Цитаты о псевдоним

„Мирон — это не псевдоним.
Опять ночник над моей головой — круглый неон. Этой мой псевдонимб.
Ты мой серотонин, а не амброзия с нектаром.
Я сказал железно всё, но ты коррозия металла.“

Oxxxymiron (1985) британский рэп-исполнитель

„Случай может быть псевдонимом Бога, если Он не хочет подписаться.“

Анатоль Франс (1844–1924) французский писатель и литературный критик

„Правда, с той поры, как Аня стала моей женой, ее официальная фамилия — Безрукова, а Матисон она оставила в качестве творческого псевдонима. (С улыбкой.) Это я так, к слову.“

Сергей Витальевич Безруков (1973) российский актёр театра и кино, Народный артист России

„И таким образом Осип Перельман, местечковый еврей из города Белостока, становится русским писателем Осипом Дымовым, который, кстати говоря, стал не только его литературным псевдонимом, но и вообще фамилией его семьи, поскольку и жена, и дочка Изадора тоже стали Дымовыми.“

Осип Дымов (1878–1959) русский и еврейский (идиш) писатель

„Шанс - это псевдоним Бога, когда он не желал опознания.“

Теофиль Готье (1811–1872) французский поэт и критик романтической школы

„…Осип Перельман, который стал Осипом Дымовым, взяв себе чеховский псевдоним, как понятно, поскольку искал некоего преодоления своей биографической данности, своей биографической конкретности, входа в русскую литературу.“

Осип Дымов (1878–1959) русский и еврейский (идиш) писатель

„Лимонову псевдоним подходит больше фамилии, но только благодаря Бахчаняну, который придумал Эдуарду Савенко «высокопарную и низкопробную» фамилию.
Гордый изобретением, Вагрич требовал, чтобы каждую подпись Лимонов сопровождал указанием «Копирайт Бахчаняна.»“

Эдуард Вениаминович Лимонов (1943) русский писатель, поэт, публицист, российский политический деятель

„Фамилия моя Ветров, не псевдоним. Прозвище Ветер и Сквозняк. Зовут Геннадий, коротко — просто ГЕНИЙ. Очень скромный человек.“

Геннадий Анатольевич Ветров (1958) советский и российский писатель-сатирик и юморист, певец

„Абу Абдуллах Мухаммад ибн Умар ибн аль-Хусейн ибн аль-Хасан ибн Али ‎ат-Тайми аль-Бакри ат-Табарастани ар-Рази, с псевдонимом Фахруддин, известный как Ибн аль-Хатиб, факих шафиитского мазхаба. Единственный в своем веке, который превзошел людей своего времени в науке калям, рациональных и базовых науках. У него имеются полезные книги по многочисленным наукам. Например тафсир Благородного Корана, в котором он собрал все удивительное. Он очень огромный, однако он не завершил его.… Все его книги интересные.

Его книги распространились по всем странам, и в них было вложено большое счастье. Люди начали заниматься его книгами и оставили на стороне книг предшественников. Это первый человек, который ввел этот порядок в своих книгах, и написал в них то, что не было раньше. В наставлении у него было добро. Он читал проповеди на арабском и неарабском языках. Когда он читал проповедь, то его вовремя проповеди захватывало волнение и заставляло плакать. На его собраниях присутствовали в городе Герат основоположники мазхабов и статей. Они спрашивали у него, а он отвечал каждому спросившему хорошим ответом. Из-за него многие люди из числа карамитской секты вернулись на путь Ахлю Сунна валь-Джама’а. Его нарекали в городе Герат Шейхуль Ислам… Ученые приезжали к нему с разных стран и местностей…“

Фахруддин ар-Рази (1150–1210)

