Цитаты о книжка

Коллекция цитат на тему книжка, мужчины, человек, жизнь.

Цитаты о книжка

„Один бойкий журналист, держа в руках записную книжку и карандаш, спросил Эйнштейна:
— Есть ли у вас блокнот или записная книжка, куда вы записываете свои великие мысли?
Эйнштейн посмотрел на него и сказал:
— Молодой человек! По-настоящему великие мысли приходят в голову так редко, что их нетрудно и запомнить.“

Альберт Эйнштейн (1879–1955) физик-теоретик, один из основателей современной теоретической физики, лауреат Нобелевской премии, обществен…

О мужчинах

„Носите и всегда держите при себе записную книжку с цитатами, которые будут вас вдохновлять и помогать в трудную минуту.“

Дональд Трамп (1946) 45-й президент США

„Когда я сидел в тюрьме, я был завален всеми этими пухлыми книжками. Этот Толстой — дерьмо. Люди не должны читать этот хлам.“

Майк Тайсон (1966) американский профессиональный боксёр

О мужчинах

„Он мне книжку подарил. Я ему тоже. Про Кремль я ему подарил книжку. Франция не должна забывать, где находится Кремль. Вот. Есть такое место в мире.“

Владимир Владимирович Путин (1952) действующий президент Российской Федерации

О мире

„Заведите записную книжку, путешествуйте с ней, ешьте с ней, бросайте в неё каждую мысль, ненароком завернувшуюся в вашу голову. Дешёвая бумага всё же прочнее серого мозгового вещества, а карандашные заметки хранят мысль лучше памяти.“

Джек Лондон (1876–1916) американский писатель, социалист, общественный деятель

„Если вы встретили девушку, которая читает — не отпускайте ее. И когда вы найдете ее, в 2 часа ночи, плачущую и прижимающую книжку к груди, просто сделайте ей чашку чая и прижмите к себе. Вы можете потерять ее на пару часов, но она всегда будет возвращаться к вам. Она будет говорить, что герои романа реальны, потому, что они всегда на время становятся таковыми. Не отпускайте девушку, которая читает, вы ее заслуживайте. Вы заслуживайте девушку, которая может вам дать более яркую жизнь, чем вы себе представляете. Если вы хотите мира в душе и за ее пределами — не отпускайте девушку, которая читает.“

Роберт Паттинсон (1986) британский актёр, модель и музыкант

О жизни, О мире, О душе, О девушках

„А когда Вы в последний раз кому-нибудь помогли?
– А Вы читали такую книжку, как Библия? Насколько я помню, её главный герой учит нас приблизительно следующему: пусть твоя левая рука не знает, что делает правая. Что в переводе на русский язык означает: если ты что-то делаешь, молчи об этом. Иначе твоя помощь сводится к нулю.“

Борис Борисович Гребенщиков (1953) советский и российский поэт и музыкант

О помощи

„Люблю тебя, как мальчишка,
По будням и праздникам тоже,
Читаю тебя, как книжку,
И думаю сам: О, Боже!
За что мне такое чудо?
И не нахожу причины.
Я просто рядом побуду.
И подпись: твой мужчина.“

Павел Воля (1979) Денис Добровольский

Стихотворение, посвящённое Ляйсан Утяшевой на 14 февраля

„Дай я в платье тебя облачу и дам тебе книжку, в сотни локонов отращу короткую стрижку.“

Губерначук, Сергей Григорьевич (1969–2017)

О женщине

„Все наши долги, в записной книжке совести“

Dubrovka Oleg

„В кинематограф пришли люди, не читавшие книжек, но точно знающие, что нужно для кассы: насилие, кровь, выстрелы… О ком сейчас снимают?! О моделях, ворах, проститутках… Без нравственных ограничений нет ни одного кинематографа в мире! Пора подумать об этом.“

Станислав Сергеевич Говорухин (1936–2018) советский и российский кинорежиссёр, сценарист, актёр

О мужчинах, О мире

„Не думать о белом медведе!
И пусть себе бродит один…
Я раньше считала: соседи –
Белый медведь и пингвин. Не думать о белом медведе,
О том, как живет он во льдах…
Как жаль. Мы к нему не поедем,
А он не приедет сюда. Не думать! Не думать! Не думать!
Подумаю лучше про льва,
Про зебру, про крысу, про пуму,
Про гордую птицу – орла… Не думать!.. Сижу перед книжкой,
Ищу на вопрос свой ответ,
Но думаю только про мишку,
И мыслей других больше нет.“

Ольга Хазаринова

О птицах, Вопрос

„Я люблю читать. Особенно биографии великих людей. Сейчас я как раз перечитываю свою биографию — о, это великолепная книжка!“

Винни Джонс (1965)

О мужчинах

„Это не просто выпускание пара. У меня есть немного улик, чтобы подкрепить своё заявление. Мне просто кажется, *кажется*, что только действительно низкоинтеллектуальное население могло взять этот прекрасный континент, этот величественный американский ландшафт, который мы унаследовали. На самом деле мы украли его у мексиканцев и индейцев, но эй, он был хорош, когда мы его украли, смотрелся хорошо, он был нетронутым. Раем. В последнее время видели его? Хорошенько рассмотрели? Это возмутительно. Только нация непросвещённых недоумков могла взять это красивейшее место и превратить его в то, что мы имеем сегодня — торговый центр. Ёбаный здоровенный торговый центр. Знаете, парни, это всё, что мы имеем сегодня — торговый центр. Огромный торговый центр. Миля за милей за милей торговых центров. Они строят мини-центры между большими центрами, а между мини-центрами они помещают мини-маркеты. А между мини-маркетами у нас парковки, заправки, автомастерские, прачечные самообслуживания, дешёвые мотели, фаст-фуды, стрип-клубы и магазины «книжек для взрослых». Америка — красавица. Одна огромная трансконтинентальная коммерческая выгребная яма. И что люди думают насчёт всего этого? Как людям нравится жить в огромном торговом центре «от берега до берега?»“

