Цитаты о последний
страница 12

Илья Григорьевич Эренбург фото

„Есенин, обращаясь к старикам родителям, не без хвастовства говорит, что он, прежде шлепавший босиком по лужам, теперь щеголяет в цилиндре и лакированных башмаках. Правда, цилиндра я никогда не видал, хоть и верю, что это не образ «имажиниста», но реальность. Зато лакированные башмаки наблюдал воочию, также пестрый галстук и модный пиджак. Все это украшает светлого, хорошенького паренька, говорящего нараспев, рязанского Леля, Ивана-счастливца наших сказок. За сим следует неизбежное, ― то есть Шершеневич, чью ставку, «имажинизм», должен выручить талантливый, ох, какой талантливый, подпасок; диспуты, литературное озорство, словом, цилиндр, хотя бы и предполагаемый, растет и пожирает милую курчавую головку. Но, да позволено будет портретисту, пренебрегая живописью костюма, цилиндром, «имажинизмом» и хроникой московских скандалов, заняться лицом поэта. Сразу от скотоводства небесного мы переходим к земному, к быту трогательному и унылому, к хулиганству озорника на околице деревушки, к любви животной, простой, в простоте мудрой. Ах, как хорошо после Абиссинии или Версаля попасть прямо в Рязанскую. Есенин гордо, но и горестно называет себя «последним поэтом деревни.»“

Илья Григорьевич Эренбург (1891–1967) советский прозаик, поэт, публицист, переводчик

Его стихи ― проклятье «железному гостю», городу. Тщетно бедный дуралей жеребенок хочет обогнать паровоз. Последняя схватка и ясен конец.
«Портреты современных поэтов», 1922
Проза
Источник: Эренбург И.Г. «Портреты современных поэтов». — СПб.: Журнал «Нева», 1999 г.

Александр Васильевич Колчак фото

„Множество доказательств, на некоторые из коих мы уже ссылались, указывает на то, что в соревновании за Сибирь Колчак участвовал под британскими знаменами. Готовность, с которой Уайтхолл принял предложение Колчака служить на Месопотамском фронте, может показаться доказательством заинтересованности Британии в адмирале. Это впечатление подтверждается посланием резидента военной разведки, корреспондента газеты «Дейли мейл», находившегося в Маньчжурии, капитану Стевени в июле 1918 года. Он сообщал, что телеграфом передал в свою газету интервью с Колчаком, «в котором последний заявил, будто британское Военное министерство первоначально приказало ему отправиться в Месопотамию, а впоследствии направило его в Сибирь. Заявление в значительной степени соответствует истине, но вы должны объяснить адмиралу, что крайне желательно хранить молчание относительно его связей с нами. Соответственно данная статья подвергнута цензуре.»“

Александр Васильевич Колчак (1874–1920) русский военный и политический деятель, флотоводец, учёный-океанограф

Если к столь недвусмысленным уликам прибавить тот факт, что двери, за которыми Колчак получил в свои руки власть, охранялись британскими солдатами, дело о соучастии Британии выглядит беспроигрышным.
Питер Флеминг https://en.wikipedia.org/wiki/Peter_Fleming_(writer)
Источник: [Флеминг Питер., Судьба адмирала Колчака. 1917—1920 / Пер. с англ. Л.А. Игоревского, М., Центрполиграф, 2006, 272, 5-9524-2530-5]

Владимир Виленович Шигин фото

„Никто никогда не скажет, сколько тайн заключает в себе Великий и непостижимый Океан. Чуждый человеку, он неохотно пускает его в свои владения, не прощает малейших ошибок и безжалостно карает зазевавшихся. Океан бесконечен, ибо это настоящая Вселенная. А потому, несмотря на то, что человечество изучает его уже столько веков, Океан все так же таинственен и недоступен, как и в тот миг, когда первый человек его впервые увидел. При всех этих выдающихся открытиях последнего времени совершенно очевидно, что свои самые главные тайны океан припас напоследок, и пройдет еще весьма немало времени, прежде чем он допустит к ним человека. А потому впору задуматься: так ли был нереален главный персонаж «Соляриса» Станислава Лема – мыслящий океан далекой планеты? И надо ли нам для этой встречи вообще куда-то лететь?“

