Цитаты о вероучение

Коллекция цитат на тему вероучение, мужчины, человек, мир.

Цитаты о вероучение

„Ваше время ограничено, не тратьте его, живя другой жизнью. Не попадайтесь на крючок вероучения, которое существует на мышлении других людей. Не позволяйте взглядам других заглушать свой собственный внутренний голос. И очень важно иметь мужество следовать своему сердцу и интуиции. Они так или иначе уже знают, что вы действительно хотите сделать. Все остальное — второстепенно.“

Стив Джобс (1955–2011) американский предприниматель, дизайнер и изобретатель, один из основателей, председатель совета директоров …

О мышлении, О мужестве, О времени, О мужчинах

„… оптимизм, если только он не бессмысленное словоизвержение таких людей, за плоскими лбами которых не обитает ничего, кроме слов, представляется мне не только нелепым, но и поистине бессовестным воззрением, горькой насмешкой над невыразимыми страданиями человечества. И пусть не думают, будто христианское вероучение благоприятствует оптимизму: наоборот, в Eвангелии мир и зло употребляются почти как синонимы.“

Артур Шопенгауэр (1788–1860) немецкий философ

Об оптимизме, О страданиях, О зле, О мире

„Обсуждать особенности христианского вероучения, обсуждать вопросы грехопадения, грехоподнимания, введения или выведния мне представляется столь же абсурдным, как и обсуждать обмен веществ у Буратино.“

Александр Глебович Невзоров (1958) советский и российский репортёр, телеведущий, публицист

"Уроки атеизма"

Вопрос

„Ни одно вероучение не должно приниматься на основании его "божественной" природы. Религии должны быть подвергнуты сомнению. Ни одна моральная догма не должна приниматься на веру, ни одно правило суждения не должно быть обожествлено. В моральных кодексах нет изначальной святости. Как и деревянные идолы далёкого прошлого, они - плод труда рук человеческих, а то, что человек создал, он же может и уничтожить!“

Антон Шандор ЛаВей (1930–1997) основатель и верховный жрец организации «Церкви Сатаны», автор «Сатанинской библии»

«Книга Сатаны», II:6

No creed must be accepted upon authority of a "divine" nature. Religions must be put to the question. No moral dogma must be taken for granted - no standard of measurement deified. There is nothing inherently sacred about moral codes. Like the wooden idols of long ago, they are the work of human hands, and what man has made, man can destroy!

О мужчинах, О вере, О религии, О природе

„Иными словами, мы думаем, будто в каждом данном случае возможен всякий поступок; и лишь а pоstеriоri, на опыте и из размышления над опытом, мы узнаем, что наши поступки совершенно неизбежно вытекают из сопоставления характера с мотивами. Этим и объясняется, почему самый необразованный человек, следуя своему чувству, страстно защищает полную свободу отдельных поступков, — между тем, как великие мыслители всех веков и даже более глубокие из вероучений отрицали ее.“

Артур Шопенгауэр (1788–1860) немецкий философ

О мужчинах, О свободе, О чувствах

„Церковь с состраданием относится к людям, страдающим разного рода грехами, в том числе к гомосексуалистам — «грешникам, которых мы любим, ненавидя их грех». «Но при этом мы, православные христиане, не можем отходить от того вероучения, которое содержится в Библии и в апостольской традиции Церкви».“

Алексий II (1929–2008) епископ Русской православной Церкви; патриарх Московский и всея Руси

Вариант: Церковь с состраданием относится к людям, страдающим разного рода грехами, в том числе к гомосексуалистам — «грешникам, которых мы любим, ненавидя их грех». Но при этом мы, православные христиане, не можем отходить от того вероучения, которое содержится в Библии и в апостольской традиции Церкви.

О мужчинах

„Навет ― значит клевета. За эти две тысячи лет прошло очень много судебных процессов, которые в разные века разбирали этот вопрос ― употребляют ли действительно евреи христианскую кровь с ритуальными целями? И я, не имевший возможности изучить эту ритуальную премудрость, все же позволю себе предложить гипотезу о том, как возник кровавый навет, иначе сказать ― кровавая клевета. Я думаю, что он возник в те самые минуты, когда еврейские старшины, а за ними и народ иерусалимский потребовали от римского наместника Пилата, чтобы он распял Христа на кресте. Это и был, по моему мнению, тот первый навет или та первая клевета, которая предрешила все дальнейшее. Христос не имел никаких политических планов. Клевета возымела свои действия и покрылась кровью. Христос был распят. Рим, говоря вообще, был терпимым ко всяким религиям. В этом городе было множество храмов всевозможных вероучений. Все это разрешалось и даже охранялось законом, но за одним исключением. Рим не допускал, чтобы под видом религиозных культов совершались преступления. Несмотря на смерть Христа, христианство стало распространяться, и правоверные евреи продолжали с ним бороться. И продолжали бороться испытанным оружием. Они возвели перед римскими властями обвинение в том, что некая секта еврейская, последователи Христа, употребляют в пищу тело и кровь человеческую. Для проверки они, вероятно, привели римских следователей или сыщиков на тайные христианские собрания.“

Василий Витальевич Шульгин (1878–1976) российский политический и общественный деятель, публицист

Василий Шульгин, «Последний очевидец», 1971
Источник: Василий Шульгин. «Последний очевидец. Мемуары. Очерки. Сны». — М.: Олма-пресс, 2002 г.

