Александр Григорьевич Лукашенко цитаты

страница 3

„Я историк. Настоящий историк. Историк патриотичный, патриот.“

„Скажите, а как военному человеку действовать? Мне что делать в этой ситуации? Вы хотите, чтобы я сидел и ждал, пока Минск вверх перевернут? Так мы потом не стабилизируем обстановку. Поэтому надо остановиться, взять голову в руки и успокоиться. И дать нам навести порядок, разобраться с теми, кто приехал сюда.“

„Я не могу сегодня предъявить претензии к кому бы то ни было. Не могу. Потому что вы видите, как развивается ситуация. Единственное, попрошу и министра, и других: мы все-таки славяне, если уже человек упал и лежит, его не надо избивать. То есть должен быть определенный тормоз. Опять же, как человек военный, я понимаю: когда ты в казарме всю жизнь, можно сказать, военную спишь рядышком (тот же ОМОНовец 20-летний - чей-то ребенок), рядом живем уже второй год… И когда подло (это вот не по-мужски) заезжают со спины и бьют этих ребят - милиционеров… И парень напополам переломился, позвоночник поломан, он на всю жизнь инвалид“

„По-хорошему, Россия боится нас потерять – я об этом сказал. Но это естественно. Не дай Бог: Украины нет – еще и Беларуси нет. И я Путину об этом говорил. И я бы тоже переживал на месте российского руководства. Не дай Бог, еще и Беларусь тут: окно это: тысячу километров, – через которое они передвигаются туда-сюда, – замкнется. Что останется? Прибалтика? Она что, пророссийская? Нет. Украина? Нет. Беларуси нет. Тот Балто-Черноморский регион, о котором мечтали в 90-м, – он вот. Поэтому Россия, конечно, переживает.“

„Кто пьет — лучше за меня не голосуйте, я с такими дружить не буду.“

„У нас в семье один, полтора, два ребенка максимум!“

„Интернет — это такая мусорка, в которой всё есть и даже полезное.“

„Впервые за последние десять лет в ночь с 31–го на 1–е абсолютно все минчане — 2 миллиона человек вышли на улицы. Я не ожидал, что 2 миллиона будет на улицах. Я бы на это диво тоже приехал посмотреть из своего леса.“

„Там, где в военных вложишь, там и отдача будет.“

„Я не хочу говорить о всяких Баррозу (председатель Еврокомиссии), других козлах, быках и прочих… Козлы — они и есть козлы…“

„Вы знаете, я хотел бы, чтобы люди никогда, заглядывая в кошелек или свой карман, не думали о том, что им на что-то не хватает. Всегда части народа чего-то не хватает, это естественно. А я бы хотел, чтобы люди в Беларуси никогда этим не страдали. Вот она, моя единственная мечта.“

„Мне кажется, что нефть где-то есть. А если есть нефть, не может быть, чтобы где-то не прорвало газ… Мне кажется, что нам надо внимательнее посмотреть на недра. Найдем мы что-то. Не может быть, чтобы кто-то искал и не нашел.“

„В сложные времена в СССР были недоступны многие товары, например, стиральный порошок. Надо заниматься житейскими вопросами и, исправив ошибку Советского Союза, обеспечить население всем необходимым.“

„Мы никому не закрываем рот… Человек должен свободно высказывать свое мнение. Пришли домой — ты хочешь поговорить… Ну вот на кухне чего-то боятся… Да никогда ничего не бойтесь! Говорите про меня, про кого хотите. Но помните, что „воевать“, как в Турции, против президента и власти, можно только на выборах.“

„Я — ярый противник льгот. Я на всех выборах обычно говорю: «Долой льготы!», и народ меня радостно поддерживает: «Ура! Долой льготы!».“

„Это очень белорусское: сначала сделать что-то очень аккуратно, а потом дорабатывать.“

„Я слышал, что меня критикуют за то, что Коран поцеловал. Эрдогану подарили Коран, он его поцеловал. Мне такой же подарили, а что я должен был сделать? Кто-то уже думает, что меня перекрестили.“

„Наши футболисты поначалу стали жаловаться, что билеты плохо продаются. Ладно, включил административный ресурс. Собрали людей на стадионе. Но они вышли и обкакались“

„Я по образованию и происхождению - экономист.“

„В эти кризисные времена я не покупал клюшки, я не покупал коньки. У меня был запас нормальный.“

