Цитаты о предел

страница 2

„Наш язык напоминает мне это мытье посуды. У нас грязная вода и грязные полотенца, и тем не менее мы хотим сделать тарелки и стаканы чистыми. Точно так же и с языком. Мы работаем с неясными понятиями, оперируем логикой, пределы применения которой неизвестны, и при всем при том мы ещё хотим внести какую-то ясность в наше понимание природы.“

Нильс Хенрик Давид Бор (1885–1962) датский физик-теоретик и общественный деятель, один из создателей современной физики

„Солдаты! Вторая польская война началась. Первая окончилась в Фридланде и в Тильзите. В Тильзите Россия поклялась быть в вечном союзе с Францией и в войне с Англией; ныне она нарушает свои клятвы! Она не желает дать никакого объяснения в странных своих поступках, покуда французские орлы не отойдут за Рейни тем не покинут своих союзников на ее произвол.
Россия увлечена роком. Судьба ее должна свершиться. Не думает ли она, что мы переродились? Или мы более уже не солдаты Аустерлица? Она постановляет нас между бесчестием и войной. Выбор не может быть сомнителен. Идем же вперед, перейдем Неман, внесем войну в ее пределы.
Вторая польская война будет для французского оружия столь же славна, как и первая; но мир, который мы заключим, принесет с собою и ручательство за себя и положит конец гибельному влиянию России, которое она в течение пятидесяти лет оказывала на дела Европы“

Наполеон I Бонапарт (1769–1821) император Франции, полководец и государственный деятель

„В природе женщины заложено любить сильного мужчину. Того, кто сможет защитить. Не от монстров и хулиганов - они не так часто случаются в нашей жизни, а от холодного ветра, злого слова, неприятного взгляда и неудачного дня. Одним объятием можно женщину успокоить. Того, кто сможет выслушать – не оборвать разговор, который у нас, в России, зачастую дороже поступка, а просто посмотреть в глаза и попробовать понять, что человека волнует, хотя бы раз выйти за пределы собственных проблем и услышать женщину. Того, кто сможет тихо произнести «ты моя» и быть рядом не по графику, а по жизни. Сила – она не в мышцах и даже не в поступках, она в простой человеческой поддержке.“

Олег Рой (1965)

„Plus ultra означает дальше предела. Потому что, чем ты сильнее, чем ты умнее, — тем больше тебе видно, что потолка над головой нет. И тем больше в тебе азарта делать с собой все более и более великолепные вещи, тем больше ты способен любить“

Франц Вертфоллен писатель, просветитель, музыкант

„Любые пределы – не важны.

Океаны мелеют, империи падают.

И если их создавать, то лишь ради
того, чтоб в процессе
плотнее срастись друг с другом.

Вот и Дерево Жизни, мой друг.

И нет у меня ничего,

не было

и не будет

из небезразличного

кроме улыбки вашей,

ветреный, алчный и радостный,

летучий, что Змей,

Ахилл.

Не было, нет и не будет

преград, что не перешагну я

во имя твоё.

Аминь.“

Франц Вертфоллен книга О Летучих змеях. Неаполь

„Человечество не может удовлетвориться тесными пределами Земли.“

Николай Фёдорович Фёдоров (1829–1903) русский религиозный мыслитель и философ-футуролог, деятель библиотековедения, педагог-новатор

„Метафизика — это попытка разума выйти за свои пределы.“

Томас Карлейль (1795–1881) британский писатель, публицист, историк и философ

„Национальный долг в разумных пределах был бы благословением для нашей страны.“

Александр Гамильтон (1757–1804)

„Размеры моей благодарности будут безграничны в пределах разумного.“

Семён Теодорович Альтов (1945) советский и российский писатель-сатирик

„Любовь - это выход за пределы своего "я" и слияние с тем прекрасным, что заключено в другом человеке.“

Перси Биши Шелли (1792–1822) английский поэт

„Надежда — это обращение к духу, обращение к сердцу; она выходит за пределы мира непосредственного опыта и бросает якорь за горизонтом.“

Вацлав Гавел (1936–2011) чешский писатель, драматург, диссидент, правозащитник и государственный деятель, последний президент Чехосл…

„Всему есть пределы и какой бы сопротивляемостью ни обладал каждый из нас, в итоге все мы умираем от любви, вернее, от недостатка любви - в конечном итоге это вещь смертельная.“

Мишель Уэльбек книга Возможность острова

„Угасание любви — вот неопровержимое доказательство того, что человек ограничен и у сердца есть пределы.“

Жан де Лабрюйер (1645–1696) французский моралист

„Ты проснулся не от сна, а из мечты, и эта мечта находится в пределах другой и так далее, к бесконечности, которая является количеством песчинок. Путь, который ты должен пройти, бесконечен, и ты умрешь прежде, чем ты действительно проснёшься.“

Хорхе Луис Борхес (1899–1986) Аргентинский писатель, один из основоположников постмодернизма

„До того, как у меня появился ребенок, я думала, что знаю о себе все. Границы моего сердца были исследованы и как же было прекрасно понять, что это не предел. Моя любовь может быть безграничной.“

Ума Турман (1970) американская актриса

„… те вещи, потребление которых необходимо и количество которых безгранично, должны цениться ни во что; те же вещи, полезность которых равна нулю, а редкость достигает крайних пределов, должны иметь бесконечно большую цену.“

Карл Маркс (1818–1883) немецкий философ, социолог, экономист, писатель, политический журналист, общественный деятель

„Велик от Земли до Сатурна предел,
Невежество в нем я осилить хотел.
Я тайн разгадал в этом мире немало,
А смерти загадку, увы, — не сумел.“

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина (Авиценна) (980–1037)

„… Доколе же ты, Катилина, будешь злоупотреблять нашим терпением? Как долго еще ты, в своем бешенстве, будешь издеваться над нами? До каких пределов ты будешь кичиться своей дерзостью, не знающей узды?
… О, времена! О, нравы! Сенат все это понимает, консул видит, а этот человек все еще жив. Да разве только жив? Нет, даже приходит в сенат, участвует в обсуждении государственных дел, намечает и указывает своим взглядом тех из нас, кто должен быть убит, а мы, храбрые мужи, воображаем, что выполняем свой долг перед государством, уклоняясь от его бешенства и увертываясь от его оружия. Казнить тебя, Катилина, уже давно следовало бы…“

Марк Туллий Цицерон (-106–-43 до н.э.) древнеримский философ и политик

„Запад ошибается насчёт России. Он думает, что мы так ослаблены войной, что всё наше могущество уже иссякло. Это ошибка. Нацию, состоящую из ста миллионов людей, способных жертвовать собой за идею, не так легко стереть. Россия жива, и, если будут перейдены известные пределы, она решится воевать… И тогда уж несдобровать любому чужеземцу.“