Джордж Карлин (1937–2008) американский комик

Они думают, что это просто охуительно!
This isn’t just blowing off steam. I’ve got a little evidence to support my claim. It just seems to me, *seems* to me, that only a really low IQ population could have taken this beautiful continent, this magnificent American landscape that we inherited. Well actually we stole it from the Mexicans and the Indians, but hey, it was nice when we stole it. Looked pretty good, it was pristine. Paradise. Have you seen it lately? Have you taken a good look at it lately? It’s fucking embarrassing. Only a nation of unenlightened half-wits could have taken this beautiful place and turned it into what it is today – a shopping mall. A big fucking shopping mall. You know that, that’s all you’ve got here, folks. Mile after mile after mile of malls after malls. Many, many malls. Major malls and mini malls. They put the mini malls in between the major malls, and in between the mini malls, they put the mini marts. And in between the mini marts, you got the car lots, gas stations, muffler shops, laundry mats, cheap motels, fast food joints, strip clubs and dirty bookstores. America the beautiful. One big transcontinental commercial cesspool. And how do the people feel about all this? How do people feel about living in a coast to coast shopping mall? Well they think it’s JUST FUCKING DANDY!
Разное

О мужчинах, О парнях, О времени

„Даже люди, выдающие себя за усерднейших почитателей прекрасного пола, не предполагают в женщинах ума, равного нашему, и, приноравливаясь к слабости их понятия, издают ученые книжки для дам, как будто для детей.“

Александр Сергеевич Пушкин (1799–1837) русский писатель и поэт

О женщинах, О мужчинах

„Несомненен тот факт, что порой женщина и мужчина, едва взглянув друг на друга, мгновенно влюбляются. Рискованная штука эта любовь с первого взгляда, когда она ещё не видела его чековой книжки, а он ещё не видел её в папильотках. Тем не менее в жизни оно бывает.“

О. Генри (1862–1910) американский писатель, прозаик

О любви, О жизни, О женщинах

„Людей привлекают истории, в случае Стефани Майер абсолютно ясно, что она пишет для целого поколения девочек и открывает им новый вид любви и секса в этих книжках. И Джоан Роулинг и Стефани Майер пишут для подростков, единственное различие в том, что Роулинг — потрясающий автор, а Майер не может написать достойную страшилку. Она не очень хороша.“

Стивен Кинг (1947) американский писатель

О мужчинах, О сексе, Об истории

„Никогда двадцать огромных томов не сделают революцию, ее сделают маленькие карманные книжки в двадцать су.“

Вольтер (1694–1778) французский философ-просветитель XVIII века, поэт, прозаик, сатирик, историк, публицист, правозащитник

„Это просто форма эпатажа, когда на людях появляешься в таком состоянии, когда непонятно, как можно на ногах-то держаться. Это тоже определенное разрушение канонов. Мы отнюдь не очкарики-интеллигенты, которые сидят дома, читают умные книжки и слушают умную музыку.“

Егор Летов (1964–2008) русский рок-музыкант, поэт, основатель и лидер рок-группы «Гражданская оборона»

Из интервью, Цитаты из интервью «Людей не жалко» http://superroot.narod.ru/egor/pressa/09.htm

О мужчинах, О музыке, О доме

„В жизни, в поведении своем я всегда исходил из того — как получается, так и получается. Впоследствии — если грамматически такое время вообще существует — все, в общем станет более или менее на свои места. По крайней мере, в отношении издания моих книжек. Хотя я этого чудовищно боюсь, потому что представляю себе, что там натворят даже самые замечательные люди, даже из самых замечательных побуждений. И какой хаос там воцарится. Потому что ничего более страшного, чем посмертные комментарии, вообразить себе нельзя.“

Иосиф Александрович Бродский (1940–1996) российский и американский поэт, лауреат Нобелевской премии по литературе

О жизни, О мужчинах, О поведении, О времени

„… В современном мире нам всегда есть, с кем обменяться парой слов… Однако такое общение не спасает. Некоторые носят свой личный необитаемый остров с собой. Они ходят на работу, ругаются с бухгалтерией, сплетничают за обедом, берут книжки в библиотеке, флиртуют с девушкой из очереди… Но их необитаемый остров от этого не становится более заселенным. Пещера Робинзона пуста, и шаги его отдаются гулко, он никому не нужен в этом мире, бедный щетинистый Робинзон. Умри он сейчас – сотрудники в офисе покачают головами и забудут уже к следующей пятнице, когда поделят между собой канцтовары с рабочего места, а остальные – даже и не узнают…“

Олег Рой (1965)

О мире, О девушках, Об общении

„В течение многих столетий Сатана занимает видное положение духовного главы четырёх пятых людского рода и политического главы всего человечества; так что нельзя отказать ему в первоклассных организационных способностях. Рядом с ним все наши политики и папы римские — просто козявки, которых надо рассматривать под микроскопом. (Записные книжки, 1898)“

Марк Твен (1835–1910) американский писатель, журналист и общественный деятель

„Трудно говорить о человеке, сказавшем Слово о полку имама Шамиля и его миссии. У меня, как земляка - летописца-современника, свое мнение о неповторимом профессоре. В чем оно заключается? Помню, на русско-дагестанском отделении историко-филологического факультета им. С.Стальского лекции читали незабываемые лекторы. Высокий, аккуратный и седоволосый Расул Гапшиминский всегда доставал из кармана аккуратный квадрат отутюженного платка. Интеллигентность, обаяние Расула Магомедовича, он одинаково и скрупулезно владел историей, археологией, географией, проявляя поистине энциклопедические знания. Свидетельством этому записные книжки еще молодого, ищущего ученого. Я прочитал почти все монографии моего великого земляка. Но нигде нет лукавства и высокомерия. Ибо история - это путь скромно великих… Расул из Гапшима - это Геродот Дагестана и Кавказа. Будущие историки, этнографы и мыслители-философы еще не раз пройдут по тропам Расула и на вершинах снежной темноты эпохальных событий осветят лампадой Расула.“

Расул Магомедович Магомедов (1914–2005)

Ильяс Гасанов (писатель)

О мужчинах, О пути, Об истории, О будущем

„Это не просто выпускание пара. У меня есть немного улик, чтобы подкрепить своё заявление. Мне просто кажется, *кажется*, что только действительно низкоинтеллектуальное население могло взять этот прекрасный континент, этот величественный американский ландшафт, который мы унаследовали. На самом деле мы украли его у мексиканцев и индейцев, но эй, он был хорош, когда мы его украли, смотрелся хорошо, он был нетронутым. Раем. В последнее время видели его? Хорошенько рассмотрели? Это возмутительно. Только нация непросвещённых недоумков могла взять это красивейшее место и превратить его в то, что мы имеем сегодня — торговый центр. Ёбаный здоровенный торговый центр. Знаете, парни, это всё, что мы имеем сегодня — торговый центр. Огромный торговый центр. Миля за милей за милей торговых центров. Они строят мини-центры между большими центрами, а между мини-центрами они помещают мини-маркеты. А между мини-маркетами у нас парковки, заправки, мастерские, прачечные, дешёвые мотели, фаст-фуды, стрип-клубы и магазины «книжек для взрослых». Америка — красавица. Одна огромная трансконтинентальная коммерческая яма. И что люди думают насчёт всего этого? Как людям нравится жить в огромном торговом центре «от берега до берега?»“

