Цитаты о гордыня

Коллекция цитат на тему гордыня.

Связанные темы

Всего 54 цитат, фильтровать:


Мать Тереза фото
Дэйв Мастейн фото
Реклама
Шри Ауробиндо фото

„Если, сохраняя своё ограниченное человеческое эго, ты мнишь себя сверхчеловеком, ты просто жертва собственной гордыни, игрушка собственной силы и орудие собственных иллюзий.“

—  Шри Ауробиндо индийский философ, поэт, революционер и организатор национально-освободительного движения Индии, йогин, гуру и основопо… 1872 - 1950

Далай-лама XIV фото

„Эта болезнь имеет три симптома: трусость, приводящая к панике, бездействию и параличу ума. Гордыня, не позволяющая заметить трусость и проявляющаяся в эгоистическом стремлении манипулировать окружающими людьми, чтобы иметь информационную или харизматическую власть. Плоды манипуляций считаются проявлением ума, который на деле давно лежит в параличе — но соглашаться с этим больно. Ложь как следствие трусости и гордыни — малозаметная ложь больного самому себе, будто он здоров — зато нездоровы все остальные. Слабость выдается этой ложью за умение хорошо приспосабливаться к обстоятельствам, подлость — за хитроумие, предательство — за политический расчет, воровство чужих идей и сил — за приобретенный опыт, отсутствие собственного мировоззрения — за гибкость, ябедничество и клевета — за информационную помощь, презрение и высокомерие — за честь, зависть — за рефлексию, голод — за эмпатию, собственная грязь — за законы общества, поверхностность — за легкость и оптимизм, глубокое и бесплодное отчаяние — за смирение, жажда победы любой ценой — за силу воли.“

—  Лариса Владимировна Бочарова 1970

Сэмюэл Джонсон фото
Иван Петрович Павлов фото
Ксения Анатольевна Собчак фото
Иван Петрович Павлов фото

Help us translate English quotes

Discover interesting quotes and translate them.

Start translating

„Ненасытная жадность, проникшая в души,
их мертвит и сжигает, калечит и сушит.
Жадный чахнет, желтеет и сохнет от муки,
он не спит, домогаясь богатства и власти,
к недоступному тянет дрожащие руки…
Но разумный не станет рабом этой страсти.
Жадный сам себя мучит, своею рукою,
не получит ни радости он, ни покоя,
ибо алчность плодит пустоту и невзгоды,
алчность хуже чумы и страшнее проказы.
Ни арабы мои, ни другие народы
не спаслись от прилипчивой этой заразы.
Что ты землю несытыми взглядами меришь?
Не томись. Удовольствуйся тем, что имеешь.
Твой недуг — сребролюбье. Ты жадностью болен.
Эта мука тебя истерзает, изгложет.
Если ты достояньем своим недоволен,
то все золото мира тебе не поможет.
Если ты ненавидишь людей, одинокий
захлебнешься, утонешь в грехе и пороке.
Ты напрасно жилище просторное ставишь.
Неизбежная смерть по-иному рассудит -
ты убогого склепа хозяином станешь,
а добро, что копил ты, разграблено будет.
Смертный! Юность прошла, ее нет и в помине.
Да пройдут и тщеславье твое, и гордыня.
Твой дворец обернется обителью плача,
все разрушено и обесславлено будет.
Все, что ты собирал, крохоборствуя, пряча
от враждебного глаза, разграблено будет.
Понадейся на завтра — дождешься обмана,
ибо Время изменчиво, непостоянно.
Избегай недоверья, сомнений безумных,
поступай справедливо — отхлынут печали.
Когда смотришь на город, веселый и шумный,
помни: кладбище это, где скорбь и молчанье.
Видел я: благородный склонялся покорно
перед волей ничтожного. Нет, не позорна
эта слабость, смиренное это деянье.
Но позорно стократ, если здесь, в наше время,
бедных, сирых, отверженных без состраданья
обирают хапуги… Презренное племя!
Избегай сребролюбца — снаружи он кроткий.
Что гнуснее его осторожной походки?
Избавляйся от скряги! Он хуже, чем язва,
он опасней чумы и противней чесотки.“

—  Абу аль-Атахия

Мирза Шафи Вазех фото

„С толпою приближенных,
Со свитой стражей конных
На вороных конях,
Объезд краев исконных
Свершал великий шах. «Будь славен, шах великий»,
Кругом кричал народ,
И лезли все вперед,
Чтоб пасть перед владыкой, Один дервиш убогий
На всех не походил.
Сидел он у дороги,
Безмолвие хранил. И самый именитый
Придворный блюдолиз
Вдруг, отделясь от свиты,
Над стариком навис: «Коль ты, молчальник кроткий, Безмолвствовать привык,
Так выдерут из глотки
Ненужный твой язык!» И шах — правитель строгий —
Остановил коня: «Ты почему, убогий,
Не падаешь мне в ноги,
Приветствуя меня!» Дервиш ответил внятно:
«Мой шах, ты знаешь сам —
Случалось попадать нам
Под власть к твоим врагам. И вся толпа, бывало,
Нимало не скорбя,
Твоих врагов встречала
Не хуже, чем тебя. Тебя я не в гордыне
Молчанием встречал,
Безмолвствовавший ныне,
Я и тогда молчал. Любовь не расцветает
Там, где таится страх,
Она не на устах,
А в сердце обитает. И если только силой
Ты в силах управлять,
Казни меня, не милуй,
Ты властен убивать!» Но шах, смягчившись, прежде,
Чем кликнуть палача,
Дал нищему одежды
Со своего плеча. Придворных озадачил,
Когда он не льстеца, —
Молчальника назначил
Советником дворца. С тех пор судил и правил
Добром великий шах.
Народ владыку славил,
Но славил не за страх. Шах до скончанья века
Благословлял тот час,
Когда он Человека
Себе на счастье спас. И думал шах в смущеньи:
«Ни раб, ни аксакал,
Сей нищий уваженье
Мне под ноги постлал». И понял шах великий,
Что мерят лишь рабы
Достоинства владыки
Покорностью толпы.“

—  Мирза Шафи Вазех азербайджанский поэт 1794 - 1852

Андрей Владимирович Лаврухин фото

„Lorem ipsum dolor sit amet, consectetuer adipiscing elit. Etiam egestas wisi a erat. Morbi imperdiet, mauris ac auctor dictum.“