Цитаты о сердце

страница 17

„Под этой игривой мальчишеской оболочкой бьется сердце безжалостного маньяка-садиста.“

„Возьми меня с собой спать, в самый сонный сон, я буду лежать очень тихо: только сердце (которое у меня — очень громкое!). Слушай, я непременно хочу проспать с тобой целую ночь — как хочешь! — иначе это будет жечь меня (тоска по тебе, спящем) до самой моей смерти.“

„Говорите! Говорите друг с другом! Гуляйте по вечерам, взявшись за руки, по утрам по дороге к метро, перед сном, уже засыпая… Говорите друг другу о себе! Открывайте своё сердце. Не лгите! Не таитесь! Верьте! И тогда, когда один собьётся с пути, другой сможет его подхватить. Потому что будет знать его, как себя. А значит, сможет всегда понять и простить.“

„Она идет издалека. Неизвестно откуда, неизвестно куда. Она просто влюбленная женщина. Ее нежность и терпение безграничны. Ее поцелуи оставляют шрамы в сердце. Ее глаза полны боли и самоотречения.“

„Конечно, зомби любила меня. Она отдала мне свое сердце. М-м-х-х-м-м. И свою руку после замужества.“

„Тартини может найти самые редкостные и искусные аккорды, но без мелодии вы услышите только прекрасно отделанный шум; если он и не покажется неприятным для уха, то во всяком случае он оставит голову пустой, а сердце холодным.“

„Любой из нас знает свою маму с первой секунды жизни. Не рождения! Жизни! Маленькое Чудо, поселившись в животе мамы, слышит её голос, чувствует биение её сердца и знает: так звучит сама Жизнь.“

„Давно замечено, что любопытство тоже
Сердца иные жжет и на любовь похоже.
Так, словно милостыню ей дает, и сраму
Ему не избежать, и он старался зря:
Хотел понравиться — и оскорбил, даря.“

„Сердце и ум имеют лишь совещательный голос. Решающий остаётся за телом.“

„Сердцу ненавидеть непривычно,
Сердцу ненавидеть несподручно,
Ненависть глуха, косноязычна.
До чего с тобой, старуха, скучно! Видишь зорко, да ведь мало толку
В этом зренье хищном и подробном
В стоге сена выглядишь иголку,
Стены размыкаешь взором злобным. Ты права, во всем права, но этой
Правотой меня уж не обманешь,-
С ней глаза отводятся от света,
С ней сама вот-вот старухой станешь. Надоела. Ох, как надоела.
Колоти хоть в колокол набатный,-
Не услышу. Сердце отболело,
Не проймешь. Отчаливай обратно. Тот, кто подослал тебя, старуху…
Чтоб о нем ни слова, ни полслова,
Чтоб о нем ни слуху и ни духу.
Знать не знаю. Не было такого. Не было, и нету, и не будет.
Ныне, и по всякий день, и присно.
Даже ненавидеть не принудит,
Даже ненавидеть ненавистно.“

„Если нос холодный, то биатлонное сердце всегда горячее.“

„Я готов хоть на казнь за своё божество,
Легче мне умереть, чем не видеть его.
Мой цветок с полуслова меня разберёт,
И поэтому он мне дороже всего. Ты одна дашь мне силы мученье стерпеть.
Я с тобою — и сердце моё не мертво.
Если буду с тобой хоть минуту вдвоём,
Не хочу ничего, не боюсь никого..“

„Вычеркивать людей нужно не простым карандашом – так, чтобы можно было стереть зачеркнутое и начать все сначала, — а черным маркером, не оставляющим пути назад. И не только из жизни, а из головы и из сердца – тоже. Прекратите делать себе больно. Вы действительно можете это. Или кто-то здесь хочет пострадать всласть? Что ж, тогда милости просим в Клуб тех, кто никак не может порвать со своим прошлым.“

„Процветание ожесточает сердце.“

„О если бы на свете
Вовсе не бывало вас,
Цветущие вишни,
Наверно, тогда бы весною
Утешилось сердце мое.“