Джордж Карлин (1937–2008) американский комик

О мужчинах, О парнях, О времени

„Историю моего города принято начинать с Петра Великого. Как видите, едва начав эту книжку, я тоже несколько раз уже его упомянул. Хотя, на самом деле, сделал я это зря. Дело в том, что Петр основал вовсе не тот город, в котором я живу.“

Илья Юрьевич Стогов (1970) российский журналист, прозаик

Из книги «Буги-вуги-Book. Авторский путеводитель по Петербургу»

Об истории

„Я понимаю, что ты хочешь заниматься серьёзной наукой, и эта школьная ерунда тебе не интересна. Но ведь наука — вещь опасная и жестокая, можно всю жизнь прожить зря. Поэтому надо заниматься чем-то ещё, про запас. Чтоб после тебя что-то осталось, если не великие теоремы, то хоть книжки для школьников.“

Игорь Фёдорович Шарыгин (1937–2004) советский и российский математик и педагог, популяризатор науки

О жизни, О науке

„Он — человек серьезный: книжек не читает.“

Константин Семёнович Мелихан (1952) русский писатель, автор юмористических книг, эстрадный исполнитель собственных произведений, карикатурист, телев…

О мужчинах

„«Зная, что она через дверь спросит: "Это артезианские колодцы?!» — трудовая книжка — Енотов“

Алёхин, Евгений Игоревич (1985)

Ночные грузчики

„…бывает, читаешь, читаешь книжку, а потом, вдруг, раз — и понимаешь, что все буквы, слова и знаки препинания я прочитал, но не понял и не запомнил того, что читал, и надо возвращаться назад и перечитывать всё снова. А лучше в такой момент вообще отложить книгу, потому что бесполезно читать.“

Евгений Валерьевич Гришковец (1967) российский прозаик, драматург, режиссёр, актёр, музыкант

О книгах

„У нас была репутация сексуальных вандалов, а на самом деле, в гостиницах, когда пора было спать, мы не искали ничего, кроме хорошей книжки на ночь.“

Роберт Плант (1948) британский рок-вокалист

О ночи

„Мы многое из книжек узнаём“

Владимир Семёнович Высоцкий (1938–1980) советский поэт и автор-исполнитель песен, актёр, автор прозаических произведений

Песни

„А чё все книжки про печаль? Её вокруг — полным полно.
Кровью любовь зря захаркали в библиотеках и в кино.“

Эдуард Сергеевич Старков (1969–1997) русский поэт и рок-музыкант

Цитаты из стихотворений

О любви

„Я пытаюсь оставить после себя несколько хороших детских книжек. Это — самое главное. Такое не забывается. Я до сих пор безмерно благодарен Линдгрен, Андерсену, Сент-Экзюпери: они сделали меня таким, какой я есть.“

Юрий Михайлович Клавдиев (1974) российский драматург и сценарист

„Мало кто знает, что сразу после дня осеннего равноденствия уют под одеялом, если его описать как разницу между температурой под одеялом и вне его, деленную на окукливаемость, начинает расти в геометрической прогрессии и превышать уют вне одеяла. К февралю он достигает таких величин, что работа по вытаскиванию взрослого, а тем более ребенка из-под одеяла, если выразить ее в джоулях на квадратный сантиметр голого или даже прикрытого байковой пижамой тела, становится равной… Короче говоря, многие не вылезают из-под одеяла до самого апреля. Если, конечно, время от времени приносить им в постель новые книжки, горячий чай и разрешать стряхивать крошки от печенья с простыни прямо на пол.“

Михаил Борисович Бару (1958) российский химик, поэт, переводчик, писатель-прозаик

Опубликовано в журнале "Волга", 2015 г.

О времени, О чае

„Мы не создавали любви. Мы радовались солнцу и смотрели друг на друга. Мы слушали ветер и шли вперед, потому что нам было по пути. Мы как дети плескались в реке времени и безжалостно срывали цветы всё новых переживаний. Мы учились быть счастливыми просто так, вместо того, чтобы жить по книжкам. Безусловно хорошим, но всё же только книжкам. И я не знаю, правы мы или нет, но сейчас я всматриваюсь в твое лицо, поправляю выбившийся локон и улыбаюсь, потому что знаю, что… Но это я скажу только тебе.“

Аль Квотион (1983)

О детях, О цвете, О цветах, О солнце

„Моя мама в детстве всегда настаивала на том, чтобы я училась, как-то развивалась, читала книжки. Она говорила: «Да-да, с хорошеньким личиком тебе откроют двери модельного бизнеса, но что ты будешь делать, когда наконец окажешься внутри и откроешь рот?»“

Милла Йовович (1975) американская актриса

О бизнесе, О детстве, Учусь

„Записные книжки“

Шаламов, Варлам Тихонович (1907–1982) прозаик и поэт, автор рассказов о жизни заключённых ГУЛага

Статьи об отдельных аспектах жизни и творчества

„Я был не натурал, не педик, не би, я уже сам не понимал, кто я есть. Но я сам был в этом виноват, и по большому счёту меня забавлял тот факт, что людям действительно небезралично, с кем я сплю. Какая разница? Я был загадкой, тайной, вот что имело значение — вот что продавало книжки, что делало меня ещё более знаменитым. То была пропаганда с целью усугубить и без того шикарный образ автора как симпатичного молодого плейбоя.“

Брет Истон Эллис книга Лунный парк

Лунный парк

О мужчинах

„Как глаз не способен увидеть себя самого, так журналюги сразу тупят свои острые перья, стоит им попробовать описать не происходящее вокруг, а СОБСТВЕННУЮ жизнь.
Оно и понятно. Не станешь же, вопреки всем на свете книжкам и киношкам, писать, что работа твоя скучна, плохо оплачивается и больше всего напоминает жизнь героев фильма «Служебный роман».
А я вот напишу. Да, скучна! Да, напоминает! Просто любят ее не за это.“

Илья Юрьевич Стогов (1970) российский журналист, прозаик

Из книги «Таблоид. Учебник желтой журналистики»
Источник: http://www.libok.net/writer/7589/kniga/55544/stogov_ilya/tabloid/read