„Мы, как в 1941 году, находимся во вражеском кольце. Враги засели в руководстве соседнего государства, с которым мы недавно подписали договор о сообществе.“

„На меня, так сказать, обвалилась философская мысль! Я просто обязан сейчас быть в центре!“

„Заслуженным пенсионерам не хватает свиной шеи!“

„Что это за разговоры у педагогов, когда они говорят с одной стороны об ускоренном развитии, акселерации, а с другой держат за партой 17-18-летних молодых людей? Может, я утрирую, но этим 18-19-летним девушкам уже пора рожать, что они и делают у вас в школах.“

„Нам надо иметь в новом парламенте примерно четверть депутатов старого… Но это действительно должны быть депутаты без сучка и задоринки в своей работе с населением.“

„Я своими руками пощупал боеголовки и знаю, что никто их снимать не будет.“

„Водка, хлеб, сигареты — без этого люди не проживут, мы этим предприятиям помогаем!“

„Не пускают нас в ВТО, давайте создадим свое ВТО.“

„У меня руки чистые, и на них нет никаких наручников.“

„Я уже разогнал этих контролеров! Я выстроил систему. Моему сыну даже в бане спокоя нет — его информируют, если что-то не так!“

„Давайте завтра Павла (Якубовича) выгоним с работы! Но у него же дети, семья, знакомые. Мне в этот хаос не нужен кризис власти.“

„Все же понимают: если Президента предал, то продаст всех прочих, с потрохами притом.“

„Почему президент не отрезал кое-кому голову!? Но я не пацан и мальчишка! Мы сердце умеем вынуть, пришить другое.“

„У нас достаточно власти, чтобы сокрушительно выиграть эти выборы и референдум.“

„У нас 32 тонны золота! Это стратегический запас на время войны!“

„Если наши некоторые националисты говорят – вот русский язык… Я спрашиваю: почему мы от этого наследия должны отказываться? Если мы хотим в связи с этим породить и экономические проблемы, то мы можем отказаться от русского языка.“

„Наша диктатура никому не мешает жить и развиваться.“

„А то, что они воют и стонут — вы знаете, кто стонет и воет. Вот если бы «Белтрансгаз» купили Евросоюз или Америка, поверьте, была бы полная тишина. И не было бы «здрады», не было бы «здачы незалежнасці і суверэнітэта», як яны «кажуць і ёнчаць» там. Все это гнилая, дохлая политика.“

„Но русский язык – это и наш язык! Ведь язык я расцениваю как что-то живое. Ведь мы туда свою душу вложили – сколько? – целый… целое… больше века… палутара векаў… палутара вякоў.“

„Один в Витебском районе взял телефонный справочник и всех переписал. Ну как его зарегистрировать? Этого не регистрировали, остальных зарегистрировали — 10 человек. Я им отдал 600 тыс. своих подписей. У меня где-то было 2 млн 700 тысяч, я им отдал, чтобы ЦИК их зарегистрировал. Зарегистрировали всех, под железным моим давлением.“

„И дай Бог справиться с родной Беларусью. Согласитесь, что достаточно этого куска, чтоб его проглотить. Дай Бог за пять лет хоть как-то прожевать.“

„И не дай бог, у тебя будут замашки, как у диктатора… Под гусеницу бросят и разотрут.“

„Они меня долбали года три: ну продай 100%. Ну и правильно делали: что такое 50%?“

„Подкупа в моей политике не будет никогда, только принципиальные и честные отношения: ты даёшь государству — мы поддерживаем тебя. Кто не согласен — до свидания!“

„Не заставляйте, дорогие, нас вводить однополые браки. Не будет это в Беларуси, по крайней мере, в ближайшее время. Ну, пока я Президент точно. Не будет здесь голубизны, розовых и прочих“

„Я считаю, что любое государство из рыночной экономики немедленно должно брать конкуренцию. Мы тоже берем на вооружение этот принцип и его внедряем, просто порой силой.“

„В землянки пойдём, но суверенитет и нормальную жизнь людям обеспечим.“

„Кто пьёт каждый день — за меня не голосуйте, я с такими дружить не буду.“

„Моему сыну 7 лет, он скорее в компьютер лезет, чем читает книги. Книга — это святое, для меня — это икона.“