Михаил Скобелев (1843–1882)

„Сегодня я поймал за хвост беса смирения. Доведённый уже до последнего, до предела, — вдруг подумал: а ведь мудрее и драгоценнее — смириться, быть покорным и благосклонным ко всем и всему. И сейчас же почувствовал, что это от бессонной ночи, целого дня беготни, от голода и тихого дождика за окном. Смирение слабого — бес. Смирение сильного — ангел.“

Владислав Фелицианович Ходасевич (1886–1939) русский поэт, литературный критик, прозаик

„Нет той изюминки, интриги, что тянет за собой вперед; читаешь две страницы книги – и сразу видишь: не попрет; сигналит чуткий, свой, сугубый детектор внутренних пустот; берешь ладонь, целуешь в губы и тут же знаешь: нет, не тот. В пределах моего квартала нет ни одной дороги в рай; и я устала. Так устала, что хоть ложись да помирай.“

Вера Николаевна Полозкова (1986) русская поэтесса, актриса

„Задача барабанщика — вовремя отбивать ритм, басиста — поддерживать ритм, гитариста — играть мелодию, а вокалиста — петь, причём что-то незамысловатое, легко и просто. Мы же всё изменили. Теперь барабанщик играет одну мелодию, басист держит ритм и вводит свою мелодию в дело не мешая остальным, гитарист ведёт главную мелодию, держа в узде первых двух, вокалист же поёт на пределе своих человеческих возможностей. Зачем? Просто мы Led Zeppelin, и нам нет равных…“

Джимми Пейдж (1944) английский музыкант, аранжировщик, композитор, музыкальный продюсер и выдающийся рок-гитарист

„А что случится, когда вы умрёте?
— Ну, или зароют, или сожгут.
— Забавно. Но без веры в загробную жизнь в чем же вы находите утешение во времена отчаяния?
— В человеческой любви и товариществе. Но в наиболее важные моменты я нахожу – нет, не утешение, это не совсем то – я нахожу силу в размышлениях о том, как это прекрасно быть живым и обладать мозгом, который, хотя бы и в ограниченных пределах, способен к пониманию смысла моего существования и наслаждению красотой мира и красотой продуктов эволюции. Великолепие вселенной и чувство собственной малости, которое даёт нам пространство и геологическое время, принижают нас, но в каком-то странно утешительном ключе. Приятно чувствовать себя частью большой картинки.“

Ричард Докинз (1941) английский этолог, эволюционный биолог и популяризатор науки

„Мне кажется интересным, что кино показывает то, что не показывают, и выражает то, что подавляется в повседневной жизни. Это тот опыт, который можно пережить в кино до самого крайнего предела, как своего рода очищение.“

Пак Чхан Ук (1963)

„…мы действуем или бездействуем не под влиянием воли, как часто полагают, а под влиянием воображения… Именно с помощью воображения формируется наше представление о себе, наш внутренний образ. Этот образ, и только он, устанавливает пределы того, на что может нацеливаться наш мозг.“

Вадим Зеланд создатель учения Трансерфинг реальности

„Не выходи вне себя, вернись к самому себе, ибо истина обитает во внутреннем человеке. И если ты найдешь свою природу изменчивой, выйди за пределы и самого себя… Стремись туда, где сияет сам свет разума.“

Аврелий Августин (354–430) епископ Гиппонский, философ, влиятельнейший проповедник, христианский богослов и политик

„Общество виновато во всем том, что совершается в его пределах; всякая дрянная личность самим фактом своего существования указывает на какой-нибудь недостаток в общественной организации.“

Дмитрий Иванович Писарев (1840–1868) русский публицист и литературный критик, революционный демократ

„Животному сама природа определила круг действий, в котором оно должно двигаться, и оно спокойно его завершает, не стремясь выйти за его пределы, не подозревая даже о существовании какого-либо другого круга. Также и человеку божество указало общую цель — облагородить человечество и самого себя…
Божество никогда не оставляет совершенно смертного без руководителя; оно говорит тихо, но уверенно.
Но это — легко заглушаемый голос…
Мы должны поэтому серьёзно взвесить, действительно ли нас воодушевляет избранная профессия, одобряет ли её наш внутренний голос, не было ли наше воодушевление заблуждением, не было ли то, что мы считали зовом божества, самообманом.
Размышления юноши при выборе профессии (12 августа 1835 г.).“

Карл Маркс (1818–1883) немецкий философ, социолог, экономист, писатель, политический журналист, общественный деятель

„Цель — это определённый, заранее запланированный, ожидаемый результат, достигаемый в пределах отведенного промежутка времени. Другими словами, когда человек планирует своё будущее и в полной мере берёт на себя ответственность за свою жизнь в настоящем.

Если человек не знает цели жизни, он начинает злоупотреблять ею, впустую растрачивая время. Не расставлять приоритеты, а пускать всё на самотёк.“

Алексей Христинин

„"Ты выбираешь людей, в которых хочешь вкладываться, с которыми ты хочешь идти рука в руку, нога в ногу ещё десятилетия и десятилетия твоей жизни.

По идее, твоя семья — это должны быть люди, с которыми тебе не жалко пойти дальше предела. За которых тебе не жаль умереть и для которых тебе так хочется жить. Вот это — это семья."

— Франц Вертфоллен“

Франц Вертфоллен кино Шот Жизни

„Предел хитроумия — умение управлять, не применяя силы.“

Люк де Клапье Вовенарг (1715–1747) французский философ, моралист и писатель

„Каждый в пределах своей пусть остаётся судьбы.“

Публий Овидий Назон (-43–17 до н.э.) римский поэт

„Языку назначим некоторые правила и пределы, так чтобы наперед взвешивать выражения и потом уже произносить слова, а мысль приучим не вымышлять ничего вредного, а если что-нибудь подобное привзойдет извне, отвергать это, как излишнее и могущее повредить.“

Иоанн Златоуст (349–407) архиепископ Константинопольский, богослов

„Совместимость жестокости с чистой совестью — предел мечтаний для моралистов. Поэтому-то они и выдумали ад.“

Бертран Рассел (1872–1970) британский философ, логик и общественный деятель

„Ничто, применимое к физическому миру, не применимо к Богу. Он отрешен от всякой границы или предела, от ассоциации с чем бы то ни было, от всякого естественного закона.“

Рамбам (1138–1204) еврейский философ, раввин, врач и разносторонний учёный своей эпохи, кодификатор законов Торы

„Если же в зоне конфликта кто-то видел чеченца, то это его личное дело. Чеченцев три миллиона и две трети из них проживает за пределами ЧР, в т. ч. на Западе. Мы не можем и не должны знать, кто из них куда едет.“