„Обремененность вещами и свобода от вещей коренятся в нашем сердце. Для прозревшего правду даже лавка мясника и придорожная харчевня – все равно что царство Чистой Земли. Не изведавший прозрения, даже окружая себя лютнями и журавлями, цветами и травами, не вырвет демонов из своего сердца. Одно изречение гласит: «Для того, кто прозрел истину, мир пыли – все равно что мир воистину существующего. Тот, кто не прозрел истину, даже уйдя в монахи, не отличается о мирянина». Верьте этим словам.“

„Слово с делом примири, чтоб уста и сердце впредь
Не напомнили тебе позолоченную медь.“

„В каком же пренебрежении пребывает любовь, коль скоро ее символ — сердце — вырезают на дверях деревенских клозетов!“

„У нас странное понимание многих вещей… Если вера в Бога, то он живет на небе или в особенном месте, куда можно прийти и помолиться, хотя сами при этом думаем, что он создал все… Так если он создатель всего, так может он везде и во всем? Если любовь, то мы ее почему-то связываем с сексом… Хороший секс — люблю… Не хороший — не люблю… Так может он хорошим и становится только потому, что любишь? Любовь ведь обладает уникальным свойством все улучшать, и с ее помощью все становится прекрасней… Любовь, она прежде всего в сердце, и даже говорим мы о ней, используя это слово… Так чего же ее ищем ниже пояса? Деньги — это вообще уникально… Так их хотим и так сильно при этом боимся разбогатеть, зажраться, стать сволочью оттого, что богат… Так может дело не в деньгах, а в человеке, имеющем богатство? Может, когда разбогатеешь, стоит больше делиться с миром, ведь он с тобой поделился, дав тебе эти дары… Смотри на мир глубже и с разных сторон — это поможет стать счастливее…“

„Что от нас ты хочешь, Боже, за свои щедроты,
За свои благодеянья, коим нет и счета!
Ты не только во костеле — все полно тобою:
Бездна, море, чисто поле, небо голубое.
Знаю, ты не жаждешь злата — ибо ведь твое лишь
Все, что людям в этом мире счесть своим позволишь.
И от чистого мы сердца чтим тебя, о Боже,
Ибо жертвы не найдется для тебя дороже.“

„Где эти старики седые, Что были сердцем благородны, И где герои молодые, Что быстрой молнии подобны? Где юноши во цвете лет, Где те красавцы в полной силе? Ты видел их в глаза — их нет, Тех, что прекрасно говорили!“

„В одиночестве человек — слабое существо, в единении с другими — сильное. Глубокий, проникающий в сердце взгляд друга, слово его совета, его утешения раздвигают и поднимают низко насевшее над ним.“

„Самые сухие сердца всегда легче воспламеняются.“

„Стихотворение подобно человеку — у него есть лицо, ум и сердце. Если человек не дикарь и не глупец, его лицо всегда более или менее спокойно. Так же спокойно должно быть и лицо стихотворения. Умный читатель под покровом внешнего спокойствия отлично видит все игралище ума и сердца.“

„Горные леса — место возвышенного уединения, но стоит принести туда страсти, и оно уподобится базарной площади или царскому двору. Каллиграфия и живопись — изысканные занятия, но стоит заразиться алчностью, и они уподобятся рыночному торгу. Когда сердце не запачкано, мир желаний — царство блаженных. Когда сердце опутано страстями, страна радости превратится в океан страданий.“

„Искренность в отношениях важна. Чем мы больше рассказываем мужчинам, что у нас в голове, тем проще мужчине. Но не всегда выбирается правильная форма высказывания. Но если вы любите, сердце подскажет, что некоторые вещи говорить нехорошо, они ранят.“

„О сердце человечье, ты все в кровоподтеках,
Не мучься, не терзайся, отдохни!
Ты свыкнешься с увечьем, все дело только в сроках,
А как тепло на солнце и легко в тени!
Не мучься, не терзайся, родное, дорогое,
Не мучься, не терзайся, отдохни!
Увечья не излечит мгновение покоя,
Но как тепло на солнце и как легко в тени!“

„Нож истины так ранит больно!
Зачем мне правду знать?
Я плачу, я кричу: «Довольно
Любовь мою терзать!
Уж лучше в сердце — колья…»“

