„Узнав, что её знакомые идут сегодня в театр посмотреть её на сцене, Раневская пыталась их отговорить: — Не стоит ходить: и пьеса скучная, и постановка слабая… Но раз уж всё равно идёте, я вам советую уходить после второго акта. — Почему после второго?“

„Я написал два стихотворения на его гениальную музыку. Первая песня называется „Стою в снегу“, вторая песня называется: „Я запомнил всё“, но Коля называет её почему-то „Зачем?““

Николай Иванович Носков (1956) советский и российский музыкант, певец, композитор

„Я написал два стихотворения на его гениальную музыку. Первая песня называется „Стою в снегу“, вторая песня называется: „Я запомнил всё“, но Коля называет её почему-то „Зачем?“. Я не знаю как она в конце концов будет называться на пластинке“

Николай Иванович Носков (1956) советский и российский музыкант, певец, композитор

„Подставляя другому ногу, посмотри, на чем стоит твоя вторая нога.“

Леопольд Рене Новак (1904–1991)

„Жемчуг, который я буду носить в первом акте, должен быть настоящим, — требует капризная молодая актриса. — Всё будет настоящим, — успокаивает её Раневская.“

Фаина Георгиевна Раневская (1896–1984) советская актриса театра и кино

„Перед началом спектакля «Дама с камелиями»:
Если публика сегодня будет капризничать, я умру уже во втором акте.“

Сара Бернар (1844–1923) французская актриса

„Публика ходит в театр смотреть хорошее исполнение хороших пьес, а не саму пьесу: пьесу можно и прочесть.“

Александр Николаевич Островский (1823–1886) русский драматург

„Есть два вида склероза: замкнутый и общительный, или интровертный и экстравертный. В первом случае, не узнаешь знакомых, во втором, узнаешь незнакомых.“

Михаил Эпштейн (1950) советский и американский философ, филолог, культуролог, литературовед, литературный критик, лингвист, эссеист

„Есть пьесы настолько слабые, что никак не могут сойти со сцены.“

Станислав Ежи Лец (1909–1966) польский поэт, философ, писатель-сатирик и афорист XX века

„Хорошая книга становится только лучше при втором прочтении. Великая книга – при третьем. Книга, которая не стоит, чтобы ее перечитали, не заслуживает и того, чтобы её вообще читали.“

Нассим Николас Талеб (1960)