Рамзан Ахматович Кадыров (1976) российский государственный и политический деятель, глава Чеченской Республики

„Каждая вещь, доведённая до предела, становится невыносимо тягостной, если не канцерогенной.“

Урсула Крёбер Ле Гуин (1929–2018) американская писательница-фантаст и литературный критик

„Наихудшее правительство — наиболее нравственное. Правительство, состоящее из циников, часто терпимо и гуманно. Но если у власти фанатики, притеснениям нет предела.“

Генри Луис Менкен (1880–1956) американский журналист, эссеист, сатирик

„Достижения науки не могут оставаться достоянием узкой олигархии; все, в пределах возможного, должны быть приобщены к ее благам.“

Марселен Бертло (1827–1907) французский физико-химик, общественный и политический деятель

„В 1991 году было совершенно безнравственным делом бросить соотечественников за пределами России и даже не предоставить им автоматически российского гражданства.“

Виктор Степанович Бирюков (1962) российский предприниматель и политик

„В подсознании людей глубоко укоренилась мысль о том, что Вселенная должна быть логичной. Но реальность всегда, хотя бы на шаг, уводит нас за пределы логики.“

Фрэнк Герберт (1920–1986) американский писатель-фантаст

„Со стороны, может быть, это и выглядело как чудо. Мы мобилизовались до предела. И даже по глазам было видно: не можем проиграть. Как бы игра ни складывалась. Ни один из ребят не дрогнул! (о победе на Олимпийских играх в Лондоне).“

Сергей Юрьевич Тетюхин (1975) российский волейболист

„Люди говорят, что я езжу как сумасшедший, на трассе и за её пределами. Они говорят, что я безумный, потому что улыбаюсь, когда мне грозит опасность. Может быть я немножко сумасшедший, но дайте я вам кое-что скажу — я умру счастливым человеком, потому что буду делать то, что даёт мне почувствовать себя живым.“

Жиль Вильнёв (1950–1982) канадский автогонщик

„Пределы наук походят на горизонт: чем ближе подходят к ним, тем более они отодвигаются.“

Пьер Буаст (1765–1824) французский лексикограф и поэт

„Действуя за пределами курятника, я всякого навидался. Я вел дела с людьми в высшей степени нечестными, потому, что у меня не хватало реального жизненного опыта. Я не умел отличить мошенника от честного человека.“

Роберт Кийосаки (1947) американский предприниматель, инвестор, писатель и преподаватель

„Если ты ищешь предел, то будь готов к тому, что тебе будет необходимо преодолеть его.“

Жиль Вильнёв (1950–1982) канадский автогонщик

„И твой полёт пребудет вечен.
Предела миру нет за мной! -
Воображенье, опусти
Крыле отважного полёта;
Конца миров не обрести:
Велик, чудесен зодчий света!“

Платон Григорьевич Ободовский (1803–1864) российский писатель, драматург, педагог

„Двадцать первый век станет веком осознания. Число тех, кто знает себя в лицо, прибывает с каждым днем. Они бросают вызов. Они танцуют со Вселенной. Они ставят цели, которые находятся за пределами их жизни, и получают радость от следования пути. Они добиваются успеха.“

Лиса Крео

„Узбекистан не присоединится ни к какому военно-политическому блоку, не допустит размещения на своей территории иностранных военных баз, пребывания наших военнослужащих за пределами страны.“

Ислам Абдуганиевич Каримов (1938–2016) советский и узбекский государственный и политический деятель, президент Узбекистана (1990-2016)

„Прошлое — это колодец глубины несказанной. Не вернее ли будет назвать его просто бездонным?
Так будет вернее даже в том случае и, может быть, как раз в том случае, если речь идет о прошлом всего только человека, о том загадочном бытии, в которое входит и наша собственная, полная естественных радостей и сверхъестественных горестей жизнь, о бытии, тайна которого, являясь, что вполне понятно, альфой и омегой всех наших речей и вопросов, делает нашу речь такой пылкой и сбивчивой, а наши вопросы такими настойчивыми. Ведь чем глубже тут копнешь, чем дальше проберешься, чем ниже спустишься в преисподнюю прошлого, тем больше убеждаешься, что первоосновы рода человеческого, его истории, его цивилизации совершенно недостижимы, что они снова и снова уходят от нашего лота в бездонную даль, в какие бы головокружительные глубины времени мы ни погружали его. Да, именно «снова и снова»; ибо то, что не поддается исследованию, словно бы подтрунивает над нашей исследовательской неуемностью, приманивая нас к мнимым рубежам и вехам, за которыми, как только до них доберешься, сразу же открываются новые дали прошлого. Вот так же порой не можешь остановиться, шагая по берегу моря, потому что за каждой песчаной косой, к которой ты держал путь, тебя влекут к себе новые далекие мысы.
Поэтому практически начало истории той или иной людской совокупности, народности или семьи единоверов определяется условной отправной точкой, и хотя нам отлично известно, что глубины колодца так не измерить, наши воспоминания останавливаются на подобном первоистоке, довольствуясь, какими-то определенными, национальными и личными, историческими пределами.“

Томас Манн (1875–1955) немецкий писатель, эссеист, лауреат Нобелевской премии

„Творение не найдёт себя за пределами Творца.“

Александр Шевченко (1974)

„В какие узкие пределы втиснута жизнь множества людей!“

Гай Плиний Цецилий Секунд (Плиний Младший)

„Для печали есть предел, для страха — нет.“

Гай Плиний Цецилий Секунд (Плиний Младший)

„О том, о многом, что в себе хоронишь,
сквозь дни свои неся в себе одном, -
ты никогда ни слова не прорóнишь,
не скажешь ни глазами, ни письмом. Всё бывшее души твоей уделом -
добро и зло, и муку, и любовь -
откроешь ты, достигнув тех пределов,
где, погибая, воскресаешь вновь.“

Готфрид Бенн (1886–1956) немецкий эссеист, новеллист и поэт-экспрессионист

„Истина и заблуждение, подобно всем логическим категориям, движущимся в полярных противоположностях, имеют абсолютное значение только в пределах чрезвычайно ограниченной области.“

Фридрих Энгельс (1820–1895) немецкий философ, политический журналист

„Наука есть игра, но игра не шуточная, игра в хорошо заточенные ножики… Если, к примеру, аккуратно разрезать какую-нибудь картинку на тысячу кусочков и перемешать, а потом попытаться сложить её снова – это всё равно что решить головоломку. В науке головоломку тебе задает не кто иной, как Господь. Он придумал и саму игру, и её правила, которые к тому же ты можешь и не знать полностью. Тебе предоставляется угадать или определить на свой страх недостающую половину правил.
… Результат зависит от того, насколько количество истинных правил игры, навечно установленных Господом, больше числа ложных, порожденных вследствие твоей неспособности познать истину; и если данное соотношение превысит некий предел, головоломка будет решена. Похоже, в этом и состоит весь азарт игры.“