„В сердце каждой женщины есть особый уголок для грехов, которые она так никогда и не совершала…“

„Путь небесной истины невообразимо широк. Стоит лишь немного помечтать о нем, и на сердце становится легко и просторно. Путь людских страстей поразительно узок. Стоит вступить на него, и перед глазами вечно будут колючие травы да грязные лужи.“

„Если хочешь любить долго, люби рассудком, а не сердцем.“

„Мне всего вдоволь, и сколько же приобретает настоящее, если ничего не ждать и никого не селить близко к сердцу: как будто тебя прибрали, вынесли из тебя семь пакетов барахла, и в тебе оказалось так много места для солнца и воздуха, и такой вид прекрасный из тебя открывается, что тебе впервые никуда не хочется из себя переезжать.“

„Я всё время говорю: мы все путники в небесный Иерусалим, дайте пройти дорогу, чтобы в конце можно было сказать, что я — истинно верующий человек. У нас много есть соблазнов, вещей, сбивающих с пути истинного, и мы на них поддаёмся. А потом приходим, каемся и опять грешим. Что делать… <…> А мы не знаем, через что дорога к Богу лежит. Бывает — через слёзы, боль и кровь, а иногда — через веселье или какое-то внутреннее открытие. Поэтому если кто-то в фильме увидит только развлекалово — ну, что же поделаешь. Но мы пытались всё сделать по-честному. Мы же всё равно все существуем в пространстве Чехова. Пьём чай, а тем временем бьются сердца, разбиваются судьбы.“

„Стыдливость — мать самой прекрасной из всех страстей человеческого сердца — любви.“

„Очень трудно обсуждать будущее какой-нибудь системы, не определившись с тем, что она представляет собой на самом деле. Наши идеальные представления о будущей даме сердца и любящей жене, связанные с её красивым личиком или стройной фигуркой, вполне могут разбиться о её скверный характер или об её нежелание брать на себя часть забот о ведении совместного хозяйства. Так бывает — ведь часто мы судим о других людях, исходя из наших собственных идеалов и заблуждений, да и себя часто воспринимаем отнюдь не через призму суровой реальности или отражение в зеркале, а через наши романтические представления о своей натуре. И если такая ошибка в межличностных отношениях может стоить вам, максимум, потерянного времени и денег и приведёт к разводу и разделу имущества, то в случае взаимоотношений между государствами, это, скорее всего, приведёт к враждебности, а то — и открытой войне между ними. Что мы, собственно говоря, уже и наблюдаем на примере современного украинского кризиса.“

„Правду жизни поднимать до уровня сердца, а сердце нести высоко.“

„Без надежды может разбиться сердце.“

„Любви недостижимо торжество -
Так пусть хранима будет сердца тайна
Безмолвьем уст и сухостью ресниц!“

„О как хорошо, как тихо,
Как славно, что я одна.
И шум и неразбериха
Ушли, и пришла тишина.
Но в сердце виденья теснятся,
И надобно в них разобраться
Теперь, до последнего сна.
Я знаю, что не успеть.
Я знаю — напрасно стараться
Сказать обо всем даже вкратце,
Но душу мне некуда деть.
Нет сил. Я больна. Я в жару.
Как знать, может, нынче умру…
Одно мне успеть, одно бы —
Без этого как умереть?—
Об Анне.. Но жар, но ознобы,
И поздно. Прости меня. Встреть.“

„Влюбленный спросил меня: «Пишешь газели, как прежде писал?»
«О нет! – я ответил. – Не нужно мне больше хулы и похвал». «Что так?» – он спросил. «Заблужденья ушли, – так я молвил в ответ. –
Тому, что ушло безвозвратно, возврата из прошлого нет. Слагал я газели, касыды, сатиры писал без числа,
Затем что влюблен был, и алчен, и ненависть в сердце жила. Один не заснет, не задремлет, все ночи гадает над тем,
За чей ему счет поживиться, где взять ему лишний дирхем; Другой распростился с покоем, все дни размышляет о том,
Как сахарный рот возвеличить, как локон прославить стихом; А третий, как пес одряхлевший, желает и ждет одного:
Чтоб враг ему в лапы попался, который слабее его. От этих трех псов шелудивых избавь, милосердный Господь,
Мою изнемогшую душу, мою полоненную плоть! Газели, касыды, сатиры, – навек позабыть их дозволь!
Доколь мне насиловать сердце, свой ум угнетать мне доколь? Метанье словесного сора пристало ль мужам, Анвари?
Коль некогда слыл ты болтливым, тем строже уста затвори! На путь благодатный спасенья ступи одинокой стопой,
Два три мимолетных мгновенья – и кончится искус земной!»“

