„Толстяки живут меньше. Зато едят больше.“

„Честно, мне все нравятся. И геи, и лесбиянки, и толстяки, и худые.“

Анджелина Джоли (1975) американская актриса, режиссёр и сценарист, фотомодель, посол доброй воли ООН

„Когда я в своих солнцезащитных очках — я Джек Николсон. А без них я просто 60-летний толстяк.“

Джек Николсон (1937) американский актёр

„Причина, по которой толстяки добродушны, заключается в том, что они не могут ни сражаться, ни бегать.“

Теодор Рузвельт (1858–1919) 25-й вице-президент США, 26-й президент США

„Вам когда-нибудь приходило в голову, что в каждом толстяке скрывается худой, подобно тому, как в каждой каменной глыбе прячется статуя?“

Джордж Оруэлл (1903–1950) английский писатель и публицист

„Конечно, не все толстяки веселые. Некоторые из них — женщины. Давайте без подколов, у толстушек тоже есть чувства, в основном чувство голода. Ну, это же просто шутка, чтобы посмеяться! Я рассказал ее как-то, так девушка просто поднялась и ушла, точнее сказать, выкатилась, наверное, обиделась, хотя, может, и проголодалась.“

Джимми Карр (1972) Британский комик, юморист и телеведущий

„Англия всегда боялась конкуренции с Россией. Она постоянно сталкивала Россию с другими государствами. Полтора века назад английский премьер-министр, лорд Палмерстон, признался — «как тяжело жить, когда с Россией никто не воюет». Тут нечего добавить! Пытаясь ослабить Россию, британцы всегда успешно сражались с нами чужими руками — французскими, немецкими, турецкими. Мне кажется, что революционный агитпроп Маяковского времён 20-х годов вполне отвечает реальности. Есть мировой капитал, «три толстяка», про которых все гениально угадал Олеша, — так и выглядит мировой империализм.“

Андрей Кончаловский (1937) советский, американский и российский режиссёр, сценарист

„Сердце юноши судорожно сжалось, едва он переступил порог, но он не обратил на это внимания, столь необычайно и поразительно было то, что открылось его глазам. На деревянных полках рядами стояли склянки, наполненные прозрачной жидкостью, и в каждой заключено было чьё-нибудь сердце; ко всем склянкам были приклеены ярлыки с именами, и Петер их с любопытством прочёл. Он нашел там сердце окружного начальника из Ф., сердце Толстяка Эзехиля, сердце Короля Танцев, сердце старшего лесничего; были там и шесть сердец хлебных скупщиков; восемь сердец офицеров-вербовщиков, три сердца ростовщиков, — короче говоря, это было собрание наиболее почтенных сердец из всех городов и селений на двадцать часов пути окрест.
— Смотри! Все эти люди покончили с житейскими заботами и треволнениями, ни одно из этих сердец больше не бьется озабоченно и тревожно, а их бывшие обладатели чувствуют себя превосходно, выставив за дверь беспокойного жильца.
— Но что же у них теперь вместо сердца?“

Вильгельм Гауф (1802–1827) немецкий писатель