Цитаты о войне и мире

„Самым неприятным открытием в Йеле для меня было то, что Россия, что называется, out of agenda. Её там никто не обсуждает. Вообще никто. Это очень важно понять каждому. В повестке — Бразилия, Индия, Китай, Индонезия, Корея. Есть, конечно, люди, которым это интересно, такие старенькие дедушки-кремленологи, но они уже вымирают. Никто не учит русский язык. На факультетах славистики никого нет. И это крайне печально, потому что изучают то, что интересно и потенциально может принести выгоды или проблемы. Россия выпала из числа подобных стран. Когда я участвовал в Йеле во внешнеполитических дебатах, слово «Россия» за все время употребили раза три за два часа. И то, они скорее говорили про Советский Союз, а не про Россию. Вопросы внешней политики в Америке интересуют 1 % населения. А тех, кто из этого процента интересуются Россией, наверное, исчезающе малое число. С Россией никто не борется, с ней всем всё понятно. Нам до сих пор кажется, что кто-то против нас строит козни. Это не так. Нужно отдавать себе отчет, что эта война давно проиграна. Да, у нас есть место в Совете безопасности и куча ядерных зарядов, что дает нам ещё какой-то вес, но это всего лишь дань прошлому. Даже наше первое место по добыче нефти не имеет никакого значения, потому что всем понятно: что бы ни случилось с Россией, она будет продавать нефть и газ ровно так же, как и сейчас. Никого этим мы шантажировать не можем, потому что заинтересованы в своих нефти и газе больше, чем их покупатели. Без них у нас все сразу грохнется. Если мы посмотрим на времена, когда разваливался Советский Союз, мы по ВВП превосходили Китай примерно на 30 %, а сейчас отстаем в несколько раз. Для американцев абсолютно понятно, что происходит в России. Им абсолютно понятно, каким образом контролировать российские элиты: через их родственников и их деньги, размещенные в Европе, в США, в Великобритании.“

„Главное условие успеха — отсутствие неприкасаемых на любых уровнях власти и неотвратимость наказания. Знаменитые слова премьер-министра Сингапура Ли Куан Ю о том, что для победы над коррупцией нужно не жалеть сажать в тюрьму провинившихся друзей и родственников, должны восприниматься не как анекдот, а стать практикой государственного управления“

„Союз должен был развалиться, большинству людей он казался обузой. Было бы прекрасно, если бы у нас была такая страна, но к тому времени это было уже нежизнеспособное образование. Было огромное число негативных последствий: русские — крупнейший разделенный народ Европы; в республиках произошли гражданские войны. Но это было логично с исторической точки зрения. Его развалили не демократы, а коммунисты, комсомольцы, ГКЧП. Сейчас стало модно говорить, какая это ужасная «главная геополитическая катастрофа двадцатого века». Но все республики голосовали за независимость. Я прекрасно помню, какие жаркие споры были с родственниками на Украине. Они говорили: вот отделимся, вам нечего будет жрать. Потом, правда, оказалось, что это им скорее жрать нечего. Августовский путч и декабрьские Беловежские соглашения для меня тогда не выделялись из ряда событий, которые происходили. Ведь Союза уже все равно не было. Один фонтан «Дружба народов» на ВДНХ. Так он и до сих пор стоит. Конечно, было бы замечательно, если бы сейчас мы жили в единой стране с Украиной и Белоруссией, но я думаю, что рано или поздно это все равно случится: общее культурное и языковое пространство сохранилось, и оно будет существовать в обозримом будущем. Русская культура — это единственное, что по-настоящему объединяло ту страну и продолжает объединять Российскую Федерацию. Почему сейчас разговоры, что Кавказ может отделиться, настолько реальны? Потому что там русских нет. Его ничего и не держит.“

„Подконтрольные суды, правоохранительные система и СМИ хотят вас вынудить подчиниться им заранее. В инициативном порядке. Вас никто не репрессирует, не принуждает, но жути нагнали, и вот вы уже прикинули в голове, как надо себя вести, чтобы система вас одобрила и не имела к вам претензий.
И вот вы уже даже в фейсбуке не написали возмущенный пост. Вы не пришли на митинг. Вы промолчали в разговоре. Вы проголосовали как надо (вдруг они всё-таки могут проверить). И всё. Вы повиновались несправедливости в инициативном порядке, а значит, внесли свой вклад в победу зла над добром.“

„У каждого должны быть 15 минут борьбы с режимом в день.“

„На евреев обрушивается кара, которая, будучи варварской, полностью ими заслужена. Пророчество фюрера о том, что они развяжут новую мировую войну, начинает сбываться самым ужасным образом. В этих вопросах нельзя быть сентиментальным. Если мы не будем бороться с евреями, они уничтожат нас. Это борьба не на жизнь, а на смерть между арийской расой и еврейской бациллой.“