Эрвин Шрёдингер (1887–1961) австрийский физик

„Мирза Шафи, что от тебя хотят?
Тебя то превозносят, то хулят. На это я ответил: «Что поделать,
Пусть обо мне дурное говорят. Ничтожеству хулящих нет предела,
Но в слове лицемера больший яд, Клеветники в меня пускают стрелы,
Но стрелы за спиной моей летят, А лицемеры слово лести смело
Пустить мне прямо в сердце норовят!»“

Мирза Шафи Вазех (1794–1852) азербайджанский поэт

„В искусстве есть некий предел совершенства, как в природе – предел благорастворенности и зрелости. У того, кто чувствует и любит такое искусство, — превосходный вкус; у того, кто не чувствует его и любит все стоящее выше или ниже, — вкус испорченный; следовательно, вкусы бывают хорошие и дурные, и люди правы, когда спорят о них.“

Жан де Лабрюйер (1645–1696) французский моралист

„Почему небо должно быть пределом, если люди оставили отпечатки ног на Луне?“

Матьё Фламини (1984) французский футболист

„Жесткость — тот предел, в котором можно быть злым, оставаясь правым.“

Александр Круглов (1852–1915)

„Мы не знаем, каковы пределы человеческих возможностей. Никакие тесты, секундомеры и финишные ленточки не могут измерить потенциал человека. В погоне за мечтой люди заходят намного дальше того, что казалось их пределом. Потенциал заключённый в каждом из нас, безграничен и ещё не задействован. Когда вы думаете о пределе, вы сами его создаёте.“

Роберт Кригель

„Обладая уверенностью в себе, вы достигнете высот. Без такой уверенности даже простые достижения будут за пределами вашей досягаемости.“

Джим Лоер

„Невозможно «пить мало», «курить редко», «изменять жене в пределах разумного». Нет «золотой середины» при определении степени порочности. Нельзя деградировать в меру.“

Олег Геннадьевич Торсунов (1965)

„Достичь совершенства в своей работе, дойти до предела — большое счастье, но вместе с тем и опасность.“

Константин Георгиевич Паустовский (1892–1968) русский советский писатель

„Терпеть не могу длинных книг, этих пространных батальных полотен. Мысль должна быть сгущенной до предела и разить наповал.“

Сальвадор Дали (1904–1989) испанский деятель искусств

„Игра — это праздник, потому что она выводит нас за пределы прагматики и на самый серьёзный вопрос нашего времени «зачем?» отвечает, глазом не моргнув: да просто так!“

Роже Кайуа (1913–1978)

„Человек должен знать свои пределы.“

Клинт Иствуд (1930) американский актёр и кинорежиссёр

„Тщетно правила войны стараются превратить ее в благородную игру, во что-то вроде дуэли, где пределами насилия служат честность и учтивость. Главным все равно остается резня.“

Роже Кайуа (1913–1978)

„Она играет на пределе
Сексуалогию в кино.
А весь успех в роскошном теле
Доступном всем давным-давно.“

Валентин Иосифович Гафт (1935) советский и российский актёр театра и кино

„Созерцание красоты любого рода, выводя нас за пределы вашего собственного «я», пробуждает в нас способность к самопожертвованию.“

Бенжамен Констан (1767–1830)

„Сильные мира сего сильны лишь в его пределах: это и есть их ахиллесова пята.“

Андрей Владимирович Лаврухин

„Не будем думать, будто дела наши ограничиваются пределами настоящей жизни, но станем верить, что будет непременно суд и воздаяние за все, что мы здесь делаем. Это так ясно и очевидно для всех, что и иудеи, и язычники, и еретики, и все вообще люди согласны в этом. Ибо хотя и не все мыслят как должно о воскресении, но что касается до суда, наказания и тамошних судилищ, все согласны в том, что есть там воздаяние за здешние дела. Если бы этого не было, то для чего Бог распростер столь великое небо, подостлал землю, расширил море, разлил воздух, явил такую промыслительность, если бы Он не до конца хотел иметь о нас попечение? – Не видишь ли, сколь многие из живых добродетельно претерпели многочисленные бедствия и отошли, не получив ничего доброго, а другие, напротив, жили весьма нечестиво, похищали чужое имущество, грабили и притесняли вдов и сирот, наслаждались богатством, роскошью и бесчисленными благами и отошли, не потерпев ни малейшего зла? Итак, когда же и первые получат награду за добродетель и последние понесут наказание за нечестие, если дела наши оканчиваются со здешней жизнью? Если Бог существует, как и действительно существует, то всякий скажет, что Он праведен, если же праведен, то надобно согласиться, что и тем и другим воздаст по достоинству. Если же Бог имеет воздать тем и другим по достоинству, а здесь никто из них не получил: тот – наказания за грехи, а этот – награды за добродетель, то ясно, что будет еще время, когда и тот и другой получат должное воздаяние.“

Иоанн Златоуст (349–407) архиепископ Константинопольский, богослов

„Где же убийствам ужасным предел? Неужели беспечный“

Эмпедокл Акрагантский (-490–-430 до н.э.) древнегреческий философ

„Вы не будете расти, если не будете пытаться совершить что-то за пределами того, что вы уже знаете в совершенстве.“

Ральф Уолдо Эмерсон (1803–1882) американский эссеист, поэт, философ, пастор, общественный деятель

„В искусстве есть некий предел совершенства, как в природе — предел благорастворенности и зрелости.“

Жан де Лабрюйер (1645–1696) французский моралист

„Ум не может обрести остановку и предел в желаемом и не может соблюдать меру в желании и любви, но, пытаясь достичь недостижимого конца и уловить его, всегда носит в себе бесконечное желание и неутолимую любовь“