„В этих вот кругах и кружится [Крейслер, музыкальный псевдоним Гофмана. Здесь он пишет о своём alter ego], и очень может быть, что нередко, устав от пляски святого Витта, он принужден бывает, единоборствуя с тёмной и непостижимой силой, которая начертала эти круги, устав от них больше, чем это может вытерпеть его — без того уже расстроенный желудок, — устремиться на вольный воздух! И глубокая боль, которую причиняет ему этот страстный порыв, опять-таки непременно должна преобразиться в ту иронию, которую вы, уважаемая, так горько упрекаете, не обращая внимания на то, что ведь эта крепкая родительница произвела на свет сына, который вступил в жизнь как король-властелин. Говоря о короле-властелине, я имею в виду юмор, у которого нет ничего общего с его злополучным сводным братцем — сарказмом.“

Эрнст Теодор Амадей Гофман (1776–1822) немецкий писатель, композитор, художник

„Знаете ли вы наверное, что такое псевдоним человеческий и откуда берётся у людей нечеловеческая потребность скрывать (или приукрашивать) своё истинное лицо? <…> Вот отчего, скажите на милость, известный поэт-символист «Фёдор» Бугаев изволил всю жизнь подписываться фамилией «Андрей Белый?»“

Юрий Ханон (1965) российский композитор, писатель, философ, эссеист, художник и пианист

„Есть люди, которые как будто выделаны машиной, на заводе, выпущены на свет Божий целыми однородными сериями, и есть другие, как бы «ручной работы», — и такой была Гиппиус. Но помимо её исключительного своеобразия я, не колеблясь, скажу, что это была самая замечательная женщина, которую пришлось мне на моём веку знать. Не писательница, не поэт, а именно женщина, человек, среди, может быть, и более одарённых поэтесс, которых я встречал.
Думаю, что в литературе она оставила след не такой длительный и прочный, не такой яркий, как принято утверждать. Стихи её, при всём её мастерстве, лишены очарования. «Электрические стихи», — говорил Бунин, и действительно, эти сухие, выжатые, выкрученные строчки как будто потрескивают и светятся синеватыми искрами. Однако душевная единственность автора обнаруживается в том, что стихотворение Гиппиус можно без подписи узнать среди тысячи других. Эти стихи трудно любить — и она знала это, — но их трудно и забыть. В статьях — хотя бы в тех, которые подписаны псевдонимом Антон Крайний, — по общему мнению, сложившемуся ещё задолго до революции, будто бы сказывается её необыкновенный ум. И в самом деле, она была необыкновенно умна. Но гораздо умнее в разговоре, с глазу на глаз, когда она становилась такой, какой должна была быть в действительности, без раз навсегда принятой позы, без высокомерия и заносчивости, без стремления всех учить чему-то такому, что будто бы только ей и Мережковскому известно, — в разговоре с глазу на глаз, когда она становилась человеком ко всему открытым, ни в чём, в сущности, не уверенным и с какой-то неутолимой жаждой, с непогрешимым слухом ко всему, что за неимением другого, более точного термина приходится назвать расплывчатым словом «музыка».
В ней самой этой музыки не было, и при своей проницательности она не могла этого не сознавать. Иллюзиями она себя не тешила.“

Зинаида Николаевна Гиппиус (1869–1945) русская поэтесса и писательница, драматург и литературный критик

„Почему вокруг так много случайного, размытого, неясного, необязательного? Случайность — это псевдоним свободы, точнее, дисфемизм. А свобода — это эвфемизм случайного. Слуйность открывает нам свободу действия и истолкования, а значит, свободу греха или ошибки. .“

Михаил Эпштейн (1950) советский и американский философ, филолог, культуролог, литературовед, литературный критик, лингвист, эссеист

„Глупый псевдоним — далеко не самое страшное. Куда важнее то, что у тебя — ну не именно у тебя, а вообще — в голове. А псевдоним — это маска, она может быть и дурацкой, практически клоунской. Это даже практично. Когда тебя считают глупее, чем ты есть, это весьма облегчает сбор

информации. Ну и многие другие полезные вещи. Глупый псевдоним — как шутовской колпак. Чтобы не слишком всерьез принимали.“

Олег Рой (1965)

„Псевдоним писателям нужен для того, чтобы позорить свой род анонимно.“

Геннадий МОСКВИН

„Chat GPT - это коллективный псевдоним соавторов манипуляций алгоритмами логики внутренних персонажей платформы.“

Геннадий МОСКВИН