„Народ тянется только к классическому искусству, потому что только оно вызывает в человеке самые возвышенные чувства, даёт пищу для души и сердца. Идёт человек по пустыне, и нужен ему лишь глоток воды. Так и классическое искусство очищает и облагораживает души людей, зовёт их к добру, а иначе зачем оно нужно!“

„Настанет весна, стает снежный покров,
И мир превратится в море цветов.
Но есть в моём сердце местечко одно,
Которое не расцветает давно.“

„К этому присоединяется некоторая мягкость сердца, не чуждая сильному характеру, но всегда вредная для достижения политических целей.“

„Стихи — это трепет сердца, волнение души и слёзы. А слёзы есть не что иное, как чистая поэзия, отвергнувшая слово.“

„Философия открывает человеку убежище, куда не проникает никакая тирания, долину внутреннего мира, лабиринт сердца, и это раздражает тиранов.“

„Несомненно, что существуют сердца, созданные друг для друга, такие, которые никогда никого не полюбили бы, если бы им не посчастливилось встретиться. Стоит им только встретиться, как они сразу чувствуют, что предназначены друг для друга и что счастье их заключается в то, чтобы никогда не разлучаться. Какая-то тайная сила побуждает их любить друг друга; им нет нужды в уверениях, испытаниях, клятвах – у них мгновенно рождается взаимное доверие, которое и побуждает их беззаветно отдаться друг другу.“

„Для того чтобы сохранить отношения, нельзя лезть под кожу своему партнеру. Мой муж – это не моя нога, не мое сердце. Это мужчина, который со мной живет. И если он не хочет мне что-то говорить или показывать, значит, у него есть причина это от меня скрыть. В любом случае это его выбор, его право.“

„От нас требуется все время спешить, бежать так, чтобы сердце вырывалось из груди. Буквально вываливалось наружу. Бешеный темп, мельтешение букв и призывные сигналы. Изо дня в день мы все стремительнее несемся куда-то.“

„У твоей могилы вечный непокой,
Приглушенный говор суеты людской.
Что же мне осталось, ангел мой небесный!
Без тебя погибну в муке бесполезной.
Без тебя погибну в немоте железной.
Сердце истомилось смертною тоской.
Горе навалилось каменной доской.“

„Всем сердцем я платила за алмаз,
А оказался он простой стекляшкой.“

„Россия! Что за боль прощаться с ней!
Кто едет за деньгами, кто за славой;
чем чище человек, тем он сильнее
привязан сердцем к родине кровавой.“

„Говорить о важности воображаемого героя очень сложно. А герои очень важны. Они говорят нам нечто о нас самих. Учебники истории рассказывают о том, кем мы были, документы — о том, кто мы есть сейчас. Герои говорят о том, кем мы хотим быть. И многие наши герои меня огорчают.
Но, знаете, когда создавали именно этого героя, Доктора Кто, ему дали не пистолет, а отвертку, чтобы он мог все починить. Ему дали не танк, не военный корабль, ему дали телефонную будку, из которой вы можете позвать на помощь. Ему не дали суперсил, остроконечных ушек или испепеляющих лучей, ему дали дополнительное сердце. Ему дали два сердца! И потрясающе то, что момент, когда нам не понадобится такой герой, как Доктор, никогда не настанет.“

„Самая возвышенная цель искусства — заставлять биться человеческое сердце, и так как сердце — центр жизни, искусство должно постоянно находиться в теснейшей связи со всей моральной и материальной жизнью человечества.“