О жизни, О свете, О фильмах

„Говорят, что мы по-прежнему читаем больше всех в мире. Не уверен. Читают люди в общественном транспорте. Поскольку свободны руки и голова, все что-то листают и читают. Книжонки, книжки, газеты… Но когда мы говорим «самая читающая страна», мы подразумеваем под этим что-то высокое, что мы образованнее остальных. Сейчас с этим стало хуже, поскольку книг стало больше. Когда выбор был меньше, мы точно знали, что ту или иную книгу нужно прочесть за ночь и успеть отвезти её ещё в три дома. Чаще всего это была действительно хорошая литература. А сейчас разобраться, что тебе нужно, невозможно: все красиво, обложки такие аппетитные, что хочется их вылизывать языком.“

Семён Теодорович Альтов (1945) советский и российский писатель-сатирик

О мужчинах, О книгах, О мире, О доме

„Вот эта книжка небольшая
Томов премногих тяжелей.“

Афанасий Афанасьевич Фет (1820–1892) российский поэт-лирик, переводчик, мемуарист

Поэзия

„Ахматову я знала очень мало. У меня была её красная книжка, вышедшая в 1958 году, но по этой книжке мало о чем можно было судить. Ну, поэт, более или менее великий. Я узнала потом мнение Анны Андреевны о ней и никогда не решилась её дать на подпись.“

Наталья Евгеньевна Горбаневская (1936–2013) русская поэтесса, публицист, правозащитница, переводчик

„Скоро и мой телефон будут вычёркивать за ненадобностью из всяческих записных книжек.“

Леонид Генрихович Зорин (1924) русский писатель, драматург, сценарист

О смартфонах

„Там, где нет аргументов, там есть мнения (Заметки и наблюдения: из записных книжек разных лет).“

Дмитрий Сергеевич Лихачёв (1906–1999) советский и российский филолог, искусствовед, общественный деятель

„У вас есть записная книжка, чтобы записывать ваши гениальные мысли?“

Высказывания по алфавиту

„Однако звонили не только журналисты и организаторы конференций. Однажды вечером мы с Туве сидели дома и читали девочкам книжки. Зазвонил телефон.“

Линус Торвальдс (1969) финский программист, хакер

Книга «Just for Fun: The Story of an Accidental Revolutionary»

О доме, О смартфонах

„6. Теперь я хочу описать в беглом очерке, как я несколько раз делал раньше в соответствующих местах, пороки знати, а затем — простого народа.
7. Некоторые, блистая знатными, как они думают, именами, страшно гордятся тем, что зовутся Ребуррами, Флабуниями, Пагониями, Герсонами, Далиями, Таррациниями, Перразиями и другими столь приятно звучащими славными именами.
8. Некоторые величаются шелковыми одеждами и гордо выступают в сопровождении огромной и шумной толпы рабов, как будто их провожают на смерть или — чтобы выразиться, избежав дурного знамения — они замыкают строй выступающей перед ними армии.
9. Когда такие люди входят в сопровождении 50 служителей под своды терм, то грозно выкрикивают: «Где наши». Если же они узнают, что появилась какая-нибудь блудница, или девка из маленького городка, или хотя бы давно промышляющая своим телом женщина, они сбегаются наперегонки, пристают ко вновь прибывшей, говорят в качестве похвалы разные сальности, превознося ее, как парфяне свою Семирамиду, египтяне — Клеопатру, карийцы — Артемизию или пальмирцы — Зенобию. И это позволяют себе люди, при предках которых сенатор получил замечание от цензора за то, что позволил себе поцеловать жену в присутствии собственной их дочери, что тогда считалось неприличным.
10. Некоторые из них, когда кто-нибудь хочет их приветствовать объятием, наклоняют голову вниз, словно собирающиеся бодаться быки, и предоставляют льстецам для поцелуя свои колени или руки, полагая, что и это должно их сделать счастливыми, а что касается чужого человека, которому они, быть может, даже в чем-то обязаны, то, по их мнению, выполнен весь долг вежливости, если они предложат ему вопрос, какие термы он посещает, какой водой пользуется, в чьем доме остановился.
11. Будучи столь важными и являясь, как они о себе воображают, почитателями доблестей, эти люди, если только узнают, что получено известие о предстоящем прибытии в Рим коней или возниц, с такой поспешностью бросаются, смотрят, расспрашивают, как их предки дивились некогда братьями Тиндаридами, когда они известием о победе в давние времена наполнили всех радостью.
12. Дома их посещают праздные болтуны, которые рукоплещут со всяческой лестью каждому слову человека высшего положения, играя шутовскую роль паразита древней комедии. Как те льстят хвастливым солдатам, приписывая им осады городов, битвы, тысячи убитых врагов, уподобляя их героям, так и эти до небес превозносят знатных людей, восхищаясь высоко воздымающимися рядами колонн с капителями наверху и любуясь стенами, ослепляющими взор блеском мрамора.
13. Иной раз на пирах требуют весы, чтобы взвесить рыб, птиц и сонь, затем идут до тошноты повторяющиеся восхваления их величины, как будто никогда не виданной; а тут еще стоит при этом чуть не тридцать нотариев, с записными книжками, недостает только школьных преподавателей, чтобы произнести об этом речь.
14. Некоторые боятся науки, как яда, читают с большим вниманием только Ювенала и Мария Максима и в своей глубокой праздности не берут в руки никакой другой книги; почему это так, решать не моему слабому рассудку.
15. А между тем, людям такого высокого положения и столь знатного происхождения следовало бы читать много различных сочинений. Ведь они наслышаны, что Сократ, когда он уже был приговорен к смерти и заключен в темницу, услышав, как один музыкант распевал под аккомпанемент лиры стихи Стесихора, попросил того учить его, пока есть еще время; на вопрос певца, какая ему от этого польза, когда ему предстоит умереть послезавтра, Сократ ответил: «Чтобы уйти из жизни, зная еще чуть-чуть больше».
16. Немногие среди них проявляют должную строгость во взысканиях за проступки. Так, если раб несколько опоздает, принося горячую воду, отдается приказ наказать его тридцатью ударами плети; если же он намеренно убьет человека, и присутствующие настаивают, чтобы виновный был наказан, то господин восклицает: «Чего же и ожидать от подобного негодяя и мошенника? Если в другой раз он посмеет сделать что-нибудь подобное, то уж я его накажу».
17. Верхом хорошего тона считается у них, чтобы чужой человек, если его приглашают к обеду, лучше убил бы брата у кого-то, чем отказался от приглашения; сенатору легче потерять половину состояния, чем перенести отсутствие на обеде того, кого он решил пригласить после основательного и неоднократного рассмотрения этого вопроса.
18. Некоторые из них готовы сравнивать свои путешествия с походами Александра Великого или Цезаря, если им пришлось проехаться подальше для осмотра своего имения или для участия в большой охоте; если же они съездят из Арвернского озера на расписных лодках в Путеолы, в особенности, если это происходило во время тумана, то готовы уподобить себя Дуиллию. Если при этом на бахроме шелковых завес окажутся мухи, не захваченные золочеными опахалами, или через щель завес проникнет луч солнца, они изливаются в жалобах на то, что не родились они в стране киммерийцев.
19. Если кто-то выходит из бани Сильвана или целебных вод Маммеи, то немедленно вытирается тончайшими льняными простынями и принимается тщательно осматривать вынутые из-под пресса блистающие белизной одежды, — а приносят их столько, что можно было бы одеть одиннадцать человек. Наконец, отобрав несколько одежд и нарядившись, он берет кольца, которые отдавал рабу, чтобы не попортить их сыростью, разукрашивает ими пальцы и уходит.
20. Вернись же кто из них недавно со службы при особе императора или из похода, в его присутствии (никто не смеет открыть рот), он является как бы председателем. Все молча слушают, что он говорит … он один, как глава дома, рассказывает неподходящее, но приятное ему, и по большей части умалчивает о том, что действительно интересно.
21. Некоторые из них, хоть это и нечасто случается, не желают, чтобы их звали aleatores (игроки в кости) и предпочитают называться tesserarii (метатели костей), хотя разница между этими названиями такая же, как между словами «воры» и «разбойники.»“