Федор Сологуб фото

„В ту же ночь молодой солдат, убивший Мафальду, вошел в ее дом. Как случилось, что его никто не заметил и не остановил, не знаю.
Он приблизился к телу Мафальды, лежащему на кровати, – еще не был сделан гроб для покойницы, – и лег рядом с нею под ее покрывалом. И, мертвая, разомкнула для него Мафальда свои холодные руки и обняла его крепко, и до утра отвечала его поцелуям поцелуями холодными и отрадными, как утешающая смерть, и отвечала его ласкам ласками темными и глубокими, как смерть, как вечная узорешительница смерть.
Когда взошло солнце и знойными лучами пронизало сумрак тихого покоя, в этот страшный и томный, в этот рассветный час в объятиях обнаженной и мертвой Мафальды, царицы поцелуев, под ее красным покрывалом умер молодой воин. Разъединяя свои объятия, в последний раз улыбнулась ему прекрасная Мафальда.“

Федор Сологуб (1863–1927) русский поэт, писатель, драматург, публицист, переводчик

Цитаты из рассказов и сказок

Пьер Деланоэ фото

„Кроме того, он [ Джо Дассен ] принадлежит к англоязычной культуре, которая очень отличается от французской. Вот я великолепный образчик последней: вполне среднестатистический француз во всем его убожестве или во всем его великолепии – раз на раз не приходится, да и от точки зрения зависит. Иногда я мыслю иначе, чем он; это вызывает недоразумения и затрудняет общение. Чаще всего у нас возникают несогласия, когда нужно сочинить веселую песню. Конечно, до солдафонского юмора я не опускаюсь, но мне нравится французская народная фривольность, честная и прямая, не обремененная лишними сложностями… В то время как он ценит более тонкий юмор, более иносказательный, и принимает за вульгарщину то, что на самом деле является юмором "местного разлива."“

Пьер Деланоэ (1918–2006) французский поэт-песенник

статья «Пьер Деланоэ рассказывает о Джо Дассене», 1970-е
Цитаты из интервью и бесед
Источник: «Пьер Деланоэ рассказывает о Джо Дассене» http://www.joedassin.info/ru/exc-texte05.html, 1970-е

Джон Траволта фото
Леонид Исаакович Ярмольник фото

„Привет всем. Я уже здесь. И, как обещал, не один. Я и золото — 16 килограмм. И ещё кое-что по мелочам! [бросает унции серебра и золота на пол, смеётся] Я предлагаю вам всё это выиграть. Играть может любой, но победителем станет не каждый. Правила игры предельно просты, но для того, чтобы стать победителем, нужно помнить и знать многое. Очень многое. Золото можно получить в качестве награды, можно получить в качестве подарка, можно заработать, можно украсть, а можно выиграть. Я предлагаю вам последнее. На протяжении многих веков в людях менялось всё: неизменна лишь страсть к этому вечному металлу. Уж я это знаю точно и наверняка.“

Леонид Исаакович Ярмольник (1954) советский и российский актёр театра и кино, телеведущий, продюсер

зло смеётся
Вступительное слово в телешоу «Золотая лихорадка» (1997—1998)

Леонид Мартынов фото

„Можно было бы сказать множество слов, «одно умнее другого», о том, какое отношение имеет химия к нашей жизни, к моей жизни. Но я скажу только вот о чем: наш дом на юго-западе Москвы стоит поблизости от проспекта Вернадского. Здесь у проспекта Вернадского есть до сих пор лишь одна сторона. И пока другая еще не воздвигнута, из окон домов его видны поля, земля, закаты, звезды, овраги, далекие новостройки. Я люблю ходить по проспекту Вернадского. Я часто думаю о Вернадском, особенно о последних годах его жизни, когда он сосредоточил внимание на химии живого вещества и говорил о том, что мы переживаем новое геологическое эволюционное изменение биосферы, входим в ионосферу и что идеалы нашей демократии идут в унисон «со стихийным геологическим процессом и с законами природы, отвечают ионосфере.»“

И я однажды написал вот какие стихи:
Цитаты из заметок и газетных эссе

Мишель Уэльбек фото
Михаил Эпштейн фото

„Последнее, что опыт оставляет от любви, — это любовь к самому опыту.“

Михаил Эпштейн (1950) советский и американский философ, филолог, культуролог, литературовед, литературный критик, лингвист, эссеист
Михаил Николаевич Лонгинов фото
Виктор Валериевич Пинчук фото

