„Живые мне близки, но я для них далек.
Покорный жребию, я в землю молча лег. Дыханье кончилось: на смену песнопений
Приходит тишина, безмолвие, забвенье. Первейший из живых, я праха стал мертвей.
Щедрейший хлебосол, стал кормом для червей. Я солнцем в небе был, и вдруг — конец и хаос,
И небо, омрачась, от горя разрыдалось. Как часто обнажал я свой всесильный меч,
Чтобы счастливого от счастья вдруг отсечь! Но рыцарей не раз в лохмотьях хоронили,
Оставив в сундуках нарядов изобилье. Скажи врагам моим: «Скончался аль-Хатиб».
А где бессмертного снискать они смогли б? Скажи им: «Радуйтесь — но все промчится мимо,
И тот же вечный мрак вас ждет неотвратимо».“