Цитаты о канализация

„От своего города я требую: асфальта, канализации и горячей воды. Что касается культуры, то культурен я сам.“

Карл Краус (1874–1936) австрийский писатель, поэт-сатирик, литературный и художественный критик, фельетонист, публицист

„…Мне одна из бухгалтерии говорила, - сказала Нюра. - На Сукином болоте научный институт стоял… Гидро… как-то еще… Все удобства…
Канализация для отходов и этот, как его… ну куда дерьмо собирают?
- Коллектор?
- Ага, коллектор… Крыша бетонная - как в убежище… Дерьма скопилось видимо-невидимо… Кипело оно, кипело, да и шарахнуло…
Месяц потом этот Гидро отмывали… Всю бухгалтерию залило.
Дунаев ужаснулся. Нюра додумалась до атомном бомбы и соответствующей ей цивилизации. Критическая масса дерьма чревата взрывом…“

Михаил Леонидович Анчаров (1923–1990)

„Лучи пустынного солнца прорезали тьму подвала, показав бетонные полы и лениво кружащиеся в воздухе частицы пыли, а над головой — треснувшие пластиковые трубы водопровода и канализации. Артерии и вены дома, который давным-давно умер.“

Паоло Бачигалупи (1972)

„Сейчас каждый день в Москву приезжает три миллиона человек, и это составляет 20 % дополнительной нагрузки на канализацию, электричество и транспорт в городе!“

Юрий Михайлович Лужков (1936–2019) российский политический деятель

„Мне кажется, коррупция намного древнее даже той профессии, которая считается древнейшей. Возможно, она существовала уже во времена пещерного человека, когда за лишний кусок мяса смотритель костра оставлял кому-то место потеплее. Коррупция существовала во все времена и эпохи.
В нашей истории, пожалуй, был единственный период, когда коррупция была загнана на минимальный уровень, — при Сталине. Любой заподозренный в мздоимстве, вплоть до высшего руководства регионов и страны, немедленно сажался в тюрьму или расстреливался. Рыба гниёт с головы, и в этом отношении — подчёркиваю, речь идёт только о коррупции — голова была здорова.
Понятно, что полностью победить коррупцию невозможно. Бороться с ней нужно так же, как с прочей преступностью. В 30-х годах Рузвельт предельно чётко сформулировал позицию, которую должно занимать государство в отношении преступности: поскольку преступность происходит из природы человека — это теневая сторона разума, искоренить её окончательно нельзя, однако нужно загнать её в канализацию. И было создано ФБР, которое получило право расстреливать гангстеров на улицах. И преступность действительно была загнана в канализацию. Произошло чёткое разделение труда: до нынешних времён мафия занимается обслуживанием пороков человечества. Её сферы — игорный бизнес, проституция, наркотики.
Коррупция в России — её раковая опухоль, и все декларации о борьбе с ней не более чем сотрясение воздуха. Она пронизала всё общество от мелких чиновников до высших. По сути, сегодня она парализовала бизнес. В первую очередь малый — основу основ любого государства. Если крупные компании откупаются — у них есть специально созданные для решения подобных проблем подразделения и фонды, сформированные, кстати, за счёт тех же взяток, то у малого бизнеса ничего этого нет. Он и так работает на уровне выживания, а выплачивая мзду чиновникам, просто прозябает. Поэтому никакой речи о создании в стране среднего класса идти не может. При таком уровне коррупции его не возникнет никогда. Ни одно государственное решение не будет выполняться чиновниками без коррупционных схем.
Раковые клетки не понимают, что, уничтожив организм, они и сами погибнут, но не уничтожать они просто не могут, такова их природа. Так уничтожается и российский государственный механизм. Смертельная болезнь подрывает все его звенья, включая национальную безопасность и обороноспособность, поскольку процветает и в армии. Но бороться с ней надо, хотя сейчас эту болезнь можно победить только хирургическим методом.“

Владимир Павлович Полеванов (1949) российский государственный и политический деятель

„ЭШЛИ: Я не знаю, что думать о… столь…

Змей приподнял бровь.

Всё он понял.

ЭШЛИ: О столь неумолимой роскоши.

ГЕРБЕРТ: Думайте: это искусство. Вертфоллены – меценаты. Люди думают, что без их денег – глупости, без их духа всё это изобилие стояло б обоссанным местными идиотами, почерневшим, заплесневевшим и разлагающимся каркасом, робко напоминающим обезьянам, что может быть, всё-таки, как-нибудь тем стоит сделать усилие, чтобы жить лучше. Знайте – это искусство. Это то, что должна делать аристократия: напоминать людям – вот как изысканно можно жить.

Вытягивать наши тщедушные душки и тушки из трясин близорукости.

Да, это больше куда, чем искусство – это необходимость.

Без которой человечество загнется куда быстрее, чем без канализации или света.

Тысячелетиями мы жили без того и другого, но вот когда последние лучики красоты и изящества скроются за горизонтом, никакие новейшие технологии не спасут хомо сапиенса от жизни питекантропом.“

Франц Вертфоллен книга О Летучих Змеях. Неаполь

„Каждый волк в овечьей шкуре, который притворяется, что проповедует Евангелие, но провозглашает праведность человекоторговли и рабства, каждый, кто отстреливает негров на улицах, сжигает негритянские школы и дома собраний, убивает женщин и детей при свете их собственных пылающих жилищ, называет себя демократом. Каждый нью-йоркский бунтовщик в 1863 году, который сжигал маленьких детей в приютах для цветных, который грабил, насиловал и убивал без разбора посреди пылающего города в течение трех дней и ночей, называл себя демократом. Короче говоря, Демократическую партию можно охарактеризовать как общую канализацию и отвратительный сосуд, в который сливается каждый элемент измены Севера и Юга, каждый элемент бесчеловечности и варварства, позорящий эпоху.“

Мортон, Оливер Перри (1823–1877)