„Учитель спросил своих подопечных, в чем смысл жизни. Те принялись наперебой выдвигать версии. Лишь неуспевающий ученик, сидящий за последней партой, молчал, тупо глядя вниз. Когда гомон немного утих, преподаватель обратился к нему: «А ты, что думаешь по этому поводу?» — «Я не думаю о том, чего нет…»“

ответил двоечник.
Полгода по островам… и странам http://крымология.рф/index.php/Полгода_по_островам…_и_странам_(книга)
Источник: [Полгода по островам... и странам, Пинчук В. В, Симферополь, ИП Бровко, 2016, 99, 216, 978-5-9908234-0-2]

Виктор Валериевич Пинчук фото

„Тёплый осенний день. Последние часы и минуты уходящего бабьего лета. Погода чудесная. Солнце дарит тепло всем желающим. Дети играют в «мерчандайзеров.»“

Улыбки добрых людей с билбордов манят купить средство от тараканов. Пенсионеры в троллейбусах уступают место пенсионеркам. Гаишник раздаёт приглашения на концерт милицейских частушек. Где-то в пожелтевшей листве поёт свои трели глупый скворец. И всё-же чего-то не хватает. Не хватает её. А ведь когда-то я мог обходиться без Африки.
Третья афровылазка http://крымология.рф/index.php/Третья_афровылазка_(книга)
Источник: [Третья афровылазка, Пинчук В. В, Симферополь, ЧП «Предприятие Феникс», 2013, 23, 56, 978-617-671-039-4]

Олег Рой фото
Олег Рой фото
Олег Рой фото
Олег Рой фото

„Милый доктор, что вы там все время пишете? Оторвитесь на минутку, посмотрите на меня – может, вы меня видите в последний раз.()“

Аркадий Иосифович Хайт (1938–2000) советский и российский писатель-сатирик и сценарист

Монолог «Люди добрые»
Источник: http://a-hait.com/lyudi-dobryie/

Юрий Николаевич Афанасьев фото

„Ну, это, действительно, получается так, что Вторая мировая война и особенно Великая отечественная становятся в центре всех дискуссий. И сейчас очень трудно сказать, то ли в большей мере это факт истории, то ли это в большей мере факт современной политики? И всё это происходит, как мне кажется, совершенно не случайно. Дело в том, что именно Великая отечественная война превратилась в нечто вроде сердцевины трактовки, вот по-современному, с точки зрения нынешней власти, советской истории. Более того, в какой-то мере именно на эту войну накладывается и трактовка отечественной истории вообще, не только советского её периода. То есть она превратилась во что-то вроде центральной несущей конструкции, которая удерживает довольно сложное сооружение из интерпретации современного положения и истории. И поэтому, особенно власти, хочется удерживать эту несущую конструкцию как своего рода последний бастион. Ведь дело в том, что ещё какое-то событие из нашей советской истории трудно поставить на сопоставимое даже хотя бы место с тем, которое занимает Великая отечественная война. Октябрьская революция на эту роль никак не годится, и по очень многим разным причинам. Допустим, годы мирного строительства как их трактуют, социализма – их выставить в качестве такого центрального явления всей нашей советскости тоже не получается, потому что там очень много таких сомнительных вещей, таких очевидных провалов в виде репрессий, в виде жертв, в виде неудач. И в общественном сознании это именно так отразилось. А война – она запечатлелась и в сознании подавляющего большинства, я думаю, советских людей и теперешних граждан России как явление позитивного свойства всей нашей истории. К нему, к этому явлению отношение у многих очень, бесспорно, позитивное, а у некоторых, можно даже сказать, что-то вроде сакральности. И поэтому именно вот эти настроения власть очень удачно, я считаю, удачно с точки зрения манипулирования общественным сознанием, использует для того, чтобы удерживать такую ситуацию. То есть с помощью Великой отечественной войны, её истории, с помощью Великой победы как бы прислоняться к этому событию и показать, что они являются соучастниками той самой позитивности, которая отдаёт своим блеском на них…“

Юрий Николаевич Афанасьев (1934–2015) советский и российский политик и историк

2009 год
Источник: Приведено по оригинальном источнику

„ЭШЛИ: Я не знаю, что думать о… столь…

Змей приподнял бровь.