Аммиан Марцеллин Деяния

Деяния, XXVIII. 4. О префектуре в Риме Олибрия и Амнелия и о пороках сената и римского народа

О жизни, О смерти, О женщинах, О мужчинах

„Для меня Гоголь-центр – это даже не театр родной, а продолжение дома. Я туда хожу, как дачник идет на веранду: поваляться на диване, почитать книжку, полюбоваться игрой солнца и сосен. <…“

Дмитрий Павлович Губин (1964) советский и российский журналист, радио- и телеведущий

о культуре и искусстве

О доме, О игре, О солнце

„Насколько я люблю распутничать в жизни, настолько же не терплю, когда подобные вещи описывают в книжках.“

Альфонс Алле (1854–1905) французский писатель, журналист, художник

О себе

О жизни

„Это же не секрет, что первую книжку писатель пишет, потому что хочет. Вторую — потому что ему осталось что сказать. А следующие — потому что контракт.“

Илья Юрьевич Стогов (1970) российский журналист, прозаик

Из интервью
Источник: http://vppress.ru/stories/Ilya-Stogov-Intellektualy-vymirayut-kak-amurskie-tigry-17556

О секретах

„Сказкам — отбой, книжкам — отбой“

Олег Всеволодович Медведев (1966) российский автор-исполнитель

О сказках

„Можешь считать себя стариком, если перед каждым вторым именем в твоей записной книжке значится «доктор».“

Харрисон Форд (1942) американский актёр и продюсер

„Это когда книжки читаешь и, начитавшись, уже совершенно не в состоянии воспринимать эту реальность навязанную и воспринимаешь как реальность низшего порядка. Тогда, что ли, книжек не читать? А если уж так случилось, что уже прочел?“

Из интервью "Ниоткуда с любовью", Любовь Аркус, журнал "Сеанс", № 1, 1988 год

О реальности

„Миф об СССР как о самой читающей стране в очень большой мере связан с тем, что СССР обладал специфически скособоченной, усеченной структурой потребления и досуга: огромное количество людей читали книжки не от хорошей жизни, а потому что чтению не было никакой альтернативы. Когда же в начале 2000-х мы, наконец, заметили серьезное снижение интереса к чтению, то, конечно, первое, что пришло всем в голову — это интернет: он, дескать, предлагает то же самое чтение, только бесплатно — вот все и отказываются от нормальной привычной книги. Но на самом деле причина была иной: конкурентом книги стало не бесплатное чтение в интернете, но поход в кафе с друзьями, социализация, качественное телевидение, кинематограф… То есть просто принципиально иные досуговые формы, которых Советский Союз не предлагал вовсе или предлагал, дополняя очень большим социальным прессингом. Как результат, чтение и перечитывание — важный элемент советской культуры — практически ушло из нашего обихода. Нечто подобное происходит во всем мире: главный конкурент чтения — это не другое чтение (пусть бы даже и бесплатное), но движущиеся картинки. Странным образом Россия тут просто оказалась немного впереди планеты всей. Из-за того, что мы долго сидели на голодном развлекательном пайке, мы раньше других ощутили давление иных форм медиа на книжное пространство. Даже не совсем так: скажем, в Великобритании, где эти процессы тоже фиксируются, они идут давно и довольно медленно. А у нас произошел резкий скачок — как высокая ступенька. Раз — и мы уже внизу.“

Александр Гаврилов (1970)

Из интервью. «У мертвого писателя огромное преимущество перед живым».

О жизни, О мужчинах, О книгах, О мире

„И когда ты будешь плакать, что скоро двадцать, то есть четверть жизни вылетела в трубу, не умеешь ни общаться, ни одеваться, и не знаешь — а куда тебе вдруг деваться, только Богу плакаться на судьбу.
И когда тебя не возьмут ни в друзья, ни в жены, а оставят сувенирчиком на лотке, ускользнут, уйдут из жизни твоей лажовой — а тебя из печки вытащат обожженной и оставят остужаться на холодке.
И когда тебе скажут — хочется, так рискни же, докажи, что тоже тот еще человек, ты решишь, что вроде некуда падать ниже, и вдохнешь поглубже, выберешься из книжек — и тебя ударит мартом по голове.
И вода, и этот воздух горячий, ***ский, разжиженье мозга, яблоки в куличе. И друзья, которые все же смогли добраться, обнимают так дико трогательно, по-братски, утыкаются носом в ямочку на плече.
Ты уже такая уютная — в этих ямках от носов твоих женатых давно мужчин, несмеянка, синеглазая обезьянка, под мостом горит Нева нестерпимо ярко, и звенит трамвай, и сердце твое трещит.
А весна всегда отказывает в цензуре, разворачивает знамена, ломает лед, ветер хлещет по щекам золотым безумьем, на распахнутом ветру, на трехкратном зуме, обниматься на бегу, целоваться влет.
И тогда ты будешь буковками кидаться, как остатками несъеденного борща. Твой роман не пережил никаких редакций, вы вообще такие дружные — обрыдаться, то есть даже разбегаетесь сообща.
Ноль седьмое счастье, двадцать седьмое марта, голубое море, синие паруса. Ты заклеиваешь конверты и лижешь марки, солнце бьется наверху тяжело и марко, и густым желтком стекает по волосам.“