Христос, О религии, Вопрос, О законе

„Надо сказать о его (Хомякова А. С.) удивительном понимании Церкви. «Церковь не есть множество лиц в их личной отдельности, но единство Божией благодати, живущей во множестве разумных творений, покоряющихся благодати», — писал Хомяков. Он решительно отвергал то определение и понимание Церкви, которое нами было заимствовано из западной богословской литературы. Церковь – это не общество и не структура. Общество и структура – это форма, одежда, личина, но никак не Церковь. Хомяков говорит о Церкви, прежде всего, как о единстве духа. Церковь – это единство Божией благодати, то есть Духа Святого, который живет в тех, кто покоряется этому духу. Именно в единстве духа Церковь, а не в структуре, организации, дисциплине и даже канонах и формальном единстве вероучения. Можно быть в высшей степени едиными в вероучении, но остаться без Духа Божия.“

Алексей Ильич Осипов (1938) Русский православный богослов, педагог, публицист, проповедник и катехизатор.

О понимании, Об одежде, О литературе

„Люди зачастую становятся друзьями, даже если их объединяет всего лишь общее увлечение. Два попутчика, обнаружив, что они земляки, тут же начинают живо общаться, словно знали друг друга десятки лет. Вот почему я считаю настоящей трагедией то, что религии, схожие более чем на 70%, до сих пор не могут прийти к взаимопониманию и с радостью построить друг с другом отношения. А ведь они могли бы найти очень много общих тем и взяться за руки! Так нет же — они, наоборот, настаивают на своих отличиях и критикуют друг друга…
Иудаизм, религия Израиля, — это религия мира; то же самое касается и ислама. Внимательно изучив Всемирное Писание, мы поймем, что проблема не в самих религиях и вероучениях, а в том, как их преподносят людям. Если доносить до людей учения в искаженном виде, это порождает предубеждения, которые приводят к конфликтам…
Цель любой религии — помочь людям встать на путь добра и избавиться от порочных черт, которые, собственно, и пробуждают в нас тягу к конфликтам. Возьмем крупнейшие религии мира. Идеалом для каждой из них является мир на земле. Все они стремятся к Царству Небесному, Утопии или раю. Каждая религия называет этот идеал по-разному, но все они стремятся именно к нему. В нашем мире существует бесчисленное множество религий, и практически все они разделены на деноминации. Однако все эти религии, по сути, мечтают об одном: о Царстве Небесном и мире на земле. Души людей изорваны в клочья насилием и враждебностью, которые коренятся в нас самих. Нас сможет исцелить только Царство любви.“

Мун Сон Мён (1920–2012) южнокорейский религиозный деятель

О религии, О мире, О мужчинах, О враждебности

„Патриотизм, несомненно, актуален. Это чувство, которое делает народ и каждого человека ответственным за жизнь страны. Без патриотизма нет такой ответственности. Если я не думаю о своём народе, то у меня нет дома, нет корней. Потому что дом — это не только комфорт, это ещё и ответственность за порядок в нём, это ответственность за детей, которые живут в этом доме. Человек без патриотизма, по сути, не имеет своей страны. А «человек мира» это то же самое, что бездомный человек.
<…>
И здесь ещё одно очень важно. Чувство патриотизма ни в коем случае нельзя смешивать с чувством враждебности к другим народам. Патриотизм в этом смысле созвучен Православию. Одна из самых главных заповедей христианства: не делай другому то, что ты не хочешь, чтобы делали тебе. Или как это звучит в православном вероучении словами Серафима Саровского: спасись сам, стяжи мирен дух, и тысячи вокруг тебя спасутся. То же самое патриотизм. Не разрушай у других, а созидай у себя. Тогда и другие будут относиться к тебе с уважением. Я думаю, что сегодня у нас это основная задача патриотов: созидание собственной страны.“

Алексий II (Патриарх Московский)

Интервью газете «Труд» 3 ноября 2005 года

О мужчинах, О жизни, О доме, О чувствах

„Император как помазанник Божий, имел определённые церковные полномочия. Однако они не были точно кодифицированы, хотя и являлись широко известными в исторической и богослужебной практике Восточно-Православной церкви (особенно в Византии). И потому участие государя в церковных делах давало повод для постоянного недовольства духовенства «вмешательством» в церковные дела светской власти. Наличие в государстве помазанника Божия, так или иначе участвующего в делах церковно-правительственного управления (юрисдикции), в охране вероучения и контроле за церковным благочинием, ставило духовенству фактический заслон в получении желаемой и искомой свободы самоуправления. Потому для стремящегося к независимости духовенства наличие в государстве светской власти со светским, соответственно, правителем во главе являлось более желательной формой государственного управления. Именно неопределённостью отношений «священства» и «царства» была обусловлена «неопределённая» политическая линия Св. синода. С одной стороны, высший орган церковного управления старался проводить традиционно-охранительную по отношению к самодержавию политику. С другой – своими действиями он показывал, что монархия является «внешним институтом» по отношению к церкви. И потому церковь в лице Св. синода «не считала своим долгом» проводить проповедническую деятельность о незыблемости империи как формы государственного устройства.“

Михаил Анатольевич Бабкин (1967) российский историк, архивист, археограф, специалист в области истории Русской церкви

О политической позиции Святейшего правительствующего синода в годы Первой российской революции 1905—1907 годов. <br class="br">Цитаты из статей и выступлений в СМИ, Об отношении духовенства к императорской власти (конец XIX века – февраль 1917 года) <br class="br">Источник: Бабкин М. А. События Первой российской революции и Святейший синод Русской православной церкви (1905–1906 годы) http://rodnaya-istoriya.ru/index.php/istoriya-cerkvi/sinodalniie-period-1700-g.-–-noyabr-1917-g/sobitiya-pervoie-rossiieskoie-revolyucii-i-svyateieshiie-sinod-russkoie-pravoslavnoie-cerkvi-1905-1906-gg.html // «Уральский исторический вестник» (Екатеринбург: 2008. № 4 (21). С. 30–38). Републикация на сайте РГГУ «Родная история», 2012

О власти, О свободе