Всё он понял.

ЭШЛИ: О столь неумолимой роскоши.

ГЕРБЕРТ: Думайте: это искусство. Вертфоллены – меценаты. Люди думают, что без их денег – глупости, без их духа всё это изобилие стояло б обоссанным местными идиотами, почерневшим, заплесневевшим и разлагающимся каркасом, робко напоминающим обезьянам, что может быть, всё-таки, как-нибудь тем стоит сделать усилие, чтобы жить лучше. Знайте – это искусство. Это то, что должна делать аристократия: напоминать людям – вот как изысканно можно жить.

Вытягивать наши тщедушные душки и тушки из трясин близорукости.

Да, это больше куда, чем искусство – это необходимость.

Без которой человечество загнется куда быстрее, чем без канализации или света.

Тысячелетиями мы жили без того и другого, но вот когда последние лучики красоты и изящества скроются за горизонтом, никакие новейшие технологии не спасут хомо сапиенса от жизни питекантропом.“

„Джанни фантастически быстро лепил. Все, что стояло у него во дворе – баловство. У него всегда было с десяток заказов плюс всё, что он лепил для себя. Экстаз святой Катерины, к примеру. Он играл с материалами – дерево, бронза, мрамор, гранит. Он заставлял металл выглядеть как камень, камень, как дерево, дерево превращал в бронзу, но так тоже – баловался. Он всегда лепил в полный рост.

Святая Катерина у него кружилась. Церковь всегда ставит своих святых статично, а у него мрамор её робы расплескивался, разлетался вечерним платьем – роскошью тканей. Из-под убора у святой Катерины выбивались кудри и вились по щекам, по губам приоткрытым, идеальной формы губам, обвивали слезы – мраморные, но столь настоящие, что ты верил – они прозрачны, солены и горячи. Слезы мокрили ей губы, глаза были закрыты, веки легки – как крылья летучей мыши. Как крылья летучей мышки – трепетны, ты верил – вздрагивают веки у святой Катерины в экстазе. И вся фигура из тяжелого мрамора была невесома – вот-вот взлетит. Затанцует по воздуху.

Джанни лепил Катерину со Штази. Но столь великолепной я видел Штази лишь раз – в Италии на скале. Штази в тяжелом халате после вечернего заплыва с полотенцем на волосах, Штази шампанское ударило в сердце, нам по шестнадцать, сумерки липли к нам фиолетовой сахарной ватой. Штази, зацелованная, летняя, кружилась под песни Герберта – в боли, ярости, счастье. В боли от ужаса осознания, что, возможно, она никогда не потянет больше такую открытость, ей никогда не будет так хорошо. В ярости, что детство уходит, что мы с Гербертом соревновались за прозрачную девочку, но теперь она не поспевает за нами. И ей уже никогда не поспеть. В ярости, боли, что это последние лучи солнца, когда она для нас – центр. В счастье – а как без счастья на скалах Италии, когда ты вызываешь легкое опьянение у господа и наисветлейшего из воинов его? Как без счастья?“

Франц Вертфоллен писатель, просветитель, музыкант

Источник: из книги "Внезапное руководство по работе с людьми"

„Джанни фантастически быстро лепил. Все, что стояло у него во дворе – баловство. У него всегда было с десяток заказов плюс всё, что он лепил для себя. Экстаз святой Катерины, к примеру. Он играл с материалами – дерево, бронза, мрамор, гранит. Он заставлял металл выглядеть как камень, камень, как дерево, дерево превращал в бронзу, но так тоже – баловался. Он всегда лепил в полный рост.

Святая Катерина у него кружилась. Церковь всегда ставит своих святых статично, а у него мрамор её робы расплескивался, разлетался вечерним платьем – роскошью тканей. Из-под убора у святой Катерины выбивались кудри и вились по щекам, по губам приоткрытым, идеальной формы губам, обвивали слезы – мраморные, но столь настоящие, что ты верил – они прозрачны, солены и горячи. Слезы мокрили ей губы, глаза были закрыты, веки легки – как крылья летучей мыши. Как крылья летучей мышки – трепетны, ты верил – вздрагивают веки у святой Катерины в экстазе. И вся фигура из тяжелого мрамора была невесома – вот-вот взлетит. Затанцует по воздуху.

