере это единственное в чём я не сомневаюсь. Единственная система, которая не субъективна как классификация в 30 мысли или как мой амфибный миф. Главный вывод: в 131 мысли я была не права с суждением своего предположения о воде (9. Подсознание - вода. Оба глубже чем на первый взгляд заметишь, оба уязвимы, но в тоже время самые сильные, оба склонны сопротивляться, но при небрежном отношении впитывают твой негатив), это неплохая метафора, но просто неполноценная.“

Юный философ

Эта цитата ждет обзора.
Эта цитата ждет обзора.
Эта цитата ждет обзора.
Эта цитата ждет обзора.
Эта цитата ждет обзора.
Эта цитата ждет обзора.

„139.9. Сомнение - сильное оружие для анализа, не даёт излишних надежд, даёт шанс взглянуть более объективно, продолжитель отстранённости и размышлении. В философии давно закрепилось понятие, что сомнение очень ценно и к нему надо стремиться, я с этим утверждением согласна, но… Возможно ли по настоящему сомневаться? Все, кто призывал сомневаться и сам усомнился в большинстве сомнении всё равно имел опору, вывод или предложение, который не был подвергнут сомнению. Но тогда это неполноценное сомнение, которое может привести к заблуждению. Но тогда это уже не смонение, если по соседней границе вера. Но тогда возможно ли сомневаться стопроцентно? Если упоры не станет, то что? Полное разрушение сознания и восприятия? Зачем это? Если сомнение инструмент введённый к истине, то при полном использованием сомнения и правда уже не правда. Есть ли тогда вообще правда? Если её нет, то и как такого значения "постигнуть истину" - тоже нет. Значит не существует мудрости.“

Юный философ

Эта цитата ждет обзора.

