Джордж Карлин: Актуальные цитаты (страница 3)

„Когда я спрашиваю, сколько лет вашему малышу, мне не нужно слышать «27 месяцев». «Ему два» подойдет просто отлично. Он не сыр. И мне изначально было это безразлично.“

„Священность жизни. Вы в неё верите? Лично я считаю, что это чушь собачья. Жизнь священна, говорите? Кто это сказал? Бог? Если вы учили историю, то вспомните, что Бог был одной из самых главных причин смертности — тысячи лет. Индуисты, мусульмане, евреи, христиане — все по очереди убивают друг друга, потому что Бог сказал им, что это отличная идея. Миллионы убитых уёбков — и всё потому, что они дали неправильный ответ на вопрос о Боге. «Ты веришь в Бога? — Нет.» Бах! Готов. «Ты веришь в Бога? — Да. — В моего Бога?“

„Много слов и мало смысла.“

„Лично я готов рискнуть собственным благополучием ради развлечения, кстати, вашим тоже.“

„С планетой всё в порядке. Это людям пиздец!“

„Права — это не права, если кто-то может их забрать. Это привилегии.“

„Пусть силы зла запутаются на пути к вашему дому.“

„Скажите добрые слова тем, кто смотрит на вас снизу вверх с восхищением, потому что это маленькое существо скоро вырастет, и его уже не будет рядом с вами. Запомните и горячо прижмите близкого человека к себе, потому что это единственное сокровище, которое можете отдать от сердца, и оно не стоит ни копейки.“

„Живи так, будто этот день — последний, и однажды так оно и окажется. А ты будешь во всеоружии.“

„О вас говорят самые милые вещи, но только после того, как вы умрете.“

„Внутри каждого циничного человека живет разочарованный идеалист.“

„Я разговариваю сам с собой, потому что я единственный человек, чьи ответы мне нравятся.“

„Мужчины с Земли, женщины с Земли. Смирись с этим.“

„Я не думаю, что такая вещь, как мораль, на самом деле существует. По-моему, это человеческое изобретение, понадобившееся для того, чтобы легче было управлять народом. Ценности, этика, правовые нормы — все это придумал человек, и все эти штуки, в общем, и сцепляются в некую малопонятную сущность под названием «мораль».“

„Есть ещё кое-что, что говорят после чьей-то смерти, и это связано с верой (а у меня с ней…серьёзные проблемы). Случается это уже после похорон, после самой церемонии, в доме, когда все вернутся. Семья, любимые и скорбящие по умершему возвращаются в дом, едят, выпивают и предаются воспоминаниям о нём. И раньше или позже кто-то гарантированно скажет следующее (особенно после нескольких рюмок): «Вы знаете, я думаю, что он сейчас там, наверху, улыбается нам. И я думаю, что ему хорошо.» Ну…для начала…нету никакого «наверху», для людей, которым нужно поулыбаться оттуда вниз. Это поэтично и возвышенно, и суеверных людей это немного успокаивает – но его не существует. Но если бы оно существовало – если бы – и если бы кому-нибудь как-то удалось пережить смерть в нефизической форме, то, по-моему, он был бы слишком занят другими небесными занятиями, чем стоять посреди Рая и лыбиться вниз на живых людей. Что это ещё на**й за вечность? И почему это никто никогда не говорит: «Я думаю, что он сейчас там, внизу, улыбается нам»? Видно, людям никогда не приходит в голову, что их любимые могут оказаться в аду! Ваши родители могут прямо сейчас быть в аду, особенно отец! Да, б**, в аду до**ена отцов. До**ена. Даже тех, которые научили вас играть в бильярд – тупо за то, что они у вас слишком часто выигрывали. И за трах с соседкой. И за трах с соседской собакой. И кто знает, может, даже за трах с почтальоном – откуда нам знать, что у отца было на уме? Родители в аду…мне этот вариант нравится больше. А дед с бабой в аду – представьте себе это…Представьте свою бабушку в аду – жарящую пироги без духовки. И если бы кто-то попал в ад, то я очень сильно сомневаюсь, что он бы улыбался. «Я думаю, что он сейчас там, внизу, орёт нам. И я думаю, что ему охеренно больно.» Люди просто не хотят быть реалистами.“

„Вместо того, чтобы предупреждать беременных о вреде алкоголя, я думаю, лучше говорить алкоголичкам, чтобы они не ебались.“

„Мы — лишь еще одна неудачная мутация, еще одна незавершенная биологическая ошибка, и однажды планета стряхнет нас, как назойливых блох.“

„Мне нравятся люди, но они мне нравятся короткими очередями. Мне не нравятся люди в течение длительного времени. У меня все в порядке с ними ненадолго, но как только проходит минута, мне надо ***ывать оттуда. И причина всему этому — у меня очень низкий уровень терпимости к тупой херне.“

„Становится меньше альтернатив, газеты в этом городе, сколько их? Было 3-4, сейчас одна или две и ими владеют одни и те же люди, и они же владеют радиостанцией…Нет необходимости в формальном заговоре, когда идёт совпадение интересов, эти люди учились в тех же универах, состояли в тех же сообществах и загородных клубах, у них одинаковые интересы, им не зачем созывать собрания, они итак знают, что им наруку и они берут это. Раньше было 7 нефтяных компаний, сейчас их 3, и скоро будет 2. Тех вещей, которые имеют вес в этой стране, становится всё меньше: две политические партии, горстка страховых компаний, 6 или 7 информационных контор, но если ты хочешь бубликов, то вот тебе 23 разных вкуса. В этом иллюзия, иллюзия выбора. В том, что важно, ты не выбираешь и нет никакой свободы выбора.“