Джанни лепил Катерину со Штази. Но столь великолепной я видел Штази лишь раз – в Италии на скале. Штази в тяжелом халате после вечернего заплыва с полотенцем на волосах, Штази шампанское ударило в сердце, нам по шестнадцать, сумерки липли к нам фиолетовой сахарной ватой. Штази, зацелованная, летняя, кружилась под песни Герберта – в боли, ярости, счастье. В боли от ужаса осознания, что, возможно, она никогда не потянет больше такую открытость, ей никогда не будет так хорошо. В ярости, что детство уходит, что мы с Гербертом соревновались за прозрачную девочку, но теперь она не поспевает за нами. И ей уже никогда не поспеть. В ярости, боли, что это последние лучи солнца, когда она для нас – центр. В счастье – а как без счастья на скалах Италии, когда ты вызываешь легкое опьянение у господа и наисветлейшего из воинов его? Как без счастья?“

Франц Вертфоллен писатель, просветитель, музыкант

Источник: из книги "Внезапное руководство по работе с людьми"

„Глаз, как, впрочем, у всех и всегда, здесь не было почти ни у кого.
Люди прячут свои глаза в анусе из ужаса, во-первых, увидеть себя – со всеми своими убожествами, во-вторых, людей – со всеми их убожествами. А запрятав глаза за сфинктер, эти двуногие лишаются последней возможности отличить уродство от красоты, зато мир их становится куда более «безопасен» и расплывчат, в таком мире они способны лишь смутно ощущать «флюиды», верить гороскопам и вести себя как последние дворняги: о! мне улыбнулись, а! кажется я ему/ей нравлюсь! Ой! тогда оно точно нравится мне, раз я нравлюсь ему!
И ведь если указать этой нездорово повернутой массе – эй! ты ведешь себя, как дворняжка, ты идешь не за тем, что красиво, и сильно, и чисто, ты скачешь хромоногой помойной псиной за первым, кто поманит тебя колбасой. Если сказать им, что они решают? Я отрою глаза, вытяну их из прямой кишки и буду смотреть в себя и в людей? Нет. Они пугаются и пищат – аааа, тогда я вообще ни за кем, ни к кому, тогда я буду один/одна – заявляют они с драматическим разворотом головы и надеждой, что найдется принц/принцесса на белом коне, которые их «спасут» из башни их гордыни и глупости. Принц/принцесса, что будут пробиваться вот к этой тле через все её зажатости, проблемности, уебищности, терпеть все истерики этой тли, чтоб однажды вот эта тля смогла сказать – ой, ты меня так любишь, ты любишь меня любой/любым, оооо, а я тоже, наверное, тебя люблю, раз уж ты единственный, кто так трахается со мной, конечно, невыносимым/невыносимой, но хорошим/хорошей внутри – где-то далеко-далеко внутри под всем моим нескончаемым дерьмищем, гордыней и тупостью.“

Франц Вертфоллен писатель, просветитель, музыкант

Источник: Из книги "Внезапное руководство по работе с людьми. Бавария"

„Глаз, как, впрочем, у всех и всегда, здесь не было почти ни у кого.
Люди прячут свои глаза в анусе из ужаса, во-первых, увидеть себя – со всеми своими убожествами, во-вторых, людей – со всеми их убожествами. А запрятав глаза за сфинктер, эти двуногие лишаются последней возможности отличить уродство от красоты, зато мир их становится куда более «безопасен» и расплывчат, в таком мире они способны лишь смутно ощущать «флюиды», верить гороскопам и вести себя как последние дворняги: о! мне улыбнулись, а! кажется я ему/ей нравлюсь! Ой! тогда оно точно нравится мне, раз я нравлюсь ему!
И ведь если указать этой нездорово повернутой массе – эй! ты ведешь себя, как дворняжка, ты идешь не за тем, что красиво, и сильно, и чисто, ты скачешь хромоногой помойной псиной за первым, кто поманит тебя колбасой. Если сказать им, что они решают? Я отрою глаза, вытяну их из прямой кишки и буду смотреть в себя и в людей? Нет. Они пугаются и пищат – аааа, тогда я вообще ни за кем, ни к кому, тогда я буду один/одна – заявляют они с драматическим разворотом головы и надеждой, что найдется принц/принцесса на белом коне, которые их «спасут» из башни их гордыни и глупости. Принц/принцесса, что будут пробиваться вот к этой тле через все её зажатости, проблемности, уебищности, терпеть все истерики этой тли, чтоб однажды вот эта тля смогла сказать – ой, ты меня так любишь, ты любишь меня любой/любым, оооо, а я тоже, наверное, тебя люблю, раз уж ты единственный, кто так трахается со мной, конечно, невыносимым/невыносимой, но хорошим/хорошей внутри – где-то далеко-далеко внутри под всем моим нескончаемым дерьмищем, гордыней и тупостью.“

