„В любом маленьком городке или деревне мог ужиться только один [подонок, тут — алкоголик] : по какому-то необъяснимому закону человеческого общества двоим уже было тесно. Тут безобразничал Старый Билл, там Старый Чарли или Старый Тоуб. Истинное наказание для жителей, которые с отвращением терпели эти отребья как неизбежное зло. И по тому же закону, по которому на каждое небольшое поселение приходилось не более одного такого отщепенца, этот один-единственный был всегда.“

For there could be no more than one human derelict in any single village — through some strange social law there was never room for more than one of them. Old Bill or Old Charlie or Old Tobe — the pity of the people, regarded with a mingled sentiment of tolerance and disgust. And just as surely as there could not be more than one of them, there always was that one.

перевод: С. Васильева, 1964

«Дурной пример» (Horrible Example), 1961
Из малой прозы