„Бессилие эксплуатируемых классов в борьбе с эксплуататорами так же неизбежно порождает веру в лучшую загробную жизнь, как бессилие дикаря в борьбе с природой порождает веру в богов, чертей, в чудеса и т. п. Того, кто всю жизнь работает и нуждается, религия учит смирению и терпению в земной жизни, утешая надеждой на небесную награду. А тех, кто живёт чужим трудом, религия учит благотворительности в земной жизни, предлагая им очень дешёвое оправдание для всего их эксплуататорского существования и продавая по сходной цене билеты на небесное благополучие. Религия есть опиум народа Религия — род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свой человеческий образ, свои требования на сколько-нибудь достойную человека жизнь.“

„Я нанес смертельную обиду тем, что я выжил, благодаря хорошим людям – пилотам и врачам. Потом еще сильнее его обидел тем, что выжил – я не спрятался, живя где-то под охраной или в каком-то бункере поменьше, который я мог бы себе позволить. А потом случилось вообще страшное. Мало того, что я выжил, что я не испугался, не спрятался, я участвовал еще в расследовании своего собственного отравления. И мы показали и доказали, что именно Путин, используя Федеральную службу безопасности, осуществил это покушение на убийство. И не я один был такой. Сейчас это знают, и многие еще узнают.

И вот это сводит с ума маленького вороватого человечка в его бункере. Именно этот факт – то, что все вскрылось. Нет никаких рейтингов, нет никакой огромной поддержки, ничего этого нет. Потому что выяснилось – для того, чтобы совладать с политическим оппонентом, у которого нет ни телевидения, ни политической партии, нужно просто попытаться убить его химическим оружием. И, конечно, он сходит с ума от этого. Потому что все убедились, что он просто чиновничек, которого случайным образом поставили на президентский пост, который никогда не участвовал ни в дебатах, ни в выборах. И это единственное средство борьбы – пытаться убить людей.“

„Америка бомбит Хиросиму и Нагасаки — все молчат, оккупировала сто пятьдесят стран — все молчат, раздолбала нашу подводную лодку Курск (если б мы то же самое сделали с американской, уже была бы ядерная война). Мы им простили.
— Как, и Курск они?
— Все они!“

„Нет ничего радостнее победы.“

„«Для многих заключенных это проигрыш, здесь всё не так, здесь многое перевёрнуто в смыслах. Но, если такой борьбы не будет, ты сам останешься с тем, что тебе навязано, бесславно теряя себя в своей слабости, трусости и малодушии. Пройдёт время и это обернется ужасной стороной»“

„Если мы снимем фильм о современной культуре и покажем его людям будущего, это будет фильм ужасов. Пора прекратить это безумие! Если желающих отправиться на войну немного, то правительство начинает снимать и показывать фильмы о том, как узкоглазые, смуглолицые азиаты насилуют белокурых девушек. И тогда желающих отправиться на войну становится больше. Для того чтобы война стала возможной, людей приходится учить ненавидеть других. Вся эта ненависть к другим людям — это результат манипуляций. Никто не плохой; нет плохих людей — есть дезинформированные, к примеру военные.“

„Отказываясь от войны, отказываешься от великой жизни.“

„Плохой мир лучше хорошей войны. Россия не может себе позволить вести войну.“

„Если мы проиграем эту войну, я начну другую под фамилией моей жены.“

„Вот как непонимание порой
Способно дружбу подменить враждой,
Как может злобу породить в сердцах
Одно и то ж на разных языках.
Шли вместе тюрок, перс, араб и грек.
И вот какой-то добрый человек
Приятелям монету подарил
И тем раздор меж ними заварил
Вот перс тогда другим сказал: «Пойдем
На рынок и ангур* приобретем!»
«Врешь, плут, – в сердцах прервал его араб, –
Я не хочу ангур! Хочу эйнаб!»
А тюрок перебил их: «Что за шум,
Друзья мои? Не лучше ли узум!»
«Что вы за люди! – грек воскликнул им –
Стафиль давайте купим и съедим!»
И так они в решении сошлись,
Но, не поняв друг друга, подрались.
Не знали, называя виноград,
Что об одном и том же говорят.
Невежество в них злобу разожгло,
Ущерб зубам и ребрам нанесло.
О, если б стоязычный с ними был,
Он их одним бы словом помирил.
«На ваши деньги, – он сказал бы им, –
Куплю, что нужно всем вам четвертым.
Монету вашу я учетверю
И снова мир меж вами водворю!
Учетверю, хоть и не разделю,
Желаемое полностью куплю!
Слова несведущих несут войну,
Мои ж – единство, мир и тишину».“

„Войны зависят от славы, и часто ложь, которой поверили, становится истиной.“

„Война будет повторяться до тех пор, пока вопрос о ней будет решаться не теми, кто умирает на полях сражений.“

„Я вас спросил однажды: мы победим? – мы победили! Мы победили в открытой и честной борьбе.“