Франц Вертфоллен писатель, просветитель, музыкант

Источник: Из книги "Внезапное руководство по работе с людьми. Бавария"

„Джанни фантастически быстро лепил. Все, что стояло у него во дворе – баловство. У него всегда было с десяток заказов плюс всё, что он лепил для себя. Экстаз святой Катерины, к примеру. Он играл с материалами – дерево, бронза, мрамор, гранит. Он заставлял металл выглядеть как камень, камень, как дерево, дерево превращал в бронзу, но так тоже – баловался. Он всегда лепил в полный рост.

Святая Катерина у него кружилась. Церковь всегда ставит своих святых статично, а у него мрамор её робы расплескивался, разлетался вечерним платьем – роскошью тканей. Из-под убора у святой Катерины выбивались кудри и вились по щекам, по губам приоткрытым, идеальной формы губам, обвивали слезы – мраморные, но столь настоящие, что ты верил – они прозрачны, солены и горячи. Слезы мокрили ей губы, глаза были закрыты, веки легки – как крылья летучей мыши. Как крылья летучей мышки – трепетны, ты верил – вздрагивают веки у святой Катерины в экстазе. И вся фигура из тяжелого мрамора была невесома – вот-вот взлетит. Затанцует по воздуху.

Джанни лепил Катерину со Штази. Но столь великолепной я видел Штази лишь раз – в Италии на скале. Штази в тяжелом халате после вечернего заплыва с полотенцем на волосах, Штази шампанское ударило в сердце, нам по шестнадцать, сумерки липли к нам фиолетовой сахарной ватой. Штази, зацелованная, летняя, кружилась под песни Герберта – в боли, ярости, счастье. В боли от ужаса осознания, что, возможно, она никогда не потянет больше такую открытость, ей никогда не будет так хорошо. В ярости, что детство уходит, что мы с Гербертом соревновались за прозрачную девочку, но теперь она не поспевает за нами. И ей уже никогда не поспеть. В ярости, боли, что это последние лучи солнца, когда она для нас – центр. В счастье – а как без счастья на скалах Италии, когда ты вызываешь легкое опьянение у господа и наисветлейшего из воинов его? Как без счастья?“

Франц Вертфоллен писатель, просветитель, музыкант

Источник: Из книги “Внезапное руководство по работе с людьми. Неаполь”.

Низам DRedd фото

„💡 — Молитва - Посланник Аллаха ﷺ
сказал:
⠀ «❕Ты должен совершать множество земных поклонов, ибо, поистине, за каждый земной поклон, совершённый тобой ради Аллаха, Аллах возвысит тебя на (одну) ступень и снимет с тебя (бремя одного) прегрешения»
(Муслим).
💡 — Просить о прощение
💡 — Поминание Аллаха и чтение Корана
Ат-Такбир (Возвеличивание Аллаха) - Узаконено поминание Аллаха с первого дня Зуль-Х’иджа и до заката солнца последнего дня из трех дней ташрик’а (три дня после 10-го дня жертвоприношения)
т.е. до заката солнца 13-го дня Зуль-Хиджа

💡— Пост - Посланник Аллаха ﷺ сказал:
⠀ «❕Аллах непременно удалит от Огня на семьдесят (лет пути) лицо (любого Своего) раба, который один день постился на пути Аллаха».
(Бухарий, Муслим)

💡 — Садак’а (Милостыня)
💡— Поминание Аллаха и чтение Корана
💡— Жертвоприношение“

Источник: Samoeteploee

Низам DRedd фото
Этот перевод ждет рассмотрения. Правильный ли перевод?
Арман де Ришелье фото