Симеон Новый Богослов (949–1022) монах, богослов, мистик и сочинитель

„Кутаясь в шаль, Маша дышала в открытую форточку и говорила, что всё это нестерпимо, что нужно уезжать, просто бежать из этого города и из этой страны, спасаться, что здесь вся жизнь ещё идёт по законам первобытного леса, звери должны всё время рычать, показывать всем и вся свою силу, жестокость, безжалостность, запугивать, забивать, загрызать, здесь всё время нужно доказывать, что ты сильнее, зверинее, что любая человечность здесь воспринимается как слабость, отступление, глупость, тупость, признание своего поражения, здесь даже с коляской ты никогда в жизни не перейдёшь улицу, даже на зебре, потому что тот, в машине, сильней, а ты слабее его, немощнее, беззащитнее, и тебя просто задавят, снесут, сметут, размажут по асфальту и тебя и твою коляску, что здесь идёт испокон веков пещерная, свирепая схватка за власть, то тайная, тихая, и тогда убивают потихоньку, из-за спины, вкрадчиво, то открытая, явная, и тогда в кровавое месиво затягиваются все, нигде тогда не спрятаться, не переждать, везде тебя достанет топор, булыжник, мандат, и вся страна только для этой схватки и живёт тысячу лет, и если кто забрался наверх, то для него те, кто внизу — никто, быдло, кал, лагерная пыль, и за то, чтобы остаться там у себя, в кресле, ещё хоть на день, хоть на минуту, они готовы, не моргнув глазом, перерезать глотку, сгноить, забить сапёрными лопатками полстраны, и всё это, разумеется, для нашего же блага, они ведь там все только и делают, что пекутся о благе отечества, и всё это благо отечества и вся эта любовь к человечеству — всё это только дубинки, чтобы перебить друг другу позвоночник, сначала сын отечества бьёт друга человечества обломком трубы по голове, потом друг человечества берёт сына отечества в заложники и расстреливает его под шум заведённого мотора на заднем дворе, потом снова сын отечества выпускает кишки другу человечества гусеницами, и так без конца, никакого предела этой крови не будет, они могут натянуть любой колпак — рай на небесех, рай на земле, власть народа, власть урода, парламент, демократия, конституция, федерация, национализация, приватизация, индексация — они любую мысль, любое понятие, любую идею оскопят, выхолостят, вытряхнут содержимое, как из мешка, набьют камнями, чтобы потяжелее было, и снова начнут махаться, долбить друг дружку, всё норовя по голове, побольнее, и куда пойти? — в церковь? — так у них и церковь такая же, не Богу, но кесарю, сам не напишешь донос, так на тебя донесут, поют осанну тирану, освящают грех, и чуть только кто попытается им напомнить о Христе, чуть только захочет внести хоть крупинку человеческого, так его сразу топором по голове, как отца Меня, всё из-под палки, всё, что плохо лежит, в карман, лучше вообще ничего не иметь, чем дрожать и ждать, что отнимут завтра, всё напоказ, куда ни ткни, всё лишь снаружи, всё обман, а внутри пустота, труха, как сварили когда-то ушат киселя, как засунули его в колодец, чтобы обмануть печенегов, вот мол, смотрите, нас голодом не заморишь, мы кисель из колодца черпаем, так с тех пор десять веков тот кисель и хлебают, всё никак расхлебать не могут, земли же согрешивши которей любо, казнить Бог смертью, ли гладом, ли наведеньем поганых, ли ведром, ли гусеницею, ли инеми казньми, аще ли покаявшеся будем, в нем же ны Бог велить жити, глаголеть бо пророком нам: «Обратитеся ко Мне всем сердцем вашим, постом и плачем», — да аще сице створим, всех грех прощени будем: но мы на злое ъзращаемся, акы свинья в кале греховнемь присно каляющеся, и тако пребываем, посади цветы — вытопчут, поставь памятник — сбросят, дай деньги на больницу для всех — построит дачу один, живут в говне, пьянстве, скотстве, тьме, невежестве, месяцами зарплату не получают, детям сопли не утрут, но за какую-то японскую скалу удавятся, мол, наше, не замай, а что здесь их? — чьё всё это?“

Михаил Павлович Шишкин (1961)

„Писатели, по-прежнему игнорирующие открытия Эйнштейна и Гейзенберга, — невежественные идиоты. Естественнонаучное знание в основном остаётся за пределами литературы, оно не усвоено теми, чья традиционная задача заключается в изучении человека как индивидуума, как продукта культуры и как биологического вида. Однако, «ненаучное», т. е. художественное исследование врождённых различий между людьми изначально присуще литературе. До того, как соответствующие открытия были сделаны биологами, антропологами и психологами, именно литература брала на себя роль точного, хотя и интуитивного «инструмента» познания типов и характеров.“

Олдос Хаксли (1894–1963) английский писатель

„Правительство «принципиально» выразило согласие¹, признав полную невозможность где-либо применить меня и моего начальника штаба. Мне нет места на родине, которой я служил почти 25 лет, и вот, дойдя до предела, который мне могла дать служба, я нахожусь теперь в положении кондотьера и предлагаю свои военные знания, опыт и способности чужому флоту. Я не ожидал, что за границей я имею ценность, большую, чем мог предполагать. И вот теперь я действительно холодно и спокойно смотрю на свое положение и начал или, вернее, продолжаю работу, но для другого уже флота. По существу, моя задача здесь окончена — моя мечта рухнула на месте работы и моего флота, но она переносится на другой флот, на другой, чуждый для меня народ. Моя мечта, я знаю, имеет вечное и неизменное значение — возможно, что я не осуществлю ее, но я могу жить только с нею и только во имя ее. Вы знаете ее, вероятно. Моя родина оказалась несостоятельной осуществить эту мечту; её пробовала реализовать великая морская держава, и главные деятели её отказались от нее с величайшим страданием, которое дает сознание невыполненных великих планов… Быть может, лучи высшего счастья, доступного на земле, — счастья военного успеха и удачи — осветят чужой флаг, который будет тогда для меня таким же близким и родным, как тот, который теперь уже стал для меня воспоминанием.“

Александр Васильевич Колчак (1874–1920) русский военный и политический деятель, флотоводец, учёный-океанограф

„Что же за понятие бездна? Это множество воды, в котором невозможно достать нижнего предела“

Василий Великий (329–379) Святитель, архиепископ Кесарии Каппадокийской, церковный писатель и богослов