Аля Кудряшева (1987)

О жизни, О мужчинах, О Боге, О судьбе

„Читайте книжки — унижайте людей!“

Дмитрий Ларин (1988)

О мужчинах

„О хамстве своей природы:
Никогда не радовалась цветам в подарок и если покупала когда-нибудь цветы, то или во имя чье-нибудь (фиалки — Парма — Герцог Рейхштадтский и т. д.) или тут же, не донеся до дому, заносила кому-нибудь.
Цветы в горшке надо поливать, снимать с них червей, больше пакости, чем радости, цветы в стакане — так как я непременно позабуду переменить воду — издают отвратительный запах и, выброшенные в печку (всё бросаю в печь!), не горят.
Если хотите мне сделать радость, пишите мне письма, дарите мне книжки про всё, кольца — какие угодно — только серебряные и большие! — ситчику на платье (лучше розового!) — только, господа, не цветы!“

Марина Ивановна Цветаева (1892–1941) русский поэт, прозаик, переводчик

О цвете, О доме, О природе, О воде

„Действия экстремистов показали, что пугает их больше всего: девочка с книжкой.“

Малала Юсуфзай (1997) пакистанская правозащитница, выступающая за доступность образования для женщин во всём мире

„Когда я очень затоскую,
Достану книжку записную.
И вот ни крикнуть, ни вздохнуть,-
Я позвоню кому-нибудь.
О голоса моих знакомых!
Спасибо вам, спасибо вам
За то, что в трудном переплете
Любви и горя своего
Вы забывали, как живете,
Вы говорили: «Ничего».
И за обычными словами
Была такая доброта,
Как будто бог стоял за вами
И вам подсказывал тогда.“

Александр Семёнович Кушнер (1936) русский поэт

О Боге

„Я думаю, что Бог, наблюдая за нашими мучительными безостановочными попытками взобраться на проклятый Олимп и видя, как мы, падая, каждый раз обдираем до крови кожу, испытал некоторую неловкость и переключил красный свет светофора на зеленый. Мы стали появляться в самых популярных передачах. Нас начали узнавать. Когда у меня впервые попросили автограф, я от неожиданности отпрыгнул, приняв за сумасшедшую эту тетеньку с ручкой и записной книжкой.“

Илья Олейников (1947–2012) советский и российский эстрадный актёр комического жанра и телеведущий

О Боге, О свете

„Я не боюсь оставлять без присмотра свои записные книжки. Мне нечего опасаться до тех пор, пока я владею особым секретным кодом, который называется исландский язык.“

Бьорк (Бьёрк) (1965)

„Иногда мы неправильно понимаем, на что способен кинематограф. Впихиваем в фильмы целые книжки, где люди три часа разговаривают — ну куда это годится? Не стоит забывать, что даже один кадр, одна деталь способна рассказать историю, если сделать на ней должный акцент.“

Mads Mikkelsen (1965) датский актёр

О мужчинах, Об истории, О фильмах

„— Вы не считаете себя красивой?
— И никогда не считала. Могу быть привлекательной. Эффектной. Свечусь от того, что я на сцене. Вот на сцене люблю себя и не стесняюсь об этом говорить.
— А в жизни?
— В жизни комплексую. Почти не хожу на тусовки. Не даю интервью. Мне все время скучно в компании. Не понимаю, зачем люди об этом говорят, зачем тратят на это время? Лучше лягу на диванчик, суну кошку под мышку и книжку почитаю — вот это удовольствие. С подружками люблю общаться. А все эти компании… Может, мне так неуютно, потому что все ждут: вот сейчас актриса будет выдавать. С каких щей? Я такая, какая есть. Столько выдаю на сцене, что иногда и для близких почти ничего не остается. Есть актеры, которые подключают какую-то особую технику, выдают бутафорские слезы за настоящие страдания. Я так не умею. Я душу свою отдаю, по кусочкам от нее отрываю, отрываю…“

Любовь Григорьевна Полищук (1949–2006) советская и российская актриса театра и кино, театральный деятель и педагог

Из интервью газете "Аргументы и факты", № 11, 2004 г.

О жизни, О мужчинах, Об удовольствии, О душе

„О маленькой книжке Ахматовой можно написать десять томов — и ничего не прибавишь. А о бесчисленных томах полного собрания сочинений Брюсова напишешь только одну книжку — величиной с ахматовскую — и тоже ничего не прибавишь.“

Марина Ивановна Цветаева (1892–1941) русский поэт, прозаик, переводчик

Записная книжка 1916-1918.

„Когда вышел роман «На игле», он стал самой воруемой книгой. Постоянно кто-то забегал в магазин, хватал книжку и убегал. Так я понял, что у меня появился новый читательский контингент: новое поколение, которое ворует книги из магазинов. Для меня это было очень лестно.“

Ирвин Уэлш (1958) шотландский писатель

О книгах

„корр.: Как бы вы охарактеризовали современную российскую идеологическую ситуацию — <…> попытки сформировать национальную идею? Вокруг какого мифа руководство страны пытается построить свою политику?
— Знаете, у Чехова в одной из записных книжек есть запись про счёт, который подали постояльцу в гостинице. В нём была такая графа: «клопы — 15 копеек». В этом суть нашей социально-экономической модели, только вместо клопов у нас «консенсус элит», а вместо пятнадцати копеек — валовой национальный откат. Когда я слышу слова «национальная идея», мне всегда кажется, что руководство гостиницы хочет расширить перечень услуг. Счёт теперь будет выглядеть так: «клопы — 20 копеек, гостиничная идея — 10 копеек.»“

Виктор Олегович Пелевин (1962) русский писатель

Интервью, 2004—2006, «Главный писатель России — полковничья должность, а я лейтенант запаса»

Об идеях

„Говоря между нами, это вообще старое доброе правило… Большинство человеческой жизни происходит задним числом…, и даже глубоко после всего. Разумеется, многим так значительно удобнее. Когда почти всё уже известно, пережито и закончено… Нужно только вспомнить – или заглянуть в записную книжку, энциклопедию или даже чугунную скрижаль истории, в конце концов… Тогда можно встречаться, не открывая глаз, и разговаривать, плотно закрыв рот…“