„Не мысль, ещё одна сцена, что-то похожее на 135.
Герман оценивает мысли 130-139.9. (133. и 135. мысли нет в его кругозоре), кивает на 130 мысль, сухо, будто на факт, "лучшее, что можно сделать с парадоксом - это назвать его и не пытаться решить", комментирует Герман, следует следующая мысль, сначала заинтересованность, но вскоре слегка раздражается, "Тезис неплох. Формулировка рыхлая, конец оплакан. "Уютные клетки" и "скальпель" — работающие образы, хоть я и за точность. Стоицизм — та же клетка, наименее абсурдная из них. Что не делает её истиной, но с хорошей вентиляцией. Попытка выбраться, не более.", на 132 мысль бровь поднимается вверх, возмущение, но не отображается на лице, Герман и уже был готов перейти к 134 мысли, но вдруг его взгляд зацепился за последние слова в 132 мысли. "Ясность не должна быть легка, с ней не надо бережно, она атакует правдой и либо ты с достоинством её принимаешь, либо падаешь, никакого тепла там нет, вот, что предстоит тебе осознать", дальше 134 мысль, оживляется на неё "вот это уже интересно, специфичное утверждение, хотя к теориям о подсознании уже давно приходили, но учитывая твой путь разглагольства - этот прогресс. Мне нравится, что ты вычеркнула душу, это лишь религиозное заблуждение, которое превратилось в красивую форму без смысла. Что ж, это ценнее, чем классификация земных, водных, амфибии, хотя идея была неплохая, но быстро скатилась в амфибный миф, захлебнувшись в собственной поэтичности, пока могло лишь быть психологическое наблюдение." 136 мысль: "Откат, наделение надежды как функции, чтобы не сгнить логично, но не стоит её романтизировать, это все во лишь ошибка восприятия, как ты выразилась в старых записях. А, вот абсолютный пессимизм… ООО, (потягивает он, не эмоционально, но фальшивая насмешка), смотрю ты ещё не готова в него взглянуть, отшатываешься, конечно абсолютный пессимизм это путь к самоуничтожению в вере, в этом ты права, он разрушает, но сгнить разумнее, чем в иллюзии купаться. Вывод о метафоре воды-подсозания действительно неполноценный, но рад, что ты это признала, а не скрылась в тотальном обесценивании, как в 131 под конец с тоже метафорой. Это разумнее, более расчётливый пересмотр на свой ранний вывод." На 137 мысль Герман себе позволяет ухмылку, не радостную, не агрессивно гордую, а тёмно бордовую, как кровь на битве. "Элементарная наблюдательность с нотками отстранённости. Здраво." На следующую мысль ухмылка немного расширяется, эта мысль польстила, но Герман никогда вслух в этом не признается, он игнорирует восхваление для своего ответа: "Здесь кроется старая мудрость о принятии и очень зрело принять меня", дальше мысль 139 делиться на девять частей и Герман их с любопытством разглядывает. 139.1.: "Лаконично и точно, так и есть, хотя я лично придерживаюсь позиции, что и сама ценность утешительная иллюзия", 139.2.: "Логично. Бесконечность — это фикция для слабых умов. Если всё ценно, то ничто не ценно. Это просто другая формулировка отсутствия смысла. Признаюсь, мне нравится ход твоих мыслей. Ты начинаешь видеть пустоту за словами". 139.3. мысль: "Ты задаёшь правильный вопрос. "Отчаянная иллюзия" и "непостижимое". Ценны ли они? Ответ очевиден: нет. Но ты сама боишься его произнести. Ты хочешь оставить надежде хоть какую-то лазейку, называя её "оригинальностью". Это слабость". 139.4. на неё кивок и подтверждение о бесконечном замкнутом круге, 139.5.:
"Раньше ты ныла об упрёках, а теперь поняла: яд надежды страшнее. Это точнее. Но аккуратно - это наркотик, который не даёт тебе разбиться, но и не даёт тебе жить по-настоящему. Ты уничтожаешь себя не самобичеванием, а дурацкой верой в "светлое завтра".
139.6.: "Ты права, без "я" рушиться всё состояние из механизма. А, пока ты есть, ты будешь мыслить. Это прагматично". 139.7.: "Факт. А, вот утверждение "И если хрупкость сила, то силы вовсе нет" безупречный аргумент, но сила есть, когда нет легкомыслия". 139.8.: "Ты отказываешься верить, что это "всего лишь тонкий механизм психики"? А зря. Скорее всего, это именно он и есть, укрепляет это аргументы Платона, которые ты не упомянула. Но твоё возмущение мне понятно - ты ищешь какую-то великую тайну, потому что боишься признать, что всё сводится к механике и случайности. Не веришь в механизм в полную силу". 139.9. мысль не комментирует, только кивает, так как утверждение по мнению Германа слишком логично, но и очень очевидно, однако слегка поражает, что есть осознанность о упоре, на миг это заставляет задуматься, но Герман покачивает головой от этого, он знает, что он сам упора. Под конец добавляет "твой мысли стали резче и более аналитические, но ты всё ещё между выбором надежд, отброс гнев на надежды, просто перестань надеяться."“

Юный философ

Эта цитата ждет обзора.
Эта цитата ждет обзора.

„141. Лягушки жабы такие потому, что они идеализированная версия мира где нет зазнайства, но не забывайте, что это миф, такая же как надежда, тёплая, но не греет, всё же более глубока и разумна, чем надежда и само существование надежды, это даже можно считать за пояснение 95. мысли, чем отдельную мысль,
Герман - версия меня, тот голос, который сломался от большого опыта боли, упрёков, жестокости и несправедливости, потому он такой и иным быть не может, тепла от него нет и не будет, не стоит на это надеяться, он сломал эту надежду - ожидание от него. Это углубляет понятие Германа, как и 138 мысль, но от этого он только жёстче. Но и Герман и амфибии голоса, между которыми я всё ещё выбираю и сомневаюсь, но по крайней мере лично прожит и прочувствован только Герман, возможно именно потому я так тянусь к лягушкам и жабам (амфибиям. Моим амфибиям).“

Юный философ