„Титульный лист книги Аммиана издания Аккурзия (Аугсбург, 1533) 2. А так как, быть может, те, кто не жил в Риме и кому доведется читать мою книгу, удивятся, почему в случаях, когда мое повествование доходит до событий в Риме, речь идет только о волнениях, харчевнях и тому подобных низких предметах, то я вкратце изложу причины этого, никогда намеренно не уклоняясь от истины.
3. Когда впервые воздымался на свет Рим, которому суждено жить, пока будет существовать человечество, для его возвышения заключили союз вечного мира Доблесть и Счастье, которые обычно бывают разлучены, а если бы хотя бы одной из них не было налицо, то Рим не достиг бы вершины своего величия.
4. Со своего начала и до конца времени детства, то есть почти в течение 300 лет, римский народ выдерживал войны вокруг стен города. Затем, войдя в возраст, после многообразных невзгод на полях битв он перешел через Альпы и через морской пролив; а, став юношей и мужем, стяжал победные лавры и триумфы со всех стран, входящих в необъятный круг земной; склоняясь к старости и нередко одерживая победы одним своим именем, он обратился к более спокойной жизни.
5. Поэтому-то достославный город, согнув гордую выю диких народов и дав законы, основы свободы и вечные устои, словно добрый, разумный и богатый отец, предоставил управление своим имуществом Цезарям, как своим детям.
6. И хотя трибы давно бездействуют, центурии успокоились, нет борьбы из-за подачи голосов, и как бы вернулось спокойствие времен Нумы Помпилия, но по всем, сколько их ни есть, частям земли чтят Рим, как владыку и царя, и повсюду в чести и славе седина сената и имя римского народа.
7. Но этот великолепный блеск Рима умаляется преступным легкомыслием немногих, которые, не помышляя о том, где они родились, так словно им предоставлена полная свобода для пороков, впадают в заблуждения и разврат. По словам поэта Симонида, первое условие счастливой жизни — слава Отечества.
8. Некоторые из них, полагая, что они могут себя увековечить статуями, страстно добиваются их, словно в медных мертвых изображениях заключена награда более высокая, нежели заключенная в сознании за собой честной и благородной деятельности. Они хлопочут о позолоте этих статуй, почет, который впервые был присуждён Ацилию Глабриону, когда он силою оружия и своей умелостью победил царя Антиоха. А как прекрасно, пренебрегая этими мелочами, взбираться на вершину истинной славы по крутому и длинному пути, как сказал некогда аскрейский поэт (Гесиод), это показал Цензор Катон. Когда его однажды спросили, почему нет его статуи среди множества других, он сказал: «Я предпочитаю, чтобы разумные люди удивлялись, почему я этого не заслужил, чем чтобы они про себя с осуждением толковали о том, чем я это заслужил; это было бы много обиднее».
9. Другие, почитая высшее отличие в необычно высоких колесницах и великолепии одевания, потеют под тяжестью плащей, застегнутых на шее и прихваченных у пояса. Делая их из чрезвычайно тонкой материи, они дают им развиваться, откидывая их частыми движениями руки, особенно левой, чтобы просвечивали широкие бордюры и туника, вышитая изображениями различных звериных фигур.
10. Третьи, напуская на себя важность, преувеличенно хвалятся, когда их о том и не спрашивают, размерами своих поместий, умножая, например, ежегодные доходы со своих плодородных полей, раскинувшихся с самого востока и до крайнего запада; при этом они забывают, что предки их, благодаря которым достигло таких размеров римское государство, стяжали славу не богатствами, а жестокими войнами: ни в чем не отличаясь от простых солдат по имуществу, пище и одежде, доблестью сокрушали они всякое сопротивление.
11. Поэтому расходы на погребение Валерия Публиколы были покрыты в складчину; вдова Регула, оставшись без средств с детьми, жила на пособия от друзей ее мужа; дочери Сципиона из государственной казны было выдано приданое, так как знати было стыдно, что остается не замужем девушка во цвете лет из-за продолжительного отсутствия своего неимущего отца.
12. А теперь, если ты, как новый в Риме человек благородного сословия, явишься для утреннего приветствия к какому-нибудь богатому, а потому и зазнавшемуся человеку, то он примет тебя в первый раз с распростертыми объятиями, станет расспрашивать о том и сем и заставит тебя лгать ему. И удивишься ты, что человек столь высокого положения, которого ты никогда раньше не видел, оказывает тебе, человеку скромного состояния, такое изысканное внимание, так что, пожалуй, и пожалеешь, что ради такого преимущества на десять лет раньше не прибыл в Рим.
13. Но если ты, польщенный этой любезностью, сделаешь то же самое и на следующий день, то будешь ожидать, как незнакомый и нежданный посетитель, а твой вчерашний любезный хозяин будет долго соображать, кто ты и откуда явился. Если же ты, будучи наконец признан и принят в число друзей дома, будешь три года неизменно исполнять обязанность утреннего приветствия, а затем столько же времени будешь отсутствовать и вернешься опять к прежним отношениям, то тебя не спросят, где ты был и куда, несчастный, уезжал, и понапрасну будешь ты унижаться весь свой век, заискивая перед этой высокомерной дубиной.
14. Когда же начнутся приготовления к бесконечным зловредным пирам, устраиваемым время от времени, или раздача ежегодных спортул, то с большой опаской идет обсуждение того, следует ли пригласить кроме тех, для кого этот пир является ответной любезностью, также и чужого человека. И если, после тщательного обсуждения, решатся это сделать, то пригласят того, кто шатается у дверей возниц цирка, мастерски играет в кости или выдает себя за человека, знакомого с тай-нами науки чернокнижия.
15. А людей образованных и серьезных избегают как скучных и бесполезных; следует отметить и то, что номенклаторы обычно продают эти и другие подобные приглашения и, взяв деньги, позволяют участвовать в прибылях и пирах безродным проходимцам, пуская их со стороны.
16. Я не стану говорить об обжорстве за столом и разных излишествах, чтобы не затянуть своего изложения; но отмечу, что некоторые из знати носятся сломя голову по обширным площадям и мощеным улицам города, не думая об опасности, мчатся, как курьеры, волоча за собой толпы рабов, словно шайку разбойников, не оставляя дома даже и шута, как выразился комический поэт. Подражая им, и многие матроны мечутся по всему городу, пусть и с закрытым лицом и в носилках.
17. Как опытные полководцы ставят в первую линию густые ряды людей посильнее, за ними легковооруженных, далее стрелков, а позади всех вспомогательные войска, чтобы они могли прийти на помощь при необходимости: так и начальники подвижной праздной городской челяди, которых легко узнать по жезлу в правой руке, тщательно расставляют свою команду, и, словно по военному сигналу, выступает впереди экипажа вся ткацкая мастерская, к ней примыкает закопченная дымом кухонная прислуга, затем уже вперемешку всякие рабы, к которым присоединяется праздное простонародье из числа соседей, а позади всего — толпа евнухов всякого возраста, от стариков до детей с зеленоватыми, безобразно искаженными лицами. В какую сторону не пойдешь, наткнешься на толпы этих изуродованных людей, и проклянешь память Семирамиды, знаменитой древней царицы, которая впервые кастрировала юных отроков, совершая насилие над природой и отклоняя ее от предначертанного пути; между тем как природа, уже при самом рождении живого существа влагая зародыши семени, дает им как бы указание на пути продолжения рода.
18. При таких условиях даже немногие дома, прежде славные своим серьезным вниманием к наукам, погружены в забавы позорной праздности и в них раздаются песни и громкий звон струн. Вместо философа приглашают певца, а вместо ритора — мастера потешных дел. Библиотеки заперты навечно, как гробницы, и сооружаются гидравлические органы, огромные лиры величиной с телегу, флейты и всякие громоздкие орудия актерского снаряжения.
19. Дошли наконец до такого позора, что, когда не так давно из-за опасности недостатка продовольствия принимались меры для быстрой высылки из города чужестранцев, представители знания и науки, хотя число их было весьма незначительно, были немедленно изгнаны без всяких послаблений, но оставлены были прислужники мимических актрис и те, кто выдали себя за таковых на время; остались также три тысячи танцовщиц со своими музыкантами и таким же числом хормейстеров.
20. И в самом деле, куда ни кинешь взор, повсюду увидишь немало женщин с завитыми волосами в таком возрасте, что если бы они вышли замуж, то могли бы по своим годам быть матерями троих детей, а они до отвращения скользят ногами на подмостках в разнообразных фигурах, изображая бесчисленное множество сцен, которые сочинены в театральных пьесах.
21. Нет сомнения в том, что пока Рим был обиталищем всех доблестей, многие знатные люди старались удержать при себе, — как гомеровские лотофаги сладостью своих ягод — разными любезностями благородных чужеземцев.
22. А теперь мно-гие в своем надутом чванстве считают низким всякого, кто родился за пределами городских стен за исключением бездетных и холостых: просто невероятно, с какой изобретательностью ухаживают в Риме за людьми бездетными!
23. И так как у них в столице мира свирепствуют болезни, в борьбе с которыми оказывается бессильно всякое врачебное искусство, то придумали спасительное средство: не посещать заболевших друзей, а к прочим предосторожностям прибавилась еще одна, довольно действенная: рабов, которых посылают наведаться о состоянии здоровья пораженных болезнью зна-комых, не пускают домой, пока они не очистят тело в бане. Так боятся заразы, даже когда ее видели чужие глаза.
24. Но если их пригласят на свадьбу, где гостям раздают золото, то те же самые люди, соблюдающие такие предосторожности, готовы, даже если и плохо себя чувствуют, скакать хотя бы в Сполетий. Таковы нравы знати.
25. Что же касается людей низкого происхождения и бедняков, то одни проводят ночи в харчевнях, другие укрываются за завесами театров, которые впервые ввел Катул в свое эдильство, в подражание распущенным нравам. Кампании режутся в кости, втягивая с противным шумом воздух, с треском выпускают его через ноздри, или же — и это самое любимое занятие — с восхода солнца и до вечера, в хорошую погоду и в дождь обсуждают мелкие достоинства и недостатки коней и возниц.
26. Удивительное зрелище представляет собой эта несметная толпа, ожидающая в страстном возбуждении исхода состязания колесниц. При таком образе жизни Рима там не может происходить ничего достойного и важного.“