Юрий Ханон (1965) российский композитор, писатель, философ, эссеист, художник и пианист

Воспоминания задним числом

О жизни, Об истории

„Певец «Нищего» познакомился с читающею публикою нашей в 1827 году, выдав маленькую поэму «Див и Пери». Счастливо выбранный предмет, стихи, всегда благозвучные, хотя не везде точные, и в целом хорошее направление молодого таланта обрадовали истинных любителей русской словесности. Поэма «Див и Пери», сама собою не образцовое произведение, сделалась драгоценною книжкою по надеждам, какие подавал её сочинитель. Удовольствие судей благомыслящих откликнулось шумною радостью в наших журналах <…>. Пожалеем, если неотчётливая похвала их имела вредное действие на молодой талант нашего поэта: вторая поэма его «Борский» обрадовала только журналистов, <…> язык ещё более небрежен, а план его, как известно читателям, склеен из неискусных подражаний двум-трём поэмам любимых наших поэтов и закончен; катастрофой собственной выдумки, годной разве для модных французских пародий <…>. Благозвучные стихи без мыслей обнаруживают не талант поэтический, а хорошо устроенный орган слуха. Гармония стихов Виргилия, Расина, Шиллера, Жуковского и Пушкина есть, так сказать, тело, в котором рождаются поэтические чувства и мысли. Как женская красота вполне выразилась в формах Венеры Медицийской, так у истинных поэтов каждая мысль и каждое чувство облекаются в единый, им свойственный гармонический образ. <…> В [«Нищем»] напрасно вы будете искать поэтического вымысла, в нём нет во многих местах (не говорю о грамматике) даже смысла. Это что-то похожее на часовой будильник, но хуже: ибо будильник имеет цель…|Комментарий=Подолинский и много позже считал отзыв ревнивым“

Антон Антонович Дельвиг (1798–1831) русский поэт, переводчик, издатель

Статьи и рецензии «Литературной газеты»

Об удовольствии, О красоте, О надежде, О чувствах

„Однажды, встретив у Смирновой Гоголя, который с жадностью слушал разговор Пушкина и от времени до времени заносил слышанное в карманную книжку, Жуковский сказал: «Ты записываешь, что говорит Пушкин. И прекрасно делаешь. Попроси Александру Осиповну показать тебе её заметки, потому что каждое слово Пушкина драгоценно.»“

Александра Осиповна Смирнова (1809–1882)

<…>
О Смирновой
Источник: Из «Записок» Смирновой.

„Я человек сугубо христианский. Мои произведения — это проповеди. Каждый раз, когда я хочу что-то сказать ребятам, я начинаю придумывать повесть. А она требует героя. Я начинаю придумывать героя. Таким образом все мои книжки появились. <…> Все проповеди очень простые <…>. Их всего штук пять-шесть. Когда проповеди кончились, я начал работать на заказ. <…“

Эдуард Николаевич Успенский (1937–2018) советский и российский писатель и автор детских книг

Интервью

О мужчинах

„Какие-то девчонки что-то самочинно спели в Храме Христа Спасителя.
Что именно — пока неизвестно. Наверно что-то хулиганское. <…>
Но будь я ключарём этого храма, накормил их блинами, выдал по чаше медовухи и пригласил бы зайти вновь на Чин Прощения.
А если бы я был мирянином-старостой, то на прощанье ещё бы и ущипнул их малость… По-отечески. Для вразумления.
Ибо учиненное ими, конечно, безобразие, но — законное безобразие. Масленица на дворе. Время скоморошества и перевёртышей. <…>
Читать-то про древние традиции в умных книжках нам нравится. А вот как дошло до дела… Это очень непростой вопрос о культурной норме. Не все таковые нормы мне нравятся, но это не повод забыть о том, что они именно — нормы. <…> Эти юные хулиганки могли об этом и не знать (о традициях масленицы). Но нам-то, продумывая нашу реакцию, забывать про них негоже.“

Андрей Вячеславович Кураев (1963) протодиакон Русской Православной Церкви; писатель и публицист, проповедник, миссионер, кандидат философских наук…

О прощении, О времени, Вопрос

„Этот небольшой чемоданчик <с записными книжками Хармса>, который сейчас находится в распоряжении тех, кто собирается открывать музей Хармса, он после смерти Лидии Семёновны долгое время находился у меня в доме и одиноко толпился среди вещей, абсолютно к нему не подходящих никак…“

Людмила Григорьевна Ковнацкая (1941) советский и российский музыковед

из лекции «Бах. Хармс. Почему?»
О Хармсе и обериутах

О смерти, О доме, О времени

„Я был в Париже; мы устроили вечер памяти Брюсова. Когда человек умирает, вдруг его видишь по-новому ― во весь рост. Есть у Брюсова прекрасные стихи, которые кажутся живыми и ныне. Может быть, над его колыбелью и не было традиционной феи, но даже если он не родился поэтом, он им стал. Он помог десяткам молодых поэтов, которые потом его осуждали, отвергали, ниспровергали. А молодой Советской России этот неистовый конструктор, неутомимый селектор был куда нужнее, чем многие сладкопевцы. Не могу не вспомнить ещё раз моих парижских лет. Валерий Яковлевич меня поддержал; даже его упрёки помогали мне жить. При первой нашей встрече Брюсов заговорил о Наде Львовой ― рана оказалась незажившей. Может быть, я при этом вспомнил предсмертное стихотворение Нади о седом виске Брюсова, но только Валерий Яковлевич показался мне глубоким стариком, и в книжку я записал: «Седой, очень старый» (ему тогда было сорок четыре года). Записал я также: «Жизнь у него на втором плане», ― может быть, думал при этом о Наде, может быть, о революции; но уже наверно помнил его слова о том, что «всё в жизни лишь средство для ярко-певучих стихов.»“

Валерий Яковлевич Брюсов (1873–1924) русский поэт-символист

Илья Эренбург, «Люди, годы, жизнь» [Книга 2], 1962
Источник: Эренбург И.Г. «Люди, годы, жизнь» Книга 2. Москва, «Советский писатель», 1990 г.

