Эрнст Теодор Амадей Гофман: Цитаты о свете

Эрнст Теодор Амадей Гофман было немецкий писатель, композитор, художник. Откройте для себя интересные цитаты о свет.
Эрнст Теодор Амадей Гофман: 18 цитат20 Нравится

„В этих вот кругах и кружится [Крейслер, музыкальный псевдоним Гофмана. Здесь он пишет о своём alter ego], и очень может быть, что нередко, устав от пляски святого Витта, он принужден бывает, единоборствуя с тёмной и непостижимой силой, которая начертала эти круги, устав от них больше, чем это может вытерпеть его — без того уже расстроенный желудок, — устремиться на вольный воздух! И глубокая боль, которую причиняет ему этот страстный порыв, опять-таки непременно должна преобразиться в ту иронию, которую вы, уважаемая, так горько упрекаете, не обращая внимания на то, что ведь эта крепкая родительница произвела на свет сына, который вступил в жизнь как король-властелин. Говоря о короле-властелине, я имею в виду юмор, у которого нет ничего общего с его злополучным сводным братцем — сарказмом.“

Эрнст Теодор Амадей Гофман

Эта цитата ждет обзора.

„И звуки, как лучи света, потянулись из моей головы к цветам, а те жадно впитывали их.
Все шире и шире раскрывались лепестки подсолнечника — потоки пламени полились из них, охладили меня, — око исчезло, а в чашечке цветка очутился я.“

Эрнст Теодор Амадей Гофман книга Кавалер Глюк

цветок
Источник: Кавалер Глюк

Эта цитата ждет обзора.

„Начало его славе положило удачно выведенное им после многочисленных физических опытов заключение, что темнота происходит преимущественно от недостатка света.“

Эрнст Теодор Амадей Гофман книга Золотой горшок

свет
Источник: Золотой горшок. Крошка Цахес, по прозванию Циннобер

„Есть один лишь ангел света, способный осилить демона зла. Это светлый ангел — дух музыки, который часто и победоносно вздымался из души моей, при звуках его мощного голоса немеют все земные печали.
— Я всегда, — заговорила советница,— я всегда полагала, что музыка действует на вас слишком сильно, более того — почти пагубно, ибо во время исполнения какого-нибудь замечательного творения казалось, что всё ваше существо пронизано музыкой, искажались даже и черты вашего лица. Вы бледнели, вы были не в силах вымолвить ни слова, вы только вздыхали и проливали слёзы и нападали затем, вооружаясь горчайшей издёвкой, глубоко уязвляющей иронией, на каждого, кто хотел сказать хоть слово о творении мастера…“

Эрнст Теодор Амадей Гофман