Аммиан Марцеллин Деяния

„Многие из романов Дика, прочитанные по отдельности, могут показаться кладовками, заполненными хаотичными и сложными идеями, как если бы автор пытался уместить в одну вещь сразу всё, что пришло ему в голову. Возможно, этот недостаток проистекает от тогдашней обстановки на книжном рынке и от тех жёстких ограничений по объёму, которые издательство «Эйс» установило для своих авторов. С другой стороны, можно поспорить: а стали бы его романы такими глубокими и богатыми по мысли, будь они хотя бы на четверть длиннее? Чудесная, многоуровневая паутина тем и концепций, образовавшаяся в результате такого вынужденного «процесса конденсации», придаёт творчеству Дика некий специфический привкус, ту самую характерную особенность, которая делает его творчество поистине уникальным. Непокорное, эксцентричное, экстравагантное — в любом случае, оно свидетельствует о том, что Дик, по-видимому, первый настоящий гений в фантастике со времён Стэплдона. Он — некий своеобразный гибрид Диккенса и Достоевского, обладающий даром комизма и увлекательности первого и трагической глубиной второго, но выбравший, тем не менее, такой вид литературы, где его эксцентричность пришлась как нельзя ко двору. В любом случае, как и многие НФ-писатели, он узнал и полюбил этот жанр, читая журналы задолго до того, как сформировались его литературные вкусы. Он так и не оправился от первого увлечения запретными прелестями ван Вогта.
Дик — один из мастеров современных неудовлетворенностей, в лучших традициях описателей безнадёжности, которая проходит через Свифта и Хаксли. Для Дика нет простых решений, нет лёгких установок и всемогущих супергероев. Его герои, часто хилые, часто совсем не отвечающие ситуации, стоят по колено в технологических отбросах и смотрят с тоской на видения, которые выходят за пределы их понимания. Настроение, доминирующее в книгах Дика, сродни угрюмым метафизическим комедиям — как, например, в сцене из романа «Снятся ли андроидам электроовцы?», где Рик Декард, уже полностью избавившийся от иллюзий, вдруг делает открытие, что жаба, которую он подобрал в пустыне, надеясь, что это последний экземпляр исчезнувшего вида, вовсе не живое существо, а всего лишь машинка. Эта жаба внушает нам такое же сильное отвращение, смешанное со смехом, как и робот у Гаррисона, работающий на угле (хотя там пафоса больше); должно быть, мы бессознательно противопоставляем эту жабу и этого робота великому образу Человека, Сына Божьего, видим их как символы одновременно и наших достижений и наших падений — нашего наследства Франкенштейна, превращённого в тягостный фарс.“

Филип Киндред Дик (1928–1982) американский писатель

„Там где вы думаете, что это предел ваших сил и возможностей — всего лишь предел вашей веры.“

Джулиана Вильсон

„Реальность имеет свои пределы; мир воображения- безграничен.“

Жан-Жак Руссо (1712–1778) французский деятель эпохи Просвещения

„Чтобы выйти за пределы иллюзий — надо иметь мужество смотреть в глаза реальности.“

Джулиана Вильсон

„Каждый в какой то мере отвечает за судьбу который выбрал и которую в пределах силы изменить при большом своем желании.“

Бободжон Шарбатов

„Есть очень мало мужчин - и они являются исключениями - которые способны думать и чувствовать за пределами текущего момента“

Карл фон Клаузевиц (1780–1831) прусский офицер и военный писатель

„Ты выбираешь людей, в которых хочешь вкладываться, с которыми ты хочешь идти рука в руку, нога в ногу. Ещё десятилетия и десятилетия твоей жизни.
По идее твоя семья - это должны быть люди, с которыми тебе не жалко пойти дальше предела. За которых тебе не жаль умереть и для которых тебе так хочется жить. Вот это - это семья.“