„Последний довод королей“
Ultima ratio Regum

Арман де Ришелье (1585–1642) кардинал Римско-католической церкви, аристократ и государственный деятель Франции
Эта цитата ждет обзора.
Фридрих Вильгельм Йозеф фон Шеллинг фото
Эта цитата ждет обзора.
Эта цитата ждет обзора.
Фреге, Фридрих Людвиг Готлоб фото

„Любые научные труды по юриспруденции начинаются с постулата о том, что ныне интересы личности в России стали преобладать над интересами государства, и, вроде бы, совсем не так было в СССР?! При этом, если в СССР последней инстанцией был не суд, а законодательное собрание соответствующего уровня (т. е. Верховный Совет, в финале), и последнее было избираемо, а не назначаемо, то в России теперь последняя инстанция — суд, который не имеет своим источником власть народа, вопреки республиканской форме правления и предписанию «власть народа» ст. 3 К РФ. Судьи в России никому не подотчетны — и если граждан незнание закона не освобождает от ответственности, то судей – освобождает. Никто не ставит вопрос о квалификации и служебном соответствии судей ВС и областных судов, даже если решение судьи отменено в Европейском Суде Прав Человека.“

Эта цитата ждет обзора.
Иоганн Готфрид Гердер фото
Эта цитата ждет обзора.
Принс фото
Эта цитата ждет обзора.
Карл Густав Юнг фото
Эта цитата ждет обзора.
Джамбаттиста Вико фото
Эта цитата ждет обзора.
Эта цитата ждет обзора.

„Тоска и одиночество, лишения и оставленность — вот основа подлой сделки. Душа должна согласиться, разменять себя. Следствие предлагает — заключённый принимает предложение. Вся тягость выбора порой падает на слабого человека, это испытание для него и величайший позор для служителей закона. Окунувшись в это, одни становятся грязью, другие превращаются в камень. От них всех начинает веять холодом, лица растерянные или суровые. Жизнь для них своего последнего слова ещё не сказала. Одни покорились судьбе, боясь испытаний и страданий, с готовностью утратить и себя. Другие не покорились испытаниям, не боясь утрат, не желая проявлять покорность перед злом и неправдой. Их нечем больше испугать, они перестали бояться“

Ridero
https://ridero.ru/books/byla_li_polezna_tebe_zhizn/

ЛИТРЕС
https://www.litres.ru/book/vladimir-boltunov/byla-li-polezna-tebe-zhizn-70685179/

Издание книг.ком
https://izdanieknig.com/catalog/istoricheskaya-proza/134945/

Эта цитата ждет обзора.

„Святые отцы советуют вспоминать весь ужас происходящего с Христом в последние дни его жизни, последние часы. Гефсиманский сад, Голгофа, замена Вараввы на Христа, бичевание, оплёвывание, терновый венец. Вы только это представьте! Своей болью страдающий Христос погасит все наши маленькие боли. Я это понял. Свою боль и страдания пытаюсь соизмерять с болью и страданием Христа, поставив себя на молитве перед ним Великим. Смотрю на Праведника и им понесенную боль за несправедливость и на себя, со своей мнимой, возможно придуманной несправедливостью и болью. Что больше, что поглотит чужую боль? Сколько святых мучеников тоже страдали, их тела и души. Твоя боль угаснет, если ты не будешь забывать этих картин. Тебе будет легче всех прощать, не держать обид, и жизнь станет другой, наполнившись светом надежды“

Ridero
https://ridero.ru/books/byla_li_polezna_tebe_zhizn/

ЛИТРЕС
https://www.litres.ru/book/vladimir-boltunov/byla-li-polezna-tebe-zhizn-70685179/

Издание книг.ком
https://izdanieknig.com/catalog/istoricheskaya-proza/134945/

Эта цитата ждет обзора.
Линдсей, Джефф фото
Эта цитата ждет обзора.
Владимир Владимирович Набоков фото
Эта цитата ждет обзора.
Ирина Муцуовна Хакамада фото
Эта цитата ждет обзора.
Нил Шустерман фото
Эта цитата ждет обзора.
Фридрих Шиллер фото

„С помощью ветра ржавчина с барбариса переносится на относительно небольшие расстояния на злаки, с последних ветром же — на более далекие расстояния.“

Фридрих Шиллер (1759–1805) немецкий поэт, философ, теоретик искусства, драматург, профессор истории и военный врач

ветер,цветок
Источник: проза