О жизни, О мужчинах

„У него [дьявола] нет ни одного оплачиваемого помощника. У его врагов — миллионы. (Записные книжки, 1898)
вариант: У дьявола нет ни одного оплачиваемого помощника, тогда как у Противной Стороны их миллион.“

Марк Твен (1835–1910) американский писатель, журналист и общественный деятель

„Я был в Париже; мы устроили вечер памяти Брюсова. Когда человек умирает, вдруг его видишь по-новому ― во весь рост. Есть у Брюсова прекрасные стихи, которые кажутся живыми и ныне. Может быть, над его колыбелью и не было традиционной феи, но даже если он не родился поэтом, он им стал. Он помог десяткам молодых поэтов, которые потом его осуждали, отвергали, ниспровергали. <…> При первой нашей встрече Брюсов заговорил о Наде Львовой ― рана оказалась незажившей. Может быть, я при этом вспомнил предсмертное стихотворение Нади о седом виске Брюсова, но только Валерий Яковлевич показался мне глубоким стариком, и в книжку я записал: «Седой, очень старый» (ему тогда было сорок четыре года). Записал я также: «Жизнь у него на втором плане», ― может быть, думал при этом о Наде, может быть, о революции; но уже наверно помнил его слова о том, что «всё в жизни лишь средство для ярко-певучих стихов.»“

Илья Григорьевич Эренбург (1891–1967) советский прозаик, поэт, публицист, переводчик

«Люди, годы, жизнь» [Книга 2], 1962
Проза
Источник: Эренбург И.Г. «Люди, годы, жизнь» Книга 2. Москва, «Советский писатель», 1990 г.

О жизни, О мужчинах

„Я был в Париже; мы устроили вечер памяти Брюсова. Когда человек умирает, вдруг его видишь по-новому ― во весь рост. Есть у Брюсова прекрасные стихи, которые кажутся живыми и ныне. Может быть, над его колыбелью и не было традиционной феи, но даже если он не родился поэтом, он им стал. Он помог десяткам молодых поэтов, которые потом его осуждали, отвергали, ниспровергали. <…> При первой нашей встрече Брюсов заговорил о Наде Львовой ― рана оказалась незажившей. Может быть, я при этом вспомнил предсмертное стихотворение Нади о седом виске Брюсова, но только Валерий Яковлевич показался мне глубоким стариком, и в книжку я записал: «Седой, очень старый» (ему тогда было сорок четыре года). Записал я также: «Жизнь у него на втором плане», ― может быть, думал при этом о Наде, может быть, о революции; но уже наверно помнил его слова о том, что «всё в жизни лишь средство для ярко-певучих стихов.»“

Надежда Григорьевна Львова (1891–1913) русская поэтесса

Илья Эренбург, «Люди, годы, жизнь» [Книга 2], 1962
о Надежде Львовой
Источник: Эренбург И.Г. «Люди, годы, жизнь» Книга 2. Москва, «Советский писатель», 1990 г.

О жизни, О мужчинах

„Учили нас и немецкому, но немецких учителей мы не любили и плохо учились. Не могу не припомнить по этому поводу, как курьёз, что однажды, но недолго, нашим немецким учителем побывал и гостивший у нас П.В.Шумахер. В нашем кругу он был исключительным человеком, и вообще в современном обществе недостаточно оценённым. Если бы я заговорил подробнее о нём, я никогда бы не кончил. После него осталась всё же книжка «стихов» и большое количество анекдотов. <…“

Пётр Васильевич Шумахер (1817–1891) русский поэт-сатирик, пародист и юморист

цитаты о Шумахере

О мужчинах, Об учителях, Учусь

„В одной из многочисленных памятных книжек Дмитрия Дмитриевича Смышляева под датой 1851 год записано его собственной рукой: «Проехал часть Дании, Пруссию, Саксонию, Богемию, Баварию, большую часть германского союза; был в вольных городах Любеке, Гамбурге, Франкфурте; провёл 4 1/2 недели в Лондоне; объехал Англию, часть Шотландии, Францию, был в Барселоне; видел Геную, Ливорно, Пизу, Флоренцию, Рим, Неаполь, Мессину, остров Мальту, Афины, Смирну и Константинополь.»“

Дмитрий Дмитриевич Смышляев (1828–1893) российский земский деятель, краевед и историк

Там же.
О нём

„В России вышел сборник статей обо мне. Читать его очень смешно, — ничего нельзя понять, писали очень учёные дураки. Я читаю всё, как будто писано о покойнике — так далеко то, что я делаю теперь, от того, что я делал раньше. Книжка украшена портретом работы Альтмана, тоже очень смешно, я вроде весёлого мопса.“

Исаак Эммануилович Бабель (1894–1940) русский советский писатель и драматург

Фане Бабель (матери), [21 мая] 1928 <br class="br">Письма <br class="br">Источник: И. Бабель. Статьи и материалы http://imwerden.de/publ-4184.html. — Л.: Academia, 1928. — (Мастера современной литературы. II).

О дураках

„Сущность Детектива покоится в его записных книжках.“

Александр Криони

„У тебя так все благополучно в жизни, что даже скучно. Тебе недостает настоящих страстей. Вот и читаешь книжки, чтобы сравнить со своей жизнью и порадоваться, что у тебя-то самого, слава Богу, все лады.“

Олег Рой (1965)

О жизни, О Боге, О страсти

„Схватить синее платье, отпороть от него все финтифлюшки – пусть грубо, пусть ножницами, я накину платок.

Схватить сандалии, сумочку с чековой книжкой, и тихо – босой – улизнуть через черный ход.

Ловить отражение в витринах.

Ловить запахи выпечки, взгляды прохожих, солнце.

Чувствовать себя живой!

Вот живой!

Не отгороженной от людей, но –

вот я, люди!“

Франц Вертфоллен книга О Летучих Змеях. Неаполь

О мужчинах, О солнце

„Вы когда-нибудь скроллили ленту ВК, ленту Ютуба и сохраняли себе информацию, чтобы повзаимодействовать с ней потом. Вы наткнулись на какие-нибудь интересные книги по Древнему Египту, и вы считаете, что Вам это интересно. Но вы что, будете открывать эти книжки и просматривать их сразу? Вы скажете: "Нет, ну конечно же нет, я же еду в метро…"

Если ты в метро скроллишь свой Вконтакте, что мешает тебе? Если бы ты даже по диагонали читал учебники французского, немецкого, английского, книги по истории Древнего Египта, ты выцепишь 15% информации. Но ты будешь на 15% информации богаче, чем раньше.

Фактически, если у тебя есть время листать свою тупую ленту тик-тока или Вконтакта, у тебе тем более есть время сейчас открыть и почитать то, что ты себе сохранил на потом.“

Франц Вертфоллен писатель, просветитель, музыкант

Источник: Шот Жизни