Франц Вертфоллен кино Шот Жизни

„У продюсера не должно быть пределов. Он беспределен.“

Николай Картозия (1978) российский телевизионный деятель, медиаменеджер

„Боюсь я тратить лишнее время, поэтому делаю один раз, но на пределе своих возможностей.“

Евгений Витальевич Антонюк, 1978

„АФОРИЗМЫ АНАХРОНИЗМЫ — 8

• Жизнь без увлечений как пища без соли, как колодец без воды, как лето без солнца.
• Перевод с пьяного на русский довольно простой, но требует колоссального терпения…
• Можно думать не задумываясь, можно задумываясь думать, а можно не задумываясь не думать и не парится.
• Зонтик на двоих — осени прощальной эскиз.
• В извечном противостоянии человека и времени — человек всегда терпит сокрушительное поражение.
• Предел физических возможностей человека — в руках самого человека.
• Лицемерная улыбка — до добра не доведет.
• Всякий раз, пытаясь «изваять» цитату о казнокрадах, дабы развеять каждодневную скуку — очень хочется вонзить «золотое перо» в их бесстыжую воровскую руку!“

Пётр Цезаревич Квятковский

„Область разума представляет собой более пространное окружение, которого требует активность организма, но которое выходит за пределы настоящего. То, что присутствует в организме, вместе с тем есть его собственная рождающаяся активность и то, что поддерживает ее в нем самом и в окружающей его среде; и его движения из прошлого и за пределы настоящего есть тоже настоящее… Так называемому сознательному организму принадлежит право завершить это расширенное временное окружение, используя признаки, найденные в настоящем. Область разума есть временное расширение окружения организма.“

Мид, Джордж Герберт (1863–1931)

„Если воля существует в сумеречной тревоге, она заново образует для себя некую вторую волю,
чтобы выскользнуть за пределы тревоги и породить свет; и эта вторая воля представляет собой эмоциональную основу, из которой мысли восстают против пребывания в этой тревоге.“

Якоб Бёме (1575–1624)

„Слово «дух» родственно слову «дыхание». Мы дышим воздухом — невидимым, но вполне материальным газом. Хотя привычное словоупотребление настаивает на особом смысле «духовности», дух тоже материя, как и наш мозг.Тут нет ничего, выходящего за пределы науки, и я позволяю себе порой употребить слова «дух» или «духовный». Наука не враг духовности, напротив: научное знание — глубочайший источник духовного. Когда мы осознаем свое место в бесконечности световых лет и сменяющих друг друга эпох, когда постигаем красоту, тонкость и сложность жизни, нас охватывает восторг, в котором гордость сочетается со смирением — это ли не парение духа! Такие же чувства вызывает великое произведение музыки или литературы, подвиги самопожертвования, как жизнь Ганди или Мартина Лютера Кинга. Представление, будто наука и духовность взаимно враждебны, лишь во вред им обеим.“

Карл Саган (1934–1996) американский астроном, астрофизик и популяризатор науки

„Пусть мир проявляется материально в замках, больницах, диванах и атомных бомбах – он основан на нематериальных пределах человеческого разума, зиждется на хлипкой парадигме, у которой нет никакого веса.“

Алан Мур (1953)

„Принцип Гейзенберга гласит, что у объективной определенности есть пределы.
Если у каждого человека есть своя особая точка зрения, которая постоянно изменяется, то выходит, что каждый человек создает собственную версию реальности. Таким образом, ответственность за конструирование реальности несет не своенравный библейский Бог, или некий безличный механический процесс возрастания энтропии, или всемогущее государство, а индивидуальный мозг каждого человека. В Заэкранье оперирует субъективная определенность.
Мой мозг конструирует мой духовный мир. Мы получаем такие реальности, какие заслуживаем, сохраняем. Или создаем.“

Лири, Тимоти (1920–1996) американский писатель, психолог

„Принцип Гейзенберга гласит, что у объективной определенности есть пределы.
Если у каждого человека есть своя особая точка зрения, которая постоянно изменяется, то выходит, что каждый человек создает собственную версию реальности. Таким образом, ответственность за конструирование реальности несет не своенравный библейский Бог, или некий безличный механический процесс возрастания энтропии, или всемогущее государство, а индивидуальный мозг каждого человека. В Заэкранье оперирует субъективная определенность.
Мой мозг конструирует мой духовный мир. Мы получаем такие реальности, какие заслуживаем, сохраняем. Или создаем.“

Лири, Тимоти (1920–1996) американский писатель, психолог

„Авангард разрушает, деформирует прошлое. «Авиньонские барышни» – очень типичный для авангарда поступок. Авангард не останавливается: разрушает образ, отменяет образ, доходит до абстракции, до безобразности, до чистого холста, до дырки в холсте, до сожженного холста; в архитектуре требования минимализма приводят к садовому забору, к дому-коробке, к параллелепипеду; в литературе – к разрушению дискурса до крайней степени – до коллажей Бэрроуза, и ведут еще дальше – к немоте, к белой странице. В музыке эти же требования ведут от атональности к шуму, а затем к абсолютной тишине (в этом смысле ранний период Кейджа – модернистский). Но наступает предел, когда авангарду (модернизму) дальше идти некуда, поскольку он пришел к созданию метаязыка, описывающего невозможные тексты (что есть концептуальное искусство). Постмодернизм – это ответ модернизму: раз уж прошлое невозможно уничтожить, ибо его уничтожение ведет к немоте, его нужно переосмыслить, иронично, без наивности.“

Умберто Эко (1932–2016) итальянский учёный-философ, историк-медиевист, специалист по семиотике, писатель

„Авангард разрушает, деформирует прошлое. «Авиньонские барышни» – очень типичный для авангарда поступок. Авангард не останавливается: разрушает образ, отменяет образ, доходит до абстракции, до безобразности, до чистого холста, до дырки в холсте, до сожженного холста; в архитектуре требования минимализма приводят к садовому забору, к дому-коробке, к параллелепипеду; в литературе – к разрушению дискурса до крайней степени – до коллажей Бэрроуза, и ведут еще дальше – к немоте, к белой странице. В музыке эти же требования ведут от атональности к шуму, а затем к абсолютной тишине (в этом смысле ранний период Кейджа – модернистский). Но наступает предел, когда авангарду (модернизму) дальше идти некуда, поскольку он пришел к созданию метаязыка, описывающего невозможные тексты (что есть концептуальное искусство). Постмодернизм – это ответ модернизму: раз уж прошлое невозможно уничтожить, ибо его уничтожение ведет к немоте, его нужно переосмыслить, иронично, без наивности.“

Умберто Эко (1932–2016) итальянский учёный-философ, историк-медиевист, специалист по семиотике, писатель