„Из всей земной музыки ближе всего к небесам — биение истинно любящего сердца.“

„Искала душу.
Вертела сердце в руках.
Раздвигала рёбра.
Душу нашла — в мозгах. Искала Бога.
Вертела сердце в руках.
Раздвигала ребра.
Бога нашла — в мозгах. Искала тебя.
Вертела и раздвигала.
И ничего не нашла.
Нигде.
Ничего.“

„То, к чему стремится наше сердце, находится на субъективном уровне бытия, а это значит, что это невозможно доказать или проверить обычными средствами.“

„У каждого народа есть свой мозг, своя душа, своё сердце, свои глаза, есть свои фекалии. Есть свои отбросы.“

„Я сердец, которых горе пощадило, — не встречал.
Пусть назло мне, — где то сердце, что живет в покое, где?
Из всего, что сохранило время от минувших дней, —
Стен, воздвигнутых судьбою, кто прочней построил, где?“

„Только открыв свое сердце, можно осветить им путь себе и другим.“

„Церковь всегда признавала войну злом, проявлением гнездящейся в человеческих сердцах братоубийственной ненависти. Однако Церковь не запрещает своим чадам участвовать в боевых действиях, если речь идет о защите Отечества, свободы и безопасности ближних. В таких случаях война считается крайне нежелательным, но вынужденным средством. <…> Мы убеждены: злая воля должна быть остановлена. Иногда это требует применения силы, и мы с горечью признаем эту печальную необходимость.“

„Когда разум приходит к покою, начинаешь ценить свет луны и дуновение ветра и понимаешь, что в заботах мирской жизни нет необходимости. Когда в сердце своем ты далек от мирской суеты и ты не чувствуешь потребности красоваться перед людьми, зачем тосковать по безлюдным горам?“

„Следуй зову своего сердца, даже если оно увлекает тебя на тропу, которой избегают трусливые. Как бы ни было тебе трудно, не позволяй себе ожесточаться.“

„Ты знаешь, сердце, что такое друг?
Он должен быть твоей судьбою — друг.
Для этого иди такой тропой,
Чтоб восхищался бы тобою друг.
Ищи такого, чтобы за него
Но жаль пожертвовать собою, друг!
Но в то же время, чтобы за тебя
Рискнул бы также головою друг.
Когда такого в жизни ты найдешь,
Не становись к нему спиною, друг.
В любой тоске, в томлении любом
Придет с улыбкою родною друг.
Два века надо жить, чтобы понять,
Чтобы осмыслить золотое — «друг»…
Не шутка это — хорошо дружить,
А дружба — дело непростое, друг.
Деяньем дружбу нужно доказать —
Не всякий друг тебе душою друг.“

„Смотрите и думайте, прежде чем открывать затвор. Сердце и разум – это истинный объектив камеры.“

„Любовь – это и есть мир! И этот мир несовершенен, потому что мы не умеем любить. Нам мешает наша воля. Почему-то нам кажется, что мы знаем, как правильно… Мы дрессируем животных, указывая им на их незавидное место, мы учим детей на своих ошибках. Но они все равно будут ошибаться! Мы не умеем любить! Но у нас есть возможность – научиться. На это и жизнь дана. Я «разбрасываюсь» словом «любовь», потому как смею надеяться, что от этого на земле станет чуть больше тепла, чуть больше огня в сердце получившего мое послание. Любовь – это огонь в сердце, это маленький Бог, живущий в нас. И мы должны его в себе растить. Это наша прямая обязанность по отношению к нам самим. Потому что мир вертится вокруг нас. Мы должны понять, что мы в состоянии сделать его лучше. С любовью!“

„Точно так, как человеку иногда посылаются мысли, вдохновения, чувства, которые лучше его, так, кажется, какая-то темная, посторонняя сила зарождает в нем иногда такие, которые хуже его, которых он, несмотря на свое падение, никогда не желал, никогда не искал, от которых силится и не может освободиться: не есть ли это доказательство того, над чем смеются или по крайней мере хотят смеяться питомцы философии 18 века? Доказательство существования врага, сеющего плевы посреди пшеницы душ человеческих? Мысли эти, говорю, не грех, но наказание: бог их допускает, дозволяет врагу терзать ими того, кто для этого врага приготовил храмину «убранну и пометену»; но и они, если только грешник обратится всем сердцем к богу, и они должны же наконец служить к благу и спасению: обратившемуся они напоминают прежнее его осквернение, сделавшее его вместилищем подобных чудовищ, и тем предохраняют от духовной гордости.“

„Как далеко ты от меня! Но пусть я ослепну, если твой образ не стоит всегда перед моими глазами. Твой портрет – здесь на столе, и здесь, возле моего сердца. А где ты? Там, в сказочном Париже, танцуешь на величественной театральной сцене на Елисейских полях.“

„Вряд ли моё сердце было естественно расположено к такой любви. Но обстоятельства помогли мне. Чтобы преодолеть природное безразличие, я расположился посередине между нищетой и солнцем.“

„Вышел волк голодный, видит полн ягнят простор степной,
Медленно проходит стадо мирной пастьбою ночной.
Режет волк овец. А овцы щиплют сочную траву.
Волк и овцы наполняют с жадностью желудок свой.
Волк траве — ягненок мирный, а для волка он — трава.
Помни это! Редко встретишь меткий оборот такой.
Помни это выраженье, зорче в жизнь свою вглядись:
Волком быть или ягненком, бойся участи любой!
Ты в погоне за ягненком? Но, глупец, не забывай:
На тебя, как на ягненка, смотрит кто-нибудь другой.
Ты не волк и не ягненок? Почему же при дворе
Состоишь? Без оговорок дашь ли мне ответ прямой?
Не гордись, что хлеб пшеничный и ягненка ешь, а друг
Черствый хлеб, отсевков полный, ест с холодною водой.
Одинаково придется как тебе, так и ему
Вечность пролежать недвижно без обеда под землей.
Разве ты услышишь это, разве сердцем ты поймешь,
Если уши внемлют пенью, если взгляд пленен игрой?
Удивительного хочешь. Чуда в жизни ищешь ты.
Что ж в окно через решетку смотришь ты па мир земной?
Нет, гляди и удивляйся на себя, что скован ты
Цепью крепкою под этой высью вольной голубой.
Что в неведении жалком чистая твоя душа,
Как сова, живет в руинах, в сумрачной степи глухой!
Что тебе от этих пышных цветников, садов, дворцов?
Плоть твоя — чертог прекрасный, панорама — разум твой.
Спишь ты сладко. Над тобою днем и ночью небосвод
Колыбельным пеньем веет, а не громом, не грозой.
Если жизнь провесть ты хочешь, как осел, в еде и сне,
Ты душой увязнешь в муках, как в грязи осел зимой.
Чтоб с лицом, покрытым прахом, не предстать пред судией.
Чистою водою знанья лик души своей омой!
Баня, мускус и бальзамы старости не победят;
Старые стирать одежды и утюжить — труд пустой.
Ведь они не обновятся… наставления прими,
Хоть совет полезный горек, как целительный настой.
Сохрани же от худжата хорасанского навек
Слово доброго совета, слово мудрости живой!“

„Наблюдай за природой вокруг себя, за насекомыми, за растениями, не как за неподвижным зрелищем, а как за потоками созидательных сил. Закрой глаза и представь себя центром этих потоков таким образом, что твоё сердце и сердце мира едины. Этот союз приносит великую мудрость.“

„Друг отшатнулся от меня вчера,
Увидев, что прошла моя пора.
Любимая дорогу позабыла
Сюда, ко входу моего шатра.
Неужто потому, что исхудал я —
Стал тоньше соколиного пера,
Ты не узнал меня, мой собеседник,
Со мною проводивший вечера?
Мой стаи, как ручка посоха, согнулся..
Когда дохнули зимние ветра,
Увял мой цвет, и лик румяный бледен
Стал, как зола угасшего костра…
Но против гнета времени слепого
Есть в сердце сила у меня одна —
Моя опора и моя защита,—
Величие духовное она.
Над разумом моим и над душою
Власть небесами диву не дана.
Хоть все, что сделать мог со мной, он сделал:
Гляди, как плоть моя измождена.
И побелела борода, что прежде
Была, как амбра свежая, черна.
Но эта плоть жемчужнице подобна,
И в ней жемчужина заключена.
Стремиться буду к действенному знанью,
Пока стена Юмгана мне верна.
Я страха перед временем не знаю,
Я независим, жизнь моя вольна.
Покамест на меня не взглянет время,
Мысль от него моя отвращена.
Судьбы-верблюда моего веревка
Не будет в руки шаху отдана.
Стремлением к презренному величью
Моя одежда не загрязнена.
И никогда, пока владею телом,
Душа врагу не будет предана.
Вовек не будет милость недостойных
Как оскорбленье мне нанесена.
По степи знаний и высоких споров
Крылатого гоню я скакуна.
В пыли его копыт тропа кривая
Противников теряется, темна.“

„Сердце, воображение и разум — вот та среда, где зарождается то, что мы называем культурой.“

„Если чьё-то имя согревает твоё сердце, не ищи этому причины, объяснения или названия. Прими происходящее как данность и крепче сомкни уста…“

„Вода в графине — чудо из чудес,
Прозрачный шар, задержанный в паденье!
Откуда он? Как очутился здесь,
На столике, в огромном учрежденье?
Какие предрассветные сады
Забыли мы и помним до сих пор мы?
И счастлив я способностью воды
Покорно повторять чужие формы.
А сам графин плывет из пустоты,
Как призрак льдин, растаявших однажды,
Как воплощенье горестной мечты
Несчастных тех, что умерли от жажды.
Что делать мне?
Отпить один глоток,
Подняв стакан? И чувствовать при этом,
Как подступает к сердцу холодок
Невыносимой жалости к предметам?
Когда сотрудница заговорит со мной,
Вздохну, но это не ее заслуга.
Разделены невидимой стеной,
Вода и воздух смотрят друг на друга…“

„Сердце требует одной женщины; чувства — многих; тщеславие — всех.“

„Ревнует тот, кто недостаточно ценит себя, сомневаясь, что для другого он может быть избранным, занимать в его сердце особое место.“

„Глупость – это ужасно. Это злая фея… Наша злая колдунья – это глупость… Нет злых людей. Есть люди глупые… Но это не их вина. И есть люди, которые испытывают страх. Они в этом виноваты. Они боятся, и не осознают свой страх… Я думаю, что так оно и выглядит… Определять это – дело философов, а не мое. Я не люблю глупцов, потому что глупость – это лень. Глупец живет и думает, что этого достаточно. «Я живу, мне хорошо, и мне этого хватает». Он не мучается каждое утро мыслью: нет, этого недостаточно – ты не знаешь чего-то, не видишь чего-то, не делаешь чего-то. Я думаю, глупость – это лень. Это жир, который обволакивает сердце и мозг.“

„Человек не может быть счастливым, если сердце его волнуется беспорядочными пожеланиями; если благополучие ближнего возбуждает в нем зависть; корыстолюбие заставляет его домогаться чужого, а честолюбие и ненависть лишают душевного покоя. Из сего следует часть воспитания, имеющая предметом образование сердца и называемая учеными нравственным воспитанием.“

„Что ж, если говорить без фальши,
Ты что ни день — отходишь дальше,
Я вижу по твоим глазам
И по уклончивой улыбке, —
Я вижу, друг мой, без ошибки,
Что нет возврата к чудесам.
Прощай. Насильно мил не будешь,
Глухого сердца не разбудишь.
Я — камень на твоем пути.
Ты можешь камень обойти.
Но я сказать хочу другое:
Наверно, ты в горах бывал,
И камень под твоей ногою
Срывался, падая в провал.“

„Производительность ее сердца не превышала десяти любовей в месяц.“

„Профессия актёра даёт ему возможность превратить в живое, реальное, ощутимое какие-то мысли умных людей, пропустить их через своё сердце и сделать близкими своим современникам.“

„Секундной стрелкой сердце назову,
А душу — этим звёздным циферблатом!“

„Чужое сердце — всегда темный лес, как бы близко оно ни было к нашему.“

„Живи, пока живется, вкушай покой блаженный.
Твоим дворцам высоким нет равных во вселенной.
Едва проснешься утром — отказа не встречаешь
желанию любому иль прихоти мгновенной.
Но в час, когда охватит тебя предсмертный холод
и сердце затрепещет под оболочкой бренной,
внезапно ты прозреешь, и вся земная радость
покажется убогой, ничтожной и презренной.“

„Я могу просто втянуться и создать то, чего хочет моё сердце, или делать всё, что захочу, и полететь в космос, и быть самым лучшим маленьким человеком, которого видел этот мир.“

„Какая тюрьма темнее, чем сердце? Какой тюремщик строже, чем ты сам?“

„Это глупо. На это нельзя ответить. Разве можно предсказать, как будет биться сердце в ближайшее время? Перо ведь только сейсмографический грифель сердца. Им можно регистрировать землетрясения, но не предсказывать их.“

„закрываем двери квартир.
ключи под коврик,
по-приятельски улыбается дворник
и этот предательски огромный мир. проводник проводит нас туда,
где все, как в фильмах ч\б,
чище сердца и вода
и мы одни в этом темном купе. и все эти станции запомнят твои интонации,
и твой шёпот, будто шумит прибой,
и в странном танце декламаций
звучат слова:
люблю,
остаться,
с тобой.“

„Возможно, она и не могла похвастаться явными талантами, выдающимися достижениями или яркой внешностью, но зато она умела любить всем сердцем и искренне улыбаться миру.“

„Отдайте гинеи и фунты, но не отдавайте сердца.“

„В зависимости от ситуации. Я не умею быть нахрапистым, но умею дружить, и для меня очень важны слова: честь, достоинство, любовь, дружба. Когда-то мой дед сказал: «Люби Родину больше, чем свою жизнь. Сердце отдай людям. Душу — Господу Богу. А честь оставь себе». С годами я понял, что только так и нужно жить. Этого же я хотел бы пожелать всем своим соотечественникам. Уважать себя, никогда не кривить душой и не предавать себя.“

„— Говорят, глаза — зеркало души. А что для вас голос?
— Это один из инструментов в работе актера, и он должен быть отлажен, отточен, гибок. Актера со сцены должно быть слышно, даже если он говорит шепотом. Голос может помочь артисту показать возраст персонажа, черты характера, род деятельности и так далее. Но также на сцене очень важна живая интонация, живая фраза, которую нельзя придумать дома. Она должна рождаться в данную минуту, в диалоге, в тех обстоятельствах, в которых находится герой, и тогда она точна и уникальна и проникает в самое сердце зрителя. Мы всегда узнаем голоса великих актеров — Раневской, Смоктуновского, Высоцкого, Юрского и многих других, — не видя их самих, ведь эти голоса выражали суть персонажа, трепет его души.“

„Фотографировать — это в один и тот же миг, в малейшую долю секунды признать факт и строгую организацию увиденных форм, которые выражают этот факт. Это поставить на одну линию прицела голову, глаз и сердце.“

„Пустое сердце бьется ровно. Нужно повышать уровень задач. Нужно попасть в критические условия. И тогда возможны открытия.“

„В пространстве и времени Бог может найти себя лишь в глубине человеческого сердца, но только в самой последней его глубине.“

„Земная поверхность изрыта всегда, —
Не мчись на коне, опустив повода.
Слова свои взвесь и от сердца суди,
Дорогу разведай, — не встретит беда.
Настигнет беда — я не стану стенать,
Пред смертью душа моя будет тверда.
Но в чести нет радости — слеп этот мир,
Нет пользы от жалобы — глух он всегда!“

„Слушаю сердце.
Систола говорит да.
Диастола нет.“

„Когда мы стали такими злыми?..
Почему у нас вместо сердца пустой конвейер?..“

„Я стою перед вами и полагаю, что президентство имеет большие перспективы. Мы живем в мирное, благополучное время, но мы можем сделать его еще лучше. Когда подует новый ветер, и мир, обновленный свободой, покажется родившимся заново, в сердцах людей дни диктаторов закончатся. Тоталитарная эра проходит, старые идеи сдуваются как листья со старых безжизненных деревьев. Дует новый бриз, и нация, обновленная свободой, готова к действиям. Есть новая земля, которую следует вспахать, и новые